Лешек Шерепка: Предложения и пожелания Запада в белорусском направлении остались неизменными

В Беларуси приступил к выполнению своих обязанностей новый посол Польши. Лешек Шерепка родился в 1964 году. В 1991-м закончил исторический факультет Варшавского университета. Работал заместителем посла Польши в Украине и первым секретарем Польского посольства в России.

С польским дипломатом побеседовал обозреватель "Народной воли" Семен Букчин
 
— Господин посол, мы беседуем с вами в годовщину  трагедии под Смоленском, которая стала колоссальным ударом, испытанием для польского общества. Было множество споров, полемик о причинах катастрофы президентского самолета, о ее последствиях.
 
— Как понимаете, здесь возникает большой комплекс вопросов. Конечно, были разнообразные высказывания и реакции на эту чрезвычайно больную для нас тему, об этом много писала пресса, поскольку постоянно появлялась разнообразная информация в связи с расследованием причин катастрофы. Естественно, что особенно болезненно всё связанное с трагедией для семей погибших. Но и в целом общество наше еще не опомнилось. Боль еще жива. Мне представляется, что мы в Польше еще не до конца осознали масштаб, трагизм одновременной потери такой значительной части  нашей элиты. Еще нужно время, поскольку потеря чрезвычайно велика.
 
— Смоленская катастрофа обострила и до того существовавшие разногласия в польском обществе между, скажем так, сторонниками братьев Качиньских, приверженцами более консервативных католических, патриотических взглядов и либерально настроенной частью граждан.
 
— Такого рода столкновения взглядов имеются. Они нашли отражение и в польском епископате, и, естественно, среди верующих. Вместе с тем вряд ли стоит преувеличивать их значение. Тот же известный конфликт вокруг креста в память о смоленской трагедии, на установлении которого перед президентским дворцом настаивала часть населения, а другая часть возражала, — это в какой-то мере отражение дискуссий, идущих в разных странах и связанных с ролью религии, церкви в жизни общества. Вспомним хотя бы полемику о присутствии изображения Распятия в классах итальянских школ. В целом же жизнь шире подобных конфликтов, во всяком случае не они определяют ее ведущие тенденции. В какой-то степени эти вещи используются политиками в своих целях.
 
— Ну и для прессы это всегда повод пошуметь.
 
— Наверное, вам, как журналисту, это лучше знать.
 
— Минувший год хотя и был окрашен для поляков трагическими красками, тем не менее оказался удачным в плане экономического развития. Это особенно впечатляет на фоне кризисных явлений в мировой экономике. В недавнем интервью премьер-министр Дональд Туск заявил, что Польша вышла из кризиса с наилучшими показателями экономического роста, наилучшим образом использует средства, предоставляемые Европейским Союзом, и в целом является самой большой строительной площадкой в Европе. Польский показатель экономического роста является вторым в Европе. Можно говорить о настоящем переломе, если иметь в виду слова вашего премьера о том, что сегодня Польша уже не мечтает, чтобы, выражаясь спортивным языком, пристроиться к основной группе гонщиков, но претендует на первое место в ней. Я поинтересовался статистическими данными. Они впечатляют: в минувшем году средняя заработная плата составила более 3500 злотых (1200 долларов США). Каким образом поляки достигли такого результата в нынешних сложных экономических условиях?
 
— С кризисом, как известно, столкнулись все страны в Европе, перед всеми загорелся своего рода красный свет, символ остановки. Замаячил он и перед Польшей, но очень быстро сменился на зеленый, что означало — можно двигаться дальше. Может быть, в связи с этим в Европейском Союзе появилась недавно характеристика Польши как “зеленого острова”. Конечно, кризис вызвал у нас спад темпа роста валового продукта. Но мы сумели преодолеть его благодаря ранее проведенным реформам. Далее. Мы смогли расчетливо распорядиться предоставленной нам помощью со стороны Евросоюза и трансформировали ее в серьезные инвестиции. И, наконец, у нас не произошло спада внутреннего потребительского спроса. Доходы позволяли людям приобретать жилье, бытовую технику, автомобили и так далее. К тому же помогла и определенная рыночная девальвация злотого, что содействовало устойчивости нашего экспорта. Все эти обстоятельства сказались — в большей или меньшей мере — в нашем противостоянии кризисным явлениям. Хотя — повторю — не обошлось у нас без трудностей, в том числе бюджетного порядка (роста внешнего долга). Поэтому в ближайшем будущем нам придется строже формировать и контролировать наш бюджет. Жизнь, как говорится, обязывает. И это также один из залогов нормального экономического развития.
 
— Будем надеяться на дальнейшие успехи польской экономики. Понятно, что нас в Беларуси особо интересует то, что в Польше называют “восточной политикой”, имея в виду отношения с Беларусью, Украиной, Россией. Но не будем пытаться объять необъятное. Поговорим о польско-белорусских отношениях. Естественно, что, будучи членом Европейского Союза, Польша строит свои отношения с нашей страной с учетом этого контекста. На протяжении последних лет мы были свидетелями разных подходов Европейского Союза к сотрудничеству с Беларусью. Были программы, предложения... Говорилось о нецелесообразности изоляции Беларуси, о необходимости втягивания ее в европейский процесс и связанных с ним возможных политических трансформациях внутри страны. Не разочарован ли Запад после событий 19 декабря? Можно ли говорить о некоей единой реальной политике западных стран по отношению к Беларуси? Или все-таки Литва и Польша будут привносить в нее свои конкретные интересы?
 
— Я считаю, что предложения и пожелания Запада в белорусском направлении остались неизменными. И Польша также не меняла своей политики. Другое дело, что эти предложения и пожелания предлагаются сегодня в другой внутриобщественной ситуации, которая сложилась в Беларуси после 19 декабря минувшего года. Предложения, по сути поддерживаемые всем европейским сообществом, хорошо известны белорусскому руководству.
 
Европейский Союз в случае принятия Беларусью условий, соответствующих стандартам демократического государства, не намерен создавать какие-то искусственные препятствия на пути участия Беларуси как в Восточноевропейском партнерстве, так и в других совместных программах. Мы стремимся к развитию разнообразных связей между странами Евросоюза и Беларусью. Польша была одним из первых государств, переставшим взимать плату за национальные визы. Мы активно поддерживаем идею оживления безвизовых контактов, так называемого малого движения в приграничных зонах. В целом около миллиона жителей приграничных (в пределах от 30 до 50 километров) районов Брестской и Гродненской областей — а это почти десять процентов населения вашей страны — смогут получить возможность безвизового пересечения польской границы. В этом плане мы уже закончили приготовления со своей стороны и ждем соответствующих шагов со стороны белорусских властей. И это только начало.
 
— После событий 19 декабря в белорусской прессе появились высказывания о том, что визит в нашу страну министра иностранных дел Польши Сикорского и его немецкого коллеги не оправдал надежд и самих визитеров и в целом Запада. Я лично считаю, что это было правильное решение обоих министров — приехать и разговаривать с белорусским президентом. Нужно видеть лица друг друга, смотреть в глаза — это тот опыт, который дается только во время личных встреч. И вместе с тем, с учетом прежде всего все тех же печальных событий и последующих комментариев к ним с западной стороны, ну и, конечно, реакции на эти комментарии белорусских властей, притом достаточно нервной, не скажется ли все это негативным образом на экономических и других связях нашей страны с Западом?
 
— Что касается приезда в Беларусь министров Сикорского и Вестервелле, то, конечно, задним числом их легко критиковать. Но разве было бы правильно со стороны Европейского Союза упустить шанс в плане возможного влияния на процессы демократизации в вашей стране? К тому же сама избирательная кампания была достаточно либеральной, что давало определенные надежды. Конечно, то, что произошло впоследствии, сказалось на наших отношениях весьма негативно. Я думаю, что белорусское руководство в состоянии проанализировать ситуацию и предпринять определенные действия для их улучшения. Нельзя сегодня жить в Европе и чувствовать себя нормально, будучи в изоляции от тех процессов, которые в целом характерны для европейского развития, которые являются средством обеспечения своим гражданам достойного политического и экономического существования. Такое трезвое осмысление своей позиции, безусловно, соответствует интересам белорусского государства и белорусского народа.
 
— Принимая верительные грамоты, президент Лукашенко выразил надежду, что вы не потеряете у нас времени. Зная афористический слог нашего президента, можно предположить, что белорусское руководство считает не слишком плодотворной деятельность ваших предшественников. А что вам, при всем разнообразии обязанностей дипломата, видится главнейшим в вашей работе в Беларуси?
 
— В Польше есть поговорка — "do tanga trzeba dwojga".
 
— Да-да, танго требует двух танцоров. А вот у нас часто вспоминают танцора, которому постоянно что-то мешает...
 
— И тем не менее я обещал вашему президенту, что постараюсь с максимальным эффектом использовать время своего пребывания в Беларуси. Работы очень много. Казалось бы, у белорусов и поляков есть общая история, есть глубокая культурная переплетенность, но почему-то в деле реального, сегодняшнего сближения наших народов делается еще до обидного мало. Мы вообще не так много знаем о нашем общем культурном наследии. Из незнания нередко рождаются определенные предрассудки. А как это важно в действительности понимать национальный менталитет, мышление, традиции, характерные для соседнего народа! Ведь отсюда и начинается естественное доверие между народами. Вполне возможно, что в этом деле есть упущения и с нашей, с польской стороны. Я вижу свою задачу в содействии максимальному сближению наших народов.
 
— Есть какие-то реальные планы в этом направлении?
 
—  Видятся самые разные аспекты. Но вот конкретно... Выступая в комиссии сейма, я предложил рассмотреть возможность организации Польского исторического института в Минске. Это был бы научный центр, в котором совместно могли бы работать польские и белорусские историки, исследуя проблемы нашей общей истории и культуры. Конечно, многое здесь необходимо решить по части финансирования. Оно должно быть, на мой взгляд, двусторонним. Ну и юридические вопросы, конечно, нужно будет решать.
 
— Здесь, в сфере науки и образования, очевидны определенные асимметричные вещи. В польских университетах имеются кафедры белорусистики (в Варшаве и Белостоке), может быть, я пропустил и есть такая кафедра еще где-то. В Гайнувке давно работает Белорусский лицей. Сейчас Коласовский лицей открывается в Гданьске. Программа Калиновского позволяет белорусским студентам учиться в польских вузах. А вот в белорусских университетах нет ни одной кафедры полонистики. Нет у нас и Польского лицея. А такое учебное заведение, если иметь в виду численность граждан Беларуси польской национальности, безусловно, было бы популярным. К сожалению, мы являемся свидетелями того, как в эту чисто гуманитарную сферу влезает политика, и это, на мой взгляд, не только печально, но и вообще недопустимо. Что можно противопоставить политизации в этом вопросе?
 
— Этот вопрос лучше всего адресовать белорусским властям. Мы в Польше действительно руководствуемся только гуманитарными соображениями. Я считаю, что молодым людям, имеющим свою выраженную политическую позицию, может быть, даже отчасти радикальную, даже совершившим какую-то ошибку, нельзя перекрывать возможность получения высшего образования. Вместе с тем, принимая таких людей на учебу в наши университеты, мы не руководствуемся какими-то их политическими заслугами или чем-то похожим. Мы относимся к ним как ко всем прочим студентам, предъявляем такие же требования, и если, к примеру, кто-то из них им не соответствует или не справляется с учебой, то таких у нас  отчисляют. То есть здесь нет никакой политики, это обычная учеба, реальная возможность получения высшего образования.
 
— А приезжают ли польские студенты на учебу в Беларусь?
 
— О том, чтобы кто-то приезжал сюда учиться на протяжении пяти лет, я, по крайней мере, не слышал. Но есть обмен, благодаря которому отдельные наши студенты, аспиранты приезжают на краткий период, чтобы постажироваться в какой-то области знания. Что же касается обучающихся у нас студентов из Беларуси, то это не только те, кто приезжает к нам по программе Калиновского. Действуют у нас и другие программы, которыми пользуются молодые люди из Беларуси. Всего у нас студентов из вашей страны более тысячи. И это нормально. Молодые люди разных национальностей получают образование в разных странах мира. Естественный процесс. В Польше учится очень много иностранных студентов.
 
— А чего, господин посол, нам можно ожидать в плане реальных белорусско-польских контактов в ближайшее время? Не буду скрывать, хочется, знаете ли, услышать что-то оптимистическое...
 
— А знаете, у нас не все так плохо. Торговый оборот между нашими странами составил в минувшем году два миллиарда четыреста миллионов долларов. А вот с Кубой, с которой у Беларуси все так тепло, тот же оборот составил всего восемь миллионов долларов.
 
— Ну не будем равняться на Кубу... Разве можно сравнить ее экономику с экономикой Польши и Беларуси?
 
— Но я еще говорю и о политической теплоте отношений, так сказать, идейной близости. На этом фоне не может не впечатлять и тот факт, что в Беларуси действует несколько сот польских фирм.
 
— И это нормально. Польша-то рядом, за Бугом. Может, таких фирм, предприятий, чисто польских, совместных, должно быть еще больше.
 
— Да, процесс идет, несмотря на определенные разногласия политического свойства. Можно сказать, что экономические интересы ломают политические перегородки, диктуют свое. И это правильно. Это обнадеживает. Мы в Польше очень заинтересованы в привлечении инвесторов из-за границы. Мы многое предпринимаем для того, чтобы заинтересовать их, — готовим специалистов для их фирм, строим дороги к местам, где они организуют производство. И в Беларуси понимают важность привлечения инвесторов. Но надо не только понимать, но и что-то существенное делать для них. Так вот, Польша может служить мостом, через который инвесторы могут приходить в Беларусь. Это может быть интересный процесс — приход к вам западноевропейских инвесторов в союзе с польскими. Обстоятельство, которое, как нам кажется, еще не до конца осознано у вас.
 
— А что сулит нам председательство Польши в Европейском Союзе во второй половине этого года?
 
—  Можно говорить о спектре разного типа мероприятий, которые придутся на это время. Я хотел бы обратить особое внимание на культуру. Как раз на этот период намечена обширная культурная программа. Несколько десятков разнообразных культурных мероприятий пройдет в вашей стране.  В этом деле мы рассчитываем на активный отклик общественности Польши и Беларуси. Надеемся на оживление контактов между отдельными регионами, городами наших стран, на расширение в сфере молодежного, творческого обмена. У нас здесь имеются поистине неисчерпаемые резервы.
 
— Откровенно говоря, давно тоскуем мы оттого, что не приезжают сюда ни звезды польской эстрады, ни знаменитые польские театры. А ведь польская культура вызывала здесь немалый интерес и была популярна в советские времена.
 
—  Ну, кое-что делается в плане культурного взаимообмена. В этом году Беларусь будет почетным гостем Международной книжной выставки в Варшаве. Давний друг Беларуси Кшиштоф Занусси поставил спектакль в Минске. А Купаловский театр показал “Пинскую шляхту” в Варшаве. Об этой постановке широко писала наша пресса. Вышли в переводе на польский романы Наталки Бабиной, Владимира Короткевича, книга переписки Василя Быкова и Рыгора Бородулина. Во Вроцлаве специально занимаются изданием белорусской литературы. Я, например, с удовольствием приобрел выпущенную там двуязычную антологию белорусской поэзии. Сейчас, насколько мне известно, издательство господина Логвинова проводит в галерее “Ў” встречи с польскими авторами. Не забудем и о том, что в минувшем, Шопеновском, году в Беларуси прошли концерты с участием польских артистов и музыкантов. Но, конечно, вы правы в том смысле, что нынешние культурные наши контакты могли бы быть более обширными и интенсивными.
 
— Вы, господин посол, по образованию историк. А специализировались в какой области истории?
 
— Если вы имеете в виду мои научные интересы, то моя магистерская работа была посвящена русскому старообрядчеству.
 
— Ну, тут у вас был выход на Беларусь. Вы, конечно, знаете, что старообрядцы жили в нашей Ветке, на Гомельщине.
 
— Да, они бежали от преследований власти, гонений патриарха Никона и селились на границе России и Речи Посполитой, на белорусских землях. Толерантность, царившая здесь, помогла им сохранить свою веру.
 
— Ну вот, теперь у вас будет непосредственная возможность ближе познакомиться и с нашей толерантностью и с другими качествами белорусов.
 
— Откровенно говоря, мой белорусский опыт не очень богат. Я бывал ранее у вас, приезжал по служебным делам, в том числе и как сотрудник Центра восточных исследований. Это были небольшие по времени командировки. Разумеется, сейчас я надеюсь сильно расширить мои представления о вашей стране.
11:59 13/04/2011









Уважаемые посетители сайта.  Для вашего удобства мы подключились к самому популярному в мире стороннему сервису комментирования Disqus
Он позволяет легко авторизоваться через фэйсбук и твиттер, а также напрямую в Disqus. Даёт возможность репостить комментарии в фэйсбук, а также использовать изображения. 
Подробнее о всех плюсах и минусах Disqus читайте здесь.
Из уважения к Ветеранам нашего Клуба Партизан, мы также оставляем и старую форму авторизации.
 
Загрузка...
Loading...


загружаются комментарии