Екатерина Статкевич: Такой дикости я не ожидала даже в Беларуси

Екатерина Статкевич сказала, что уехала из Беларуси, т.к. у нее не было перспектив найти работу из-за деятельности отца. Она сообщила, что обращалась к немецким политикам и журналистам с просьбой помочь Николаю Статкевичу.

- Как Вы оказались в Германии? Почему Вам пришлось уехать из Беларуси и была ли у Вас возможность посещать своих белорусских родных?
 
- Я уехала в Германию после того, как закончила университет в Минске и поняла, что перспектив у меня найти работу никаких нет из-за политической деятельности моего отца и ситуации в стране. В то время, в 2000 - 2002 годах, этот факт создавал проблемы на работе даже моей маме, которая работает воспитателем в детском саду. Что же говорить обо мне, экономисте. В Беларуси более 80 % предприятий находится в государственной собственности, а остальные вынуждены бороться за выживание и зачастую боятся даже собственной тени. В общем, пришлось мне искать счастья за рубежом. Как многие из моих бывших сокурсников, я уехала по студенческой визе в Германию. Выбор страны был сделан на основе того, что немецкий язык я учила в школе, и европейский менталитет мне симпатичен.
 
- Как Вы узнали о том, что произошло с Вашим отцом в результате событий 19-декабря 2010 г.? Какой была Ваша реакция?
 
- За развитием событий 19 декабря я следила в интернете, читая онлайн-репортажи оппозиционных ресурсов, а также частные онлайн-репортажи тех, кто участвовал в событиях на фейсбуке, твиттере и т.д. Так я практически сразу узнала, что отца задержали и арестовали, в интернете даже были фотографии. Позже мы узнали, что ему при задержании сильно повредили руку. Когда я узнала о его задержании, я очень испугалась за него. Хотелось что-то сделать, как-то вмешаться, чтобы изменить ситуацию. И было ощущение бессилия от осознания того, что на данную ситуацию я навряд ли смогу смогу повлиять.
 
- В январе 2011 г. Ваш отец был признан узником совести. Но ведь это уже не впервый раз. Если бы Вы могли напомнить про 2006 г. Насколько такое «звание» реально помогло и помогае Ваше отцу?
 
- Это «звание» от организации «Международная Амнистия», думаю, очень помогает, так как за освобождение тех людей, которых официально признали «узниками совести», активно борятся организации по защите прав человека. О них чаще пишет пресса, потому что может исходить из того, что эти люди действительно пострадали за свои убеждения, а не находятся в заключении из-за каких-то противоправных действий. Когда в 2006 году моего отца, отбывающего срок в 2 года, признали узником совести, ему пришло несколько тысяч писем со всего мира со словами поддержки. Это очень поддержало его и помогло ему продержаться.
 
- Вы очень активно помогаете сегодня Вашему отцу. Могли бы Вы в общих чертах описать свою тактику. В смысле, с кем Вы встречались из влиятельных политиков. Кто Вас поддерживает. Я помню, из присланных Вами материалов о Ваших контактах с немецкими политиками. На сколько этим вопросм интересуются немецкие СМИ?
 
- После того, как отца арестовали, я обратилась к немецким социал-демократом с просьбой о помощи. Моя просьба получила отклик многих политиков, депутатов Бундестага, разных общественных организаций. Особенно активно вопросом моего отца занялся председатель Немецкой Социал-Демократической Партии Зигмар Габриэль, который предпринял разные шаги, чтобы добиться освобождения моего отца. В числе прочего он написал два открытых письма с обращением к Лукашенко с требованием освободить моего отца и остальных политических заключенных. С Зигмаром Габриэлем я поддерживаю постоянный контакт через смс и звонки. Также меня поддержал председатель фракции социал-демократов в Бундестаге Франк-Вальтер Штайнмайер. По его приглашению я ездила в Берлин, чтобы выступить на заседании фракции в Бундестаге и рассказать о ситуации с Беларусью.
 
Кроме политиков, я обратилась в немецкую прессу – во все телевизионные каналы, газеты и журналы, которые пишут о политике, с просьбой помочь мне привлечь внимание общественности к тому, что происходит в Беларуси – стране, которая является соседом Евросоюза. В то время все газеты писали о событиях в Тунисе и Египте, и практически не писали о Беларуси, что казалось мне вопиющей несправедливостью. Поэтому я просто взяла из Википедии список всех масс медиа с тиражем более 80.000 и несколько дней подряд рассылала во все редакции информацию про события в Беларуси, и предложение дать интервью. К моему приятному удивлению откликнулось более 50 газет по всей Германии, журналов, даже несколько крупных радио- и телеканалов. В том числе такие известные во всем мире издания, как «Франкфуртер Альгемайне Цайтунг», или самый читаемый новостной ресурс Германии www.n-tv.de , которые впоследствии печатал все новости, касающиеся моего отца.
 
Кроме того, в интернете я создала сайт www.lasst-sie-frei.de , на котором интернет-пользователи могут ознакомиться с ситуацией в Беларуси и подписать требование об освобождении всех политических заключенных в Беларуси. Я была бы очень рада, если бы читатели этой публикации также подписались на этой странице. На данный момент там уже оставили свои подписи почти 6000 человек, в том числе многие известные политики и деятели культуры.
 
- Как в этой ситуации ведет себя Польша? Вам была предложена помощь?
 
У меня не было контакта с польскими политиками, хотя я знаю, что Польша играет немалую роль в попытках демократизировать Беларусь. Я очень ценю то, что Польша пытается помочь беларускому народу и политзаключенным.
 
Меня очень радует, что Беларусью интересуются польские информационные ресурсы. У меня уже был контакт с некоторыми интернет-изданиями и радиокомпаниями, а также каналом Белсат, который также находится в Польше.
 
- Как в Вашему отцу относятся в тюрьме? Что для него самое трудное? А что трудно в этой ситуации для Вас, как его дочери? Может Вы привели бы пару примеров из тех Ваших коротких бесед с отцом по телефону. Наиболее запомнившиеся Вам из того, как обращаются к нему и другим оппозиционерам.
 
- Поскольку у нас практически нет возможности общаться (за год было 7 писем и три коротких телефонных звонка с цензурой), я очень мало знаю о жизни моего отца в колонии строгого режима, к 6 годам которой его присудили. Он очень харизматичный человек, и обычно быстро вызывает уважение в компании. Но насколько я знаю, в колонии остальных заключенных пытаются натравливать на «политических». Например, если мой отец пишет письма, то собирают всех заключенных его отряда, читают перед ним это письмо вслух,а потом наказывают всех. Наиболее всего запомнилось мне то, как он по телефону рассказал моей сестре, что политических заключенных администрация колонии пытается заставить признать свою вину и написать прошение о помиловании, угрожая им изнасилованием. Такой дикости я не ожидала даже в Беларуси.
 
- Некоторые из бывших кандидатов на пост президента Белоруссии уже находятся дома. Как Ваш отец относится к вопросу «сотрудничества» с режимом Лукашенко.
 
- Мой отец категорически отвергает любую форму сотрудничества с преступным режимом в Беларуси. Во время своего последнего звонка из лагеря он сказал, что с ним может произойти все, но одного с ним точно не произойдет никогда – это то, что он подпишет прошение о помиловании и признает свои действия 19 декабря преступными, так как это было бы предательством по отношению к тем людям, которые вместе с ним тогда вышли на площадь, - сказала Екатерина Статкевич в интервью польская газета "Gazeta Polska".
 
22:57 22/11/2011




Loading...


загружаются комментарии