Рымашевский: Белорусы готовы бороться, просто время для этого еще не пришло

Сопредседатель "Белорусской христианской демократии" Виталий Рамашевский считает, что белорусы готовы бороться за свои права, но время для этого еще не пришло. По его словам, БХД сделает все возможное, чтобы переход власти прошел мирно, без человеческих жертв.

Рымашевский: Белорусы готовы бороться, просто время для этого еще не пришло
Подробности читайте в в интервью политика, которое он дал "Белорусскому партизану":
 
- За уходящий год пал не один авторитарный режим. Люди там боролись с оружием в руках. Власть стреляла в людей, но они продолжали бороться. В Минске 19 декабря власть не решилась стрелять в людей, никого не убили и, тем не менее, люди сильно запуганы. Белорусы слишком трусливы, чтобы серьезно бороться за свои права, против авторитаризма? Или время для этого ещё не пришло?
 
- У каждого народа есть свои периоды в жизни. Конечно, революцию делают не лидеры революции. Революцию или социальные революционные изменения делает народ. У каждого народа были разные периоды в их истории. И у арабских народов, и у французов, и у любого европейского народа были периоды упадка и периоды подъема. И, конечно, сейчас в белорусском обществе силен страх. Этот дух, я бы сказал, страха и дух репрессий – это взаимосвязанные вещи. Это главная проблема для белорусского общества, но это не значит, что белорусы не готовы бороться. Я уверен, что готовы, просто время для этого еще не пришло.
 
По поводу событий 19 декабря 2010 года и по поводу жертв и степени тяжести жертв, то я бы все-таки был более осторожным в этих высказываниях. Даже если предположить, что были человеческие жертвы 19 числа, то мы с вами об этом сейчас не узнаем потому, что возможности правозащитных организаций проконтролировать все, что происходило на Площади, не было.
 
- Приказа стрелять не было, танки не вводились…
 
- Приказа стрелять не было, но с другой стороны более жесткое действие порождает более серьезное противодействие. Это нужно тоже учитывать, поэтому я уверен, что белорусы способны на борьбу, на противостояние. Они доказывали это на протяжении всей своей истории. Просто сейчас время не массовых выступлений, а время подготовки, время, чтобы люди созрели, изменили свое ценностные ориентации. Этот процесс происходит и сегодня на улицы не выходят сотни тысяч, но завтра, если ситуация будет продолжать идти в том же направлении, в каком она идет, то сотни тысяч людей, я уверен, будут на улицах.
 
- Получается, что вопрос только во времени?
 
- Да. Вопрос во времени.
 
- А то, что власть не дает людям выйти на улицы, чтобы просто зажечь свечи, это страх власти, которая боится любой активности?
 
- То, что произошло 19-го – это внутренняя логика нашей системы. Эта логика такова, что они надеются на аппарат насилия, который создан и используется для удержания власти. Я думаю, что 19-го числа многим силовым структурам нужно было отчитаться перед самой высокой властью в Беларуси о том, что они борются с всякими проявлениями недовольства. Если никто не задержан, то, как бы, проявления этого недовольства нет. Что значит просто среагировать на то, что сто человек пришли со свечками, помолились и спокойно ушли. Тогда получается, что силовые структуры, спецслужбы не нужны. А так, это с одной стороны желание показать свою важность, свою жизненную необходимость для страны. Они, наверно, в  аналитических отчетах написали, что были задержаны экстремисты, что были там задержаны те люди, которые были готовы на радикальные действия, что если бы не эти задержания, то вышло бы 100 тысяч человек. Во-первых, есть этот фактор внутренняя логика системы такова, что желание выслужиться требует отчетов, фальсифицированных отчетов, как НКВД в свое время арестовывало, расстреливало невинных людей только для того, чтобы кто-то получил повышение по службе, чтобы верховный правитель чувствовал необходимость в силовых структурах. Подобные вещи происходят у нас сейчас.
 
Во-вторых, цель – запугать, поддерживать постоянный уровень страха в обществе. Например, мое задержание у подъезда 19-го декабря я не связываю ни с чем иным, как просто с ясным сигналом, напоминанием о том, что я могу в любой момент быть брошен в тюрьму, как это было 19-го декабря 2010 года. Мне никто не представился, меня просто бросили в микроавтобус, завезли во Фрунзенское РОВД и приковали там наручниками. Единственное, что делали это, как я понял, сотрудники уголовного розыска и у них не было особого желания это делать, видно было, что им просто приказали. А вот начальник, который приказал им приковывать меня наручниками к лавке, хотел дополнительно меня унизить. На прощание мне показали фотографию трупа неизвестного мужчины с просьбой, если мои знакомые живут в том районе, посодействовать в розыске или сообщить, знаю ли я что-нибудь об этом. Это можно расценивать, как намек. Подобные вещи происходят в отношении каждого гражданина Республики Беларусь, о многих фактах мы просто не знаем.
 
- Над активистками FEMEN тоже издевались в целях запугивания?
 
- Да. Кроме того, здесь еще эмоции, личная месть. Если возвращаться к моему задержанию, то, возможно, это было связано с моим выступлением на съезде БХД, где прозвучали нелицеприятные слова в адрес Лукашенко. Также члены организации FEMEN лично оскорбили и КГБ и Лукашенко, поэтому это уже не запугивание, а акт мести.
 
- А международного скандала власть не боится?
 
- За последнее время наша власть почувствовала свою безнаказанность в подобных действиях. Я здесь согласен с мнением, что в определенной степени ЕС, международное сообщество развратило белорусские власти, т.к. на грубые действия следует просто чрезвычайно мягкая реакция. Чаще всего это просто пустые заявления. Безнаказанность подстегивает к таким реакциям. Я уверен, что 19 декабря 2010 года власти даже не рассчитывали на такую реакцию Европы. Они думали, что реакция будет еще мягче, что им это сойдет с рук.
 
С Беларусью все равно будут работать, пройдет полгода-год и все вернется на круги своя, несмотря на репрессии, на политзаключенных. Я думаю, что логика власти такая.
 
- В чем тогда логика европейской власти? Экономические интересы никуда не денутся со сменой власти, даже легче будет работать с вменяемой властью.
 
- Вы знаете, мотивация поведения европейских политиков достаточно разная. Часто это бывают просто персональные прагматичные интересы какого-либо политика, желание заработать на теме Беларуси очередной бонус для своей карьеры и ничего больше. За этим часто не стоят не только интересы отдельных политических групп, но и интересы стран. Во-вторых, ЕС приходится принимать решения, исходя из того, что у них присутствует сильное внутренне пророссийское лобби, пробелорусское даже, как в примере с реакцией руководства Литвы, которая продиктована литовским бизнес-лоббингом. Это связывает в действиях политиков в европейских странах в отношении Беларуси и других диктаторских режимов.
 
- Вы говорите о зарабатывании очков. А никто не хотел бы заработать очки на демократизации Беларуси?
 
- Это вопрос риторический. Для политиков часто важнее количество денег на избирательную кампанию, которые он может потратить, чем реальные вещи, которые он может сделать, поэтому до избирателей важно донести информацию о себе, даже если ты ничего положительного не делаешь, а деньги на это дает бизнес. Это прагматичные, конкретные вещи, а не абстрактные слова о свободе и демократии.
 
Я бы все-таки не смотрел так пессимистично на Европу потому, что там, конечно, есть и политическая воля, и политические лидеры, которые способны все-таки отстаивать и интересы своих стран, но и продвигать интересы демократии, по крайней мере, в отношении соседей. Многие шаги были сделаны после 19 декабря 2010 года, исходя не из прагматических интересов, а из ценностных.
 
- Что конкретно?
 
- Не ввели санкции экономические, но прекратили экономическую поддержку режима. Кредиты не дают, и не будут давать до свободных выборов, освобождения политзаключенных. Пока эта позиция твердая и ясная. Список невъездных чиновников создали, и выборы не признали. Политических заключенных признали.
 
Если смотреть изнутри Беларуси, то это может показаться малым, но европейцам, чтобы принять эти вещи, потребовались политических усилий.
 
- А если о лидерах говорить? Для кого важен этот вопрос?
 
- Даже те политики, которые с неохотой идут на жесткие меры в отношении авторитарных режимов, вынуждены считаться с мнением своих избирателей. Европейские избиратели, которые видят брутальные нарушения прав человека в Беларуси, не поймут тех политиков, которые при этом будут сотрудничать с Беларусью. Во-вторых, все Европа, особенно страны-соседи, заинтересованы с стабильном восточном соседе, с которым можно поддерживать экономические и политические связи. Они не заинтересованы в островке нестабильности на их границах.
 
Я не могу привести яркого примера человека, который бы придерживался не только прагматических интересов, а исключительно ценностного подхода. Я уверен, что госпожа Ангела Меркель или господин Фюле, много сделают, будут продолжать работать для того, чтобы Беларусь стала демократической.
 
- Часто говорят о переменах в настроениях людей со сменой поколений. Сначала 90-х годов выросло уже новое поколение, но ничего не меняется. Большинство молодежи продолжает довольствоваться чаркой и шкваркой, никакие права и ценности им не нужны. С чем это связано?
 
- Я с вами частично согласен, но я никогда не поддерживал лозунг про новое поколение. Я уверен, что переосмысление своей жизненной позиции, радикальное изменение своего поведения может быть в любом возрасте. Мы уже 20 лет не живем в Советском Союзе, у нас, действительно, выросло новое поколение людей, но оно не только связано с возрастом. Это могут быть люди пожилого возраста, которые не поддерживают Лукашенко, которые живут другими ценностями.
 
За эти 20 лет радикально изменилось отношение к независимости, к белорусскому языку. Больше 90% людей в Минске относятся положительно к белорусскому языку. Белорусам нужно научиться видеть и ценить друг друга, то ценное, что есть в нас. Я верю в белорусских людей. Последнюю избирательную кампанию я навсегда запомню: и встречи с избирателями, и их глаза, и их выступления в присутствии идеологов. В этих людях есть то, ради чего стоит заниматься политикой.
 
- Активные люди уезжают из страны, запросы общества к власти понижается. Насколько серьезна эта проблема? Не поздно ли надеяться на какие-либо изменения?
 
- Активные люди уезжают на протяжении последних 15-17-ти лет. Массово уезжают из Беларуси, образованные, политически активные. Это потеря для страны, но пока у нас существует такая политическая система, это неизбежно будет продолжаться и масштабы будут больше, но я надеюсь, что все-таки критическая масса этих людей не уедет, а останется и изменения будут возможны.
 
- Люди теряют надежду на то, что что-то изменится, поэтому уезжают. Жизнь одна.
 
- Во-первых, я не хочу осуждать тех, кто уехал потому, что условия действительно здесь тяжелые, особенно для тех, кто занимается политикой. Я верю в тех, кто остался, и в то, что многие уехавшие вернутся.
 
- Какие главные решения были приняты на прошедшем съезде БХД?
 
- Главное решение, которое было принято на съезде, это принятие новой стратегии развития партии на ближайшие несколько лет. Девиз этой стратегии – это «Народная партия». Это значит, что проанализировав эту избирательную кампанию, все предыдущие наши политические кампании, проведя внутрипартийный аудит, мы пришли практически к единодушному партийному решению о том, что БХД может быть народной партией, мы не будем лоббировать интересы определенной группы населения. Мы будем стремиться построить общество, в котором могут максимально комфортно существовать все белорусы. Приоритет – проведение кампаний, которые посвящены вопросам, волнующим всех белорусов – экономика, кризис, коррупция, выборы.
 
Важный момент – изменение руководства, много новых лидеров пришло в регионах, в Минске. Была избрана новая Национальная Рада. Принято также решение на счет выборов, требование к властям об освобождении политзаключенных, регистрации партий, свободе СМИ.
 
- А принятие обращения к Лукашенко, чтобы он добровольно ушел от власти. Это что такое?
 
- Есть общая стратегия, она инициирована БХД, поддержана коалицией шести крупнейших политических партий. Эта стратегия предусматривает, конечно, мирную, ненасильственную смену власти в Беларуси через свободные выборы?
 
- Вы верите в возможность этого?
 
- Я знаю, что мы должны сделать все возможное для мирного пути потому, что жизнь каждого человека для меня персонально и для всех христианских демократов чрезвычайно ценна, мы не имеем права рисковать чужими жизнями, а не только своей. Мы должны, мы обязаны сделать все возможное, чтобы предотвратить любые трагедии, особенно человеческие трагедии. Насильственная смена власти неизбежно всегда к таким трагедиям ведет.
 
На съезде было заявлено, что белорусские власти готовят революцию, т.к. то, что они делают – усиление давления на общество, репрессии, принятие дискриминационных законов – неизбежно приведут к массовым протестам  и восстаниям. Мы должны быть готовы к обоим вариантам развития событий, но сделать все для мирного перехода к демократии.
 
17:51 24/12/2011




Loading...


загружаются комментарии