Наталья Радина попросила политубежища в Литве

Сбежавшая из-под ареста редактор оппозиционного сайта "Хартия-97" Наталья Радина, наконец, рассказала подробности своего «исчезновения» из-под носа белорусских чекистов. Путь журналистки в Европу длился четыре месяца.

Наталья Радина попросила политубежища в Литве
"Эти месяцы казались мне бесконечными, потому что нет ничего утомительнее ожидания, к тому же в условиях изоляции. Сразу приношу извинения за информацию, которая появилась в первые дни после моего исчезновения, - о том, что я нахожусь в лагере для беженцев в одной из стран Евросоюза. Конечно, ни в каком лагере я не могла быть так долго, тем более не называя страну своего пребывания", - описывают Радина свою историю на сайте "Хартия-97".
 
Такой длительный путь объясняется просто: "…после полутора месяцев в тюрьме КГБ мне не вернули паспорт. Хотя это совершенно незаконно – при освобождении под подписку о невыезде до суда обвиняемому обязаны вернуть его документы. Но белорусский КГБ, как известно, всегда плевал на законность…"
 
По словам Радиной, накануне ее побега, ее вызвали на допрос в Минск и дали понять, что сайт charter97.org "решено заткнуть раз и навсегда".
 
"После освобождения из СИЗО КГБ мне постоянно угрожали возвращением в камеру "американки", поскольку было очевидно, что арест и последующее давление не оказало на меня должного эффекта, и сайт продолжал оставаться независимым. Моя "вина" к тому же усугублялась принадлежностью к команде кандидата в президенты Андрея Санникова. А с людьми, которые работали с этим кандидатом в президенты, как известно, режим Лукашенко расправился самым жестоким образом.
 
Собственно, сама тюрьма меня не очень-то и пугала. Страшнее было другое – совершенно ясно, что в Беларуси мне не дадут работать никоим образом. Это стало понятно еще в марте 2010 года, после разгрома офиса сайта и первого уголовного дела. Потом последовало второе, третье и, наконец, четвертое – за события 19 декабря 2010 года. Помню, как полковник КГБ грозил мне 5 годами тюрьмы только за публикацию призывов кандидатов в президенты мирно протестовать на площади против фальсификации итогов выборов. Отягчающим обстоятельством была, как он выразился, моя "отмороженность" - не хотела сотрудничать с так называемым следствием, проще говоря, "стучать" и писать прошения Лукашенко.
 
То, что они не оставят меня в покое, стало ясно и после выхода из тюрьмы, в ссылке в Кобрине. После каждой критической статьи в дом моих родителей приезжала милицейская машина и везла в местное отделение КГБ, где мне грозили немедленным возвращением на тюремные нары", - пишет журналистка.
 
Дальше Радина описывает подробности своего бегства из Беларуси:
 
"…когда мне позвонил следователь и приказал явиться на допрос в Минск, думала я ровно полторы минуты. Это был шанс покинуть территорию Кобрина. Уведомив участкового милиционера, что я уезжаю на допрос в столицу, вечером 30 марта я села на поезд Брест-Минск. В час ночи я сошла на станции "Лунинец", где у поезда самое длительное время стоянки и пассажиры обычно выходят в буфет. На вокзале меня встретили друзья, и я уехала на машине в Москву. 1 апреля я уже была за пределами Беларуси и очень рада, что смогла таким образом поздравить белорусских чекистов с их профессиональным праздником".
 
В Москве журналистка поселилась у своих друзей. Главной проблемой для выезда на Запад и получения статуса политбеженца было отсутствие паспорта.
 
"Я обратилась за помощью в Управление верховного комиссариата ООН по делам беженцев в РФ. Прошла все необходимые формальные процедуры, и, поскольку мое дело было хорошо документировано, вопрос о моем переселении в третье государство был рассмотрен в приоритетном порядке. Хотя эти месяцы были для меня одними из самых трудных в жизни, грех жаловаться. Обычно такая процедура длится до двух лет.
 
О моем пребывании в России знали отдельные правозащитники и политики, которые оказывали мне всевозможную поддержку. Человеком, который мне больше всего помог непосредственно в Москве, была член Совета по правам человека при президенте РФ, председатель Комитета "Гражданское содействие" Светлана Ганнушкина", - повествует Радина.
 
Все эти 4 месяца журналистка «жила в квартире своих московских друзей, продолжала работать редактором сайта charter97.org и старалась не появляться в публичных местах».
 
"После признания меня беженцем по линии ООН, первым государством, которое оказало мне международную поддержку, стали Нидерланды. 28 июля, после оформления проездных документов, я вылетела из Москвы в Амстердам. Я очень благодарна Нидерландам за свое спасение, но через три дня я уехала в Литву. После президентских выборов сайт charter97.org был зарегистрирован в этой стране, здесь находится мой коллектив, и полноценно выполнять свои функции редактора я могу сегодня только в Вильнюсе. 4 августа я попросила политического убежища в Литве, - написала Радина.- За все эти месяцы я на своей шкуре испытала, что такое быть беженцем. И могу прямо сказать – завидовать нечему. Я никогда бы не уехала из Беларуси, если бы, как пел Высоцкий, не "обложили» со всех сторон. Поэтому пришлось отвечать, как я считаю нужным. Играть по правилам, которые сегодня установил в Беларуси КГБ, я не собираюсь. Затравленно мчаться на выстрел не в моем характере, и потому "попробовала через запрет".
 
При этом  журналистка уверена, что очень скоро вернется на родину и новые демократические власти страны вернут ей белорусский паспорт.
09:36 08/08/2011




Loading...


загружаются комментарии