Александр Федута: Я не вижу механизмов, которые заставили бы Лукашенко передавать кому-либо власть

Министр иностранных дел Польши Радослав Сикорский призвал Александра Лукашенко к переговорам о мирной передаче власти. Это заявление польского министра белорусские СМИ обошли вниманием.

Александр Федута: Я не вижу механизмов, которые заставили бы Лукашенко передавать кому-либо власть
И тем не менее вопрос поставлен. Насколько вероятен такой невероятный повторот событий? Об этом "Белорусский партизан" поинтересовался у политолога Александры Федуты.
 
- Радослав Сикорский демонстрирует европейскую наивность по отношению к режиму?
 
- Польша – особая страна с особой историей. Как мне кажется, либо господина Сикорского неправильно поняли, либо он плохо знает собственную историю. Генерал Ярузельский не вел переговоры о передаче власти, он вел переговоры о прекращении внутреннего польского конфликта. А ПОРП сидела с “Солидарностью” за одним столов переговоров в качестве равноправного партнера переговоров, а вовсе не побежденного. Поэтому в данной ситуации я рассматриваю выступление господина Сикорского, я бы сказал, как некоторую бестактность.
 
Извините, при всем том, что я не считаю Александра Лукашенко демократически избранным президентом страны, я не вижу механизмов, которые заставили бы его передавать кому-либо власть. Вот пойти на диалог с оппозицией – он обязан, потому что ситуация зашла слишком далеко, и Беларусь находится в состоянии системного кризиса. Из этого кризиса можно выйти только совместными усилиями. Поэтому если Александр Лукашенко считает себя ответственным политиком, он должен: первое – выпустить политзаключенных, поскольку это необходимое условие для начала внутреннего диалога, и второе – начать этот диалог. Это то условие, при котором можно получить реальный консенсус элит по ситуации в Беларуси, выработать более-менее внятный курс, который бы разделяли все и который не привел бы к раскачиванию лодки, а во-вторых, то, что реально позволило бы убедить мировое сообщество в начале демократических преобразований в стране и, вполне возможно, позволило бы получить реальные деньги, реальную помощь, которая нам в самом деле нужна.
 
- Сомнительно, чтобы Лукашенко выпустил политзаключенных. Похоже, что "декабристов" он считает своими личными врагами.
 
- Судя по тому, как усиленно уговаривают людей, сидящих в колониях, писать просьбы о помиловании – власть готова удовлетворить эти просьбы. Вопрос в том, что сидящие в колониях "декабристы" и не-декабристы – политзаключенные, тот же Николай Автухович, тот же Анджей Почобут, являются гражданами своей страны, они понимают последствия такого шага. Последствия написания такого текста. И то, что они держатся, - это именно потому, что они думают о себе меньше, чем о стране. Мальчик Никита Лиховид реально жертвует собой, как жертвует собой Дима Дашкевич, как жертвует собой Андрей Санников. Это люди, которыми можно и нужно восхищаться, которых можно и нужно уважать.
 
- Но, отпустив политзаключенных, с ними же придется садиться и за стол переговоров – ведь значительная часть оппозиционных лидеров находится в тюрьме. Сможет ли Лукашенко переступить через себя?
 
- Так сложилась судьба, что мне как журналисту как человеку не раз довелось общаться с Адамом Михником, главным редактором "Газеты выборчей" в Польше и человеком, который, собственно, предложил знаменитую формулу: "Ваш президент – наш премьер". Та консенсусная формула разделения ответственности между ПОРП и "Солидарностью". Мне довелось общаться и с человеком, представлявшим другой бок, - это тогдашний член Политбюро ПОРП Станислав Тёсек, будущий многолетний посол Польши в России и затем советник президента Квасьневского по международным вопросам. Я могу сказать, что оба этих человека, которые были едва не двигателями процесса, именуемого "круглый стол" в Польше, оба они понимали, кто сидит "по ту сторону". Те, кто представлял ПОРП, понимали, что по ту сторону сидели люди, которых эта власть била, преследовала, сажала в тюрьмы, ссылала, не давала работать. По другую сторону сидели люди, которые знали, кто сидит перед ними, что эти люди все это с ними делали. Они понимали другое: что их собеседники нуждаются в гарантиях, в том числе и в личных гарантиях. Это не было вопросом передачи власти, потому что обе стороны понимали еще одну вещь – речь идет о судьбе Польши и об установлении долгосрочных правил политической жизни в их стране. Потому что альтернативой могла быть только гражданская война. Извините, ПОРП все еще контролировала армию, и ПОРП все еще контролировала внутренние силы. И может быть, мудрость генерала Ярузельского спасла его реально от судьбы генерала Пиночета, а мудрость Леха Валенсы позволила ему в конце концов стать вторым президентом демократической Польши, потому что первым президентом демократической Польши все еще следует считать Войцеха Ярузельского.
 
- Хватит ли мудрости местному руководителю?
 
- Если и не мудрость, то должен найтись хотя бы инстинкт самосохранения. Когда власть знает, что ее собираются уничтожать в личном качестве, она сражается не на жизнь, а на смерть. И какая бы из сторон не пыталась в этой схватке уничтожить другую, гибнут все равно обе стороны. Это показывает судьба тех, кто убил Чаушеску. Поэтому я очень не люблю, когда говорят о румынском варианте. Я, например, предпочитаю польский вариант. И к сожалению, мне кажется, что в своих комментариях уважаемому изданию господин Сикорский забыл об этих уроках.
11:19 08/08/2011




Loading...


загружаются комментарии