Диалог вместо валюты

Этого совещания в конце августа, которое должно было наконец принять конкретный план преодоления валютного кризиса, ждали не только бизнес, директорат, но и простые обыватели. Ибо хаос и неопределенность в экономике уже всех достали.

Диалог вместо валюты
"Только свободный человек может вести переговоры; узники не могут заключать соглашений". Нельсон Мандела
 
Все ожидали, что вот приедет барин, барин нас рассудит.
 
И вот из дальних странствий возвратясь, президент провел заседание, которое закончилось тем, что в очередной раз А. Лукашенко пообещал через полтора-два месяца стабилизировать ситуацию на валютном рынке.
 
Коллекционирование твердых обещаний президента уже стало национальной белорусской забавой. 16 апреля: «Сегодня-завтра-послезавтра мы выровняем ситуацию по валютам — это дело нескольких дней, может быть, неделя».
 
21 апреля: «Вот увидите — мы за первое полугодие забудем, что у нас происходило и происходит теперь, и финансы, и потребительский рынок».
 
12 мая: «Через один-два месяца мы спокойно забудем всякие валютные неурядицы».
 
Если так пойдет дальше, то скоро А. Лукашенко будут воспринимать так же, как Пал Палыча Бородина, который периодически уверяет, что вот-вот все европейские страны вступят в союз Беларуси и России.
 
Нерешительность властей в принятии действенных мер по выходу из кризиса в значительной мере обусловлена тем, что политическому руководству в какой-то момент показалось, будто существующая ситуация с множественностью обменных курсов и отсутствием валюты в свободной продаже есть меньшее из зол. Госпредприятия худо-бедно работают, за счет обвала импорта платежный баланс в последние месяцы стал положительным, население приспособилось к росту цен и товарному дефициту. А отсутствие валюты в обменниках не страшно, ибо, как убеждал и сам президент, и Н. Ермакова, гражданам валюта не нужна. А дальше как-нибудь все само рассосется.
 
Однако вскоре выяснилось, что валютный дефицит катализирует целый комплекс негативных экономических процессов. Прежде всего, усиливается ажиотажный спрос на валюту, что ведет к падению курса рубля на черном рынке. А это раскручивает инфляцию, с начала года она составила 50%. В магазинах исчезло мясо, возник дефицит других товаров. Неожиданным для президента оказалось массовое желание граждан иметь свободный доступ к валюте (в Минске – 90%). Т. е. руководство государства понимает, что надо на что-то решаться.
 
И вот здесь президент сделал ход конем. Предложение А. Лукашенко политическим оппонентам сесть за «круглый стол» стало подлинной сенсацией. Дело даже не только в том, что это кардинально расходится со сценическим образом белорусского лидера, который за 17 лет намертво впечатался в сознание электората в качестве многомудрого, всезнающего, непогрешимого вождя, не нуждающегося ни в чьих советах. А тут оказывается, что он готов выслушать предложения и идеи политических противников.
 
Не менее радикально расходится это предложение президента и с тем идеологическим священным преданием, пропагандистским конструктом, который лежит в основе белорусской политической системы. Согласно ему, весь белорусский народ любит и поддерживает президента и его политику, поэтому никакой оппозиции в стране нет и быть не может. А те люди, которые имеют наглость выступать против единственно правильного государственного курса — это «отморозки», «враги народа», «пятая колонна» Запада, живущие за счет поддержки внешних сил. И вот теперь фактически признается, что в стране есть оппозиция, представляющая интересы значительной части общества.
 
Еще более удивительно, что глава государства, признающий в политической борьбе единственный аргумент — силу (что привело к глубокому расколу белорусского общества), фактически объявивший после 19 декабря своим противникам «холодную гражданскую войну», вдруг заговорил как Мать Тереза. Он заявил, что стране нужна «сплоченность всех граждан независимо от взглядов и убеждений, нацеленность на конструктивное сотрудничество… Наша сила в единстве».
 
Это невероятное, фантастическое сальто-мортале А. Лукашенко лучше всего свидетельствует, в каком аховом положении он оказался, а вместе с ним и вся Беларусь. До какой же стадии социально-политического кризиса должна дойти ситуация, чтобы президент заговорил о мире, «круглом столе», диалоге с «отморозками».
 
Экономический кризис обвалил доверие общества к власти. Причем ситуация имеет тенденцию к ухудшению. Политическое руководство находится накануне принятия тяжелых, болезненных для населения решений в валютно-финансовой сфере. Грубая сила как фактор удержания власти имеет свои пределы.
 
В этой накаленной социальной атмосфере оппозиция готовится 8 октября провести акцию протеста под названием «Народный сход». Казалось бы, акция как акция, сколько их было за последние годы. Но в нынешней напряженной ситуации эти планы почему-то сильно взбудоражили и впечатлили власть. Чтобы минимизировать эффект от Народного схода, они организовывают в качестве противовеса свою тусовку под названием «Всебелорусский съезд патриотических сил». Предложение А. Лукашенко о «круглом столе» — это тоже попытка перехватить инициативу и канализировать протест в какую-то безобидную встречу за столом.
 
Кроме нейтрализации оппозиционной акции, ослабления протестных настроений, это одновременно предложение Западу начать диалог. Оно сопровождается прекращением ряда уголовных дел в отношении участников событий 19 декабря. Дескать, смотрите, у нас снова началась либерализация, так что давайте деньги.
 
Есть понятные, всем известные критерии серьезной настроенности властей на диалог с оппонентами. Когда прекращается война и объявляется перемирие, то первым делом освобождают пленных. Выход из заключения политических узников, отмена всех судебных приговоров, прекращение репрессий против оппозиции и гражданского общества — это необходимое условие «круглого стола». Ибо какой может быть диалог, когда его предполагаемых участников бьют по голове?
 
Настоящие переговоры предполагают, что политическое руководство готово поделиться властью и ответственностью, допустить политических оппонентов в политическую систему, органы управления. И функция «круглого стола» должна состоять в том, чтобы разработать механизмы этого процесса. Все остальное будет просто выпусканием пара.
 
Вероятнее всего, власти хотели бы имитировать диалог, создать какую-то бутафорскую тусовку типа Общественно-консультативного совета имени Макея. Т. е. представителям оппозиции и гражданского общества дадут возможность выступить на закрытом заседании после лидеров ФПБ, БРСМ, Белой Руси, ЛДП, поблагодарят за активность и объявят народу и Западу, что диалог состоялся.
 
Валерий Карбалевич, "Свободные новости плюс"
10:19 07/09/2011




Loading...


загружаются комментарии