По следам белорусских террористов. Независимое расследование

Чем дольше идет суд по делу о теракте в минском метро, тем больше сомнения в истинных мотивах следствия и вины подсудимых. В деле немало противоречивых и ложных данных, принципиальных и ключевых ошибок в пользу подсудимых. Расчет идет на то, что граждане не заметят тот или иной подлог со стороны обвинения.  Мы не защищаем преступников, но мы против сокрытия истинных участников или соучастников данных преступлений. "Белорусский партизан" представляет первую часть нашего расследования.

По следам белорусских террористов. Независимое расследование
Сейчас я пишу правду. Не верьте тому, что автор может сказать в застенках тюремных изоляторов в стране, где правит диктатура.
 
Трудно приводить даже убийственные для следствия доводы после «признания» подсудимыми своей вины. Но истина дороже. И даже после расстрельных признаний  Коновалова суд и следствие намерено спрятать истину.
 
Все следователи знают прописную истину. В случае верных признательных показаний преступника,   они безоговорочно должны быть  подтверждены результатами экспертизы. У нас же есть противоречивые, исключающие друг друга показания и такие же вырванные эпизоды из заключения  экспертов.
 
В целом,  абсурдность доказательной базы говорит об отсутствии в стране элементарных понятий права и законности. Предварительное следствие  исключило право подсудимых на защиту, сейчас суд идет на поводу обвинителя. В таких условиях игра идет в одни ворота и об истине не может быть и речи.
 
Признания вины  в подобных условиях  ничего не доказывает. В застенках НКВД сотни мужественных военных (в том числе и легендарные полководцы), прошедших  не одну войну, подписывали себе под пытками смертные приговоры, желая быстрее умереть. Спасением недалеких  минских террористов  является их не способность запомнить и воспроизвести на видео или допросе в присутствие адвоката то, чему предварительно обучили их следователи и еще более влиятельные посетители.
 
Сомнения
 
Сомнения, возникшие в белорусском обществе после взрыва, вызваны, прежде всего, первыми и последующими заявлениями высших должностных лиц, которые ссылались на противоречивые данные следственной группы.
 
Вызывает много вопросов само постановление о передаче уголовного дела №11068930017 прокурору для направления в суд. Нас не убеждают инкриминируемые подсудимым  преступления с «применением взрывчатых боевых веществ»,  не зафиксированные даже в органах МВД.
 
Обычные  петарды,  бутылки с бензином нам подаются как бомбы. Кого может убедить  время совершенных преступлений: «в один из дней лета» или «в один из дней в период с марта по ноябрь…»? Здесь явно вырисовывается идеологическая обработка населения. Мы не защищаем преступников, но мы против сокрытия истинных участников или соучастников данных преступлений.
 
Меня лично больше всех устроила бы официальная версия следствия о виновности Коновалова и Ковалева и заслуженная ими смертная казнь, чем сомнения и растущая уверенность в том, что истина может умереть вместе с этими подсудимыми.
 
При подобном раскладе нас ждут еще более чудовищные преступления, чем эти. «Могут сбежать» пациенты из сумасшедшего дома со своими убийственными изобретениями, «не имеющими аналогов в мире», которыми будут, как и Коноваловым, манипулировать те же кураторы из личных спецслужб (я подчеркиваю – ЛИЧНЫХ СПЕЦСЛУЖБ, которые наделены неограниченными полномочиями с лицензиями на убийство).
 
Начало судебного процесса  не рассеивает, а укрепляет наши сомнения.  Он не раскрывает, а скорее прикрывает выяснение истины.  Адвокат подсудимого общался с ним в ходе следствия не более двух  минут.  Подсудимый не может передать адвокату доводы и доказательства своей невиновности, привести имеющиеся у него аргументы и доказательства, требующие проверки.
 
Беспристрастный суд выносит приговор на основании убедительных доводов и подтверждающих их документов со стороны обвинения, защиты и показаний подсудимых.
 
Признания подсудимых должны проверяться. В дело о теракте  они неоднократно менялись.
 
Государственный обвинитель приводит в качестве довода причастности Коновалова к взрыву в метро его звонок 9 апреля своему другу, в котором тот сообщает о своих намерениях провести теракт и своих проблемах с отпечатками пальцев. Но он знает об отсутствии этих слов в распечатке разговоров оператором сотовой связи. И таких ляпов в материалах следствия очень много.
 
Кроме того в деле немало противоречивых и ложных данных, принципиальных и ключевых ошибок в пользу подсудимых. Расчет идет на то, что граждане не заметят тот или иной подлог со стороны обвинения.

Противоречия и искаженные данные
 
Эксперты пришли к выводу, что заряд неразорвавшейся бомбы были равен по мощности 655 г тротилового эквивалента. Он состоял из 357 г плавленого тротила и 427 г триацетона трипероксида. В оглашенных ранее материалах говорится, что Коновалов умел синтезировать это вещество, но это требовало много времени и ему проще было постоянно покупать тротил.
Торговцы смертью в более чем пяти случаях так и не обнаружены. «Первое самодельное устройство он привел в действие на пересечении пр. Победителей и пр. Машерова в Минске в 2008 году на праздновании Дня независимости 4 июля. Речь идет о НЕРАЗОРВАВШЕМСЯ по техническим причинам взрывном устройстве (ВУ), которое находилось в двухлитровом пакете из-под сока «Садочек». Тогда обвиняемый привел в действие второе ВУ аналогичного типа, упакованное в пачку из-под сока "Моя семья".    Все просто, но абсурдно и невозможно в исполнении.
Тактика преступника
 
Давайте проследим сейчас тактику действий «Коновалова» и полное бездействие спецслужб во время  взрыва 4 июля 2008 года.  Первое самодельное взрывное устройство он привёл в боевую готовность и установил примерно в 22 часа 30 минут 03 июля 2008 г. По показаниям Коновалова,  он устанавливал время замедления взрыва на 10 минут. ЭТО НЕВОЗМОЖНО. ЭТО ПРОКОЛ И ЛОЖЬ СЛЕДОВАТЕЛЕЙ. Утверждаю это как профессиональный военный подрывник, годы потративший на обучение людей взрывному делу.
 
Во-первых, он должен был установить время замедления вдали от людских глаз (тумблер здесь также был не доступен). Вокруг президента Лукашенко создано три периметра охраны  глубиной до 2 километров. Ковалев находился вблизи к 2 зоне (радиусом до 250-300м). На виду у всех работать с ВУ (при чем в перчатках) он не мог. Кроме того,  если бы он это и сделал, то за 10 минут до взрыва он бы не смог дойти до второй зоны охраны, пройти контроль, показать (как он «утверждает») проверяющему заклеенный скотчем пакет сока «Садочек», отойти от него, выбрать место взрыва  и оставить пакет.
 
Во-вторых, это невозможно сделать во второй зоне. Для этого Коновалову необходимо было на глазах у спецслужб достать двухлитровый «пакет сока» (
бомбу), присесть, снять скотч с нижней части пакета так, чтобы не высыпалось содержимое данного пакета, достать будильник, установить время 10 минут до взрыва (замкнуть цепь), запечатать пакет новым скотчем вместе со своим отпечатком пальца и соучастником (для наводки), остальные отпечатки  демонстративно «стереть»,  оставить «пакет» изумленной публике и быстро удалиться.
 
В-третьих,  Коновалов  НЕ МОГ ИЗГОТАВЛИВАТЬ и,   тем более, устанавливать данное ВУ. В интернете нет информации о том, что литой  тротил  обладает большей чувствительности к взрыву. Каким образом дошел до этого Коновалов?
 
В четвертых,  данное ВУ не взорвалось, было обнаружено ЗА ЧАС ДО ВЗРЫВА. Подозрительный пакет, обмотанный скотчем в нижней части открыли обычным способом, открутили крышку пакета, сорвали НЕ ТРОНУТУЮ герметическую пленку и вместо сока обнаружили белый кристаллический порошок. Сотрудник «Алмаз» взял немного порошка на проверку, поднес зажигалку и в результате взрыва получил ранение двух пальцев. Начался тотальный контроль и поиск подозрительных людей и предметов. Безусловно, особое внимание уделялось пакетам с соком. Служба безопасности президента была в шоке.
 
В пятых,  Коновалов  «попросил их не волноваться» и не прекращать праздник, пошел за второй бомбой на съемную квартиру. Взял другой пакет сока уже в пачке «Моя семья»,  вернулся назад,  прошел ТОТАЛЬНЫЙ контроль с обклеенным  скотчем пакетом.  Парень из службы безопасности, зная, что в пакетах от сока злоумышленники заносят на праздник бомбы,  снова пропускает Коновалова поближе к президенту.
 
В шестых,   Коновалов  подходит ближе к  Лукашенко   (менее 80 м), проделывает на глазах встревоженной охраны то же, что и с первой бомбой («устанавливает на будильнике 10 минут до взрыва»), оставляет пакет «Моя семья» и, пожелав всем хорошего настроения,  идет спать.  А если бы этот пакет не взорвался, то был бы третий?
 
Наконец,  Коновалов не производит на нас впечатления железного человека, тем более сумасшедшего без страха, желающего скорее  отдаться в лапы правосудия. Да и в бдительности охраны президента нет сомнений.
 
Вопросы
 
1. Представят ли тех свидетелей на опознание Коновалого, которые видели, как смуглолицый, темный  человека ставит пакет на травяном газоне,  после чего через 10 минут 4 июля около 00 часов 23 минут происходит взрыв?
 
2.  Смог ли хоть один человек без документов прикрытия, который не является представителем  спецслужб,  ходить вблизи президента с двумя бомбами?
 
3.  Почему на допросе никто не поинтересовался  и не запечатлел на видео очень важный вопрос: «Для чего Коновалов привез в Минск два ВУ? И где он хотел взорвать вторую бомбу?»
 
4. Коновалов отрицает свою причастность к основным взрывам в Витебске 2005 года. С этим трудно не согласиться. После расстрельных признаний умалять свою «славу» (тем более для «истории террориста») ему нет смысла. Тогда рассыпается выстроенная теория роста закоренелого преступника. После петард молодой человек решил начать свою террористическую деятельность сразу под ногами у президента страны. Какая здесь логика?
 
5.По словам эксперта, первый взрыв должен был произойти в 23. 50 (время на будильнике). Ложь.
Если верить «показаниям» Коновалова ( «он хотел взорвать заряды один за другим»), но последующий взрыв произошел в  00.23 (допускаю ошибку будильников).
 
Главная нестыковка заключается  в другом. Первый заряд был положен за два часа (3 июля в 22.30) до расчетного времени  взрыва второго заряда. БОМБА БЫЛА ОСТАВЛЕНА ДЛЯ ТОГО, ЧТОБЫ ЕЕ ОБНАРУЖИЛИ? Что и было моментально сделано.  Человек, сделавший такое взрывное устройство, не мог допустить подобной оплошности.  Здесь работали сообщники и роль Коновалова в этой операции совершенно не выяснена.
 
Взрыв в метро
 
Здесь вообще совершенно другой подчерк, совершенно другое ВВ (взрывчатое вещество)  и  совершенно другое взрывное устройство, которое кстати, по заключению экспертов не соответствует ВУ, которое собрал Коновалов на следственном эксперименте.
 
Как заметили читатели, сначала по версии следствия Коновалов приехал с 4 бомбами взрывать город Минск. Позже ему оставили только одну бомбу. Но  4 июля после отказа одной бомбы, Коновалов  якобы  использовал  другую.
 
По опыту взрыва 2008 года он и в 2011 году мог взять  или сделать второе ВУ для страховки. Но он оставляет  готовое ВВ, взрыватель в качестве улики для милиции и понятых. Хотя после взрывов 2005 у него при обыске ничего не обнаружили даже под плинтусами. Здесь он оставляет массу неопровержимых улик, зная, что последуют обыски. 9 апреля  (в субботу)  «милиция» снимает  ДОМА у Коновалова отпечатки пальцев. Налицо очевидная неадекватность действий преступника.
 
Он «испугался»  и решается на ответный ход. На смертную казнь  он  еще не дотягивает, да и для «истории известного террориста» жидковато. Он оставляет более чем убедительные улики в своей «лаборатории» и переезжает на квартиру в соседнем районе, используя личный паспорт.  Позвонить о сдаче отпечатков он мог не Ковалеву,  а  куратору. 9 апреля он на съемной квартире в Витебске получает подробный инструктаж от куратора, ему назначена судьбоносная встреча в 17 часов 11.04.2011 в Минске, предлагается отвезти «передачу». С отпечатками пальцев куратор обещает разобраться.
 
С этого момента, его уже не выпускают с поля зрения и ведут до квартиры. Коновалов относится к конфиденциальной встрече  серьезно и не просит Ковалева помочь поднести  сумку до метро 11 апреля или к  другому месту (соблюдает инструкцию). Свидетели в данном случае испортят любой план. Одного человека гораздо легче подставить, чем двоих. Коновалов передал сумку и после взрыва догадывается, что является соучастником преступления. Но во время взрыва он не был в метро. В переходе силуэт человека звонит по телефону и докладывает о прибытии. Проходит к головному вагону, но путает направление движения поездов. ОБРАЩАЮ ВНИМАНИЕ. Здесь тоже за колонной есть скамейка (но она не заминирована).  Силуэт, сориентировавшись, тащит сумку к головному вагону поезда, идущего в противоположном направлении. Далее он отдает или прячет сумку под лавку и мы видим, как предложенный нам на видео силуэт выходит и стоит до взрыва на переходе.
 
Позже («по показаниям» Коновалова) он выходит из метро, идет в сторону цирка, спокойно возвращается к дому Профсоюзов, дворцу Республики (назад к месту преступления). Только на площади Свободы с «сожалением расстается с пультом управления взрывом» и идет домой спать. Это совершенно неадекватные действия преступника. Преступник моментально уходит с данного места, как можно быстрее избавляется от следов и улик и после этого может успокоиться и в случае ареста идти в отказ. Кому звонил «СИЛУЭТ» перед взрывом? Какого содержание его переговоров.  Возьмите распечатку у оператора связи.
 
"ЗВОНОК КОСМОС"  испытан в метро моими друзьями (специалистами) в таком виде как его представили Коновалов и Ковалев с этих же позиций на станции Октябрьская при работе электропоездов.
 
Он не сработал и не мог быть использован террористом  для взрыва в данной точке.  Здесь,   по известным причинам,  зона повышенных радиопомех.  Не сработали от него через провода данного сопротивления и две параллельно подключенные лампочки на открытой поверхности (источник питания А23) . Может Коновалов  и особые лампочки изобрел?  Почему следователи обнаружили микрочастицы ВУ, а не обнаружили БУДИЛЬНИК  ( «для страховки»)? Возможно, от иностранных экспертов скрывали и настоящее взрывное устройства (сотовый телефон, например)?
 
Место взрыва
 
Место взрыва сразу стало тайной следствия даже для зарубежных экспертов ибо сразу дает специалистам возможность определить закладку заряда на платформе, под платформой  или в контейнере,  мощность заряда, можно предположить или исключить тот или иной вид ВВ, способ приведение ВУ в действие и так далее, вид взрывателя.
 
Это ограничивает фантазии и облегчает работу следователям по горячим следам. Фотография на воронке правильной, круглой формы диаметром до 80 см исключает взрыв сумки с ВВ размером 35 на 70 см (голову даю на отсечение) на армированной бетонной плите (пробоина имела бы форму и размер заряда в сумке).
 
Свойство взрывчатого вещества состоит (если это не кумулятивный заряд) в том, что  разрушение армированного железобетона (стали…) происходит в месте КОНТАКТА  взрывчатки с поверхностью. Воздух в геометрической прогрессии гасит разрушительные действия ударной  волны.
 
Заряд был заложен в цилиндрической  ножке скамейки. В результате и пробоина получилась в  форме круга. Основная сила ударной волны ушла в свободное пространство (вверх,  в потолок). Потерпевший, который садился на скамейку обратил бы внимание на сумку под скамейкой (ассоциативно – чья сумка, место занято, где хозяин). Кроме того, если бы он сидел рядом с сумкой,  от него остались бы ошметки.  Ноги бы  ему снесло  осколками взорвавшейся ножки.  При открыто расположенном заряде мощностью 12.5 кг в тротиловом эквиваленте у многих людей в данной ситуации полопались бы ушные перепонки (баротравмы) на удалении от сумки до 30 метров. При взрыве сумки ударная волна распространялась бы равномерно во все стороны и создала бы избыточное давление. Но этого не произошло и в 6-9 метрах.
Сумка могла сыграть в предложенном нам спектакле роль немого актера и убедительным доказательством для самого Коновалова его соучастия в данном преступлении. Он привез ее из Витебска, передал другому  лицу, и через несколько минут она взорвалась. Так же,  как произошло и с «Садочком», который ему дали подержать в руках и «сожалели», что тот не взорвался.
 
В час пик СИЛУЕТ С СУМКОЙ доехал от станции Фрунзенская до Купаловской почти на две минуты быстрее, чем обычно эту дистанцию проходит поезд.

Выход на территористов
 
Коновалов не прятался. По своему паспорту он снял квартиру в Витебске 9 апреля и в Минске 10 апреля, хотя разумнее было воспользоваться паспортом Ковалева. Он верил, как и все это время с 2008 года своим покровителям. При таком раскладе человека можно найти за 3 часа. На дауна наш «гений»  не похож. У него в субботу (выходной) взяли отпечатки по уголовному делу особой важности, он готовит еще более чудовищный  теракт, селится в стоявших на учете в милиции квартирах и трое суток ждет (из них 2 суток с бомбой в руках) парней из «Алмаза»,  развлекаясь с другом  и девочками для свидетельских показаний. А не легче было бы после приезда в Минск сразу оставить сумочку в метро и расслабиться с чувством исполненного долга после «дестабилизации обстановки»? Но инициатива пешек в игре наказуема. Это было бы нарушением запланированного  сценария, да и сумочка могла не сработать. Город Минск  не был еще готов к кровавому празднику «вампиров».
 
Коновалов  и Ковалев были арестованы в 22 часа 15 минут 12 апреля 2011г. (через 28 часов после взрыва). ВНИМАНИЕ.  Глава Интерпола Рональд Ноубл заявил: "Такой уровень расследования подобных преступлений является беспрецедентным".  Через 24 часа после теракта 11 апреля Интерпол располагал качественной ФОТОГРАФИЕЙ подозреваемого. То есть, еще до ареста  у них был не фоторобот, а КАЧЕСТВЕННАЯ ФОТОГРАФИЯ  Коновалова. Но наши граждане и милиция не имели даже фоторобота. Это и не требовалось.  Подельники знали, где находятся «козлы отпущения». Им надо  было решить сложную задачу по  передаче Коновалова  из-под колпака   ЛИЧНЫХ СПЕЦСЛУЖБ  официальным  правоохранительным органам.   Они, не вскрывая себя, выводили их на след преступников.  Возможно,  это будет  идентификация отпечатков пальцев Коновалова. Больше нет подходящих вариантов.
 
Продолжение следует.
 
13:21 26/10/2011




Loading...


загружаются комментарии