Шендерович: Сейчас наступает час расплаты белорусского общества

В программе "Особое мнение" на радио "Эхо Москвы" 16 июня Виктор Шендерович и Татьяна Фельгенгауэр обсудили белорусско-российские отношения.

Шендерович: Сейчас наступает час расплаты белорусского общества
Татьяна Фельгенгауэр: Александр Лукашенко с интересным заявлением выступил. Сказал, что не допустит забастовок, несанкционированных акций на границе. Далее цитата. «Я так буду смотреть, наблюдать, а потом как шарахну, так не успеют за границу перебежать», – пригрозил Лукашенко.
 
Виктор Шендерович: Ему после декабря уже все равно. Дедушка старый. Легитимным ему уже не быть.
 
– В декабре была политическая оппозиция, а сейчас на границе вышли граждане, недовольные конкретными вещами.
 
– Я про другое. Так, как он повел себя в декабре – с провокациями и массовым кровопролитием – он отрезал пути для возвращения в цивилизованные правила игры. Поэтому теперь он может шандарахать, теперь он может все что угодно себе позволять. По крайней мере, в речевом отношении. Дальше уже Каддафи: с точки зрения отвязанности, руководящих возможностей. Говорить теперь он может все, что угодно. Может позволить себе, слава богу, не стесняться. Он и не стесняется.
 
Вопрос не в нем, в конечном счете. Вопрос в том, что сейчас наступает час расплаты общества. Общества в широком смысле: ни оппозиции, ни элиты, ни Алеся Адамовича и Василя Быкова, которые предупреждали общество об этой опасности еще в 90-х, когда были живы. Вот, собственно говоря, дошло до потребителей, дошло до тех, которые были опорой Александра Григорьевича. Дожили с этой «стабильностью», теперь пришел час расплаты.
 
Он, очевидно, нервничает, потому что из-под него вымывается социальная база – деревня, беднота, низкий образовательный уровень – то, что всегда было опорой его демагогии, его режима. Лукашенко нервничает и позволяет этим нервам выходить наружу, и это очень заметно.
 
– Давайте немножечко про роль России. Как-никак у нас Союзное государство. И вроде мы пытаемся каким-то образом помочь.
 
– Кому?
 
– Беларуси.
 
– Нет, это надо разделить. «Беларусь» и «Лукашенко» нужно разделить как можно быстрее. Нельзя помогать одновременно Беларуси и Лукашенко. Это два разных объекта для помощи. Если мы поддерживаем кредитами своими, политическими высказываниями, как Медведев себе позволял…
 
– …Кудрин сегодня сказал, что если продолжатся проблемы с российскими СМИ, то мы можем, в общем-то, и передумать.
 
– Мы могли, во-первых, как Евросоюз результаты выборов не признавать. Мы их признали. Теперь мы в некоторой ловушке. «Ах, обидели наши СМИ». А почему авторитарный режим, который может фальсифицировать результаты выборов и сажать кандидатов в президенты в тюрьму, почему он должен еще каким-то образом уважать наши СМИ?
 
– Потому что мы ему много денег дали.
 
– Он 16 лет брал у нас деньги с разговором о славянском братстве. Как только мы переставали ему давать деньги, разговоры о славянском братстве заканчивались, он начинал вступать в НАТО, грозил полным поворотом на Запад. Когда Запад пробивал ему пендаля, он снова начинал говорить о славянском братстве и брал новые деньги. Он этим занимается 16 лет. Пора бы уже к этому привыкнуть.
 
– Все такие идиоты, что позволяют ему это делать?
 
– Нет, не идиоты. В каком-то смысле деваться некуда, потому что на Ливию, на вторжение он еще не наработал. Бомбометание по собственному народу он еще не осуществлял, надо отдать должное… Деваться Западу и России не то чтобы некуда, но Россия (по крайней мере, Россия последнего десятилетия) – заложник, потому что методы те же самые. Что собственно сделал Лукашенко, чего не сделали мы? Фальсификация выборов – да, политические заключенные – да. Мы все это сделали раньше Лукашенко. Поэтому нам деваться было некуда. На любое наше возражение он мог сказать «сам дурак» и был бы прав.
 
В 90-х годах пару поворотов газового вентиля было бы достаточно для изменения политики, сейчас уже нет. Сейчас он, во-первых, уже укрепился так, что мама не горюй, окопался как тот австрийский пулеметчик, приковав себя к пулемету в окопах – он уже оттуда не уйдет. А во-вторых, он уже и не может уйти (как и наш), потому что если он уйдет, на второй день его попросят прийти в прокуратуру и начать давать показания. По очень многим эпизодам, где злоупотребление властью – самое маленькое, что можно предъявить.
 
Россия в двусмысленной ситуации. С одной стороны он страшно раздражает, в том числе раздражает эмоционально, как зеркало. А с другой стороны: ну не можем мы поддерживать демократическую оппозицию. Ну как вдруг Путин, Мудведев будут поддерживать демократическую оппозицию? Да они удавятся!
15:20 17/06/2011




Loading...


загружаются комментарии