Ковалев продолжает отрицать предыдущие показания

Владислав Ковалев продолжает отрицать некоторые предыдущие показания, данные на следствии, передает БелТА.

Сегодня после окончания оглашения материалов дела обвинитель Алексей Стук задал вопросы Ковалеву в связи с противоречиями в его показаниях.
 
Он поинтересовался, почему на одном и том же допросе - 13 апреля - Ковалев давал разные версии по поводу отпечатков Коновалова. Сначала он сказал, что Дмитрий сообщил о дактилоскопии 10 апреля, а потом - по телефону 9 апреля. "Я не знаю. Запутался", - ответил Ковалев.
 
Ковалева спросили, зачем в начале следствия он описал один из элементов взрывного устройства, который называл "мыльницей", если утверждает, что ничего не знал о бомбе. "Про мыльницу эту... Мне рисунки показывали", - пояснил он.
 
Также Ковалев на следствии говорил, что закопал тротил из-за обыска, который был у Коноваловых после событий 2005 года. На суде же он назвал другую причину, по которой скрыл тротил и вещество для изготовления взрывчатки: "Вышел из того возраста. Мне это не надо было". Владислав назвал на процессе и другой год - 2006. Его спросили, почему же не спрятал после обыска. "Меня смысла не было обыскивать", - объяснил Ковалев.
 
Сегодня Ковалев подтвердил факт, что Коновалов просвещал его по поводу технологического процесса получения взрывчатки с применением домкрата: "Да. Он (Коновалов. - Прим. БЕЛТА) мне рассказывал, что можно так делать". Владислава спросили, откуда Коновалов мог знать технологию. "Я не знаю. Сам, наверное, придумал", - ответил обвиняемый. Тогда Алексей Стук поинтересовался, зачем на следствии Ковалев говорил, что Коновалов пытался применять упомянутую технологию, но взрывчатое вещество не получилось, потому что не удалось должным образом спрессовать компоненты. "Я не знаю. Говорил, что в голову придет", - сказал на это Владислав.
 
На следствии Ковалев также утверждал, что Коновалов показывал вырезки из газет по поводу взрывов в Витебске и оживленно обсуждал эту тему. Владислав отметил, что эти показания ему никто не внушал. Но теперь эти показания отрицает. Для чего их давал, четко пояснить не может: "Я не знаю... Напуган был. Нес всякую ерунду".
 
Кроме того, Ковалев на суде подтверждал: "Да. У него (Коновалова. - Прим. БЕЛТА) был Уголовный кодекс". Коновалов, по его словам, показывал этот кодекс: "По-моему, это было связано с разбитым стеклом в трамвае в Витебске. Они буянили, стекло разбили, по-моему, с Колосовым (сосед Коновалова, который проходит свидетелем. - Прим. БЕЛТА)". Владислав утверждает, что Дмитрий по этому поводу показывал уголовную статью, связанную с хулиганством. Однако тут же Ковалев отметил, что Коновалов был привлечен к административной ответственности.
 
На предварительном расследовании Ковалев говорил другое. Он вспоминал, что Коновалов говорил о ст.339 "Хулиганство" и ст.289 "Терроризм". Он удивлялся, почему по некоторым эпизодам дела были возбуждены по ст.339, когда можно было по ст.289.
 
Ковалев несколько раз ссылался на то, что на следствии его "пугали" ст.289 "Терроризм". Обвинитель обратил внимание, что эта статья была у него уже в постановлении по привлечению в качестве подозреваемого: "У вас статья (ст.289 "Терроризм". - Прим. БЕЛТА) уже есть с первого дня. Чем же вас можно запугать, если она у вас есть сразу?" На процессе Ковалев отметил, что надеялся, что статью "снимут". Однако получилось так, что он не изменил показания, когда ему окончательно предъявили ст.289, а стал менять их только на суде.
 
На допросе 13 апреля Ковалев признал себя соучастником. Но на суде говорит, что изначально ничего противозаконного не совершал. Кроме того, на суде Владислав сказал на процессе: "Кстати, я до этого не знал, что за недонесение о преступлении уголовная ответственность..."
 
В целом Ковалев поясняет, что многие показания он придумал. Точной причины, почему он так сделал, Владислав не называет, ограничиваясь ответами: "Я не знаю", "Был напуган" и т.д.
 
Ковалев заявлял на суде, что на следствии ему рассказали о некогда найденном трупе с признаками минно-взрывной травмы. Следователи, по словам Владислава, предложили свалить это на Дмитрия. Подобные объяснения Ковалев дает и по другим эпизодам. Сторона обвинения поинтересовалась, почему по иным эпизодам Ковалев, по его словам, оговорил Дмитрия, а по этому - нет. "Это уже убийство", - ответил Ковалев на суде. Обвинитель Алексей Стук возразил: "Может, он сам погиб. Подорвался". Владислав не дал по этому поводу пояснений. В свою очередь судья спросил: "А гибель в метро - это не убийство?" Ковалев объяснил это так: "Мне сказали, что он сам признается (в теракте в метро. - Прим. БЕЛТА)".
17:08 12/10/2011




Loading...


загружаются комментарии