Дмитрий Усс: Я не преступник 11

"Незаконно осужденный" бывший кандидат в президенты Дмитрий Усс направил на имя председателя Верховного суда Валентина Сукало надзорную жалобу на приговор, вынесенный по событиям 19 декабря 2010 года. Это уже третья по счету надзорная жалоба.

Дмитрий Усс: Я не преступник
"В нашей стране полностью отсутствует законность, отсутствует судебная система", - сказал "Белорусскому партизану" Дмитрий Усс.

Политик объясняет, почему вынесенный в отношении его приговор считает незаконным и еще раз возвращается к событиям "кровавого воскресенья", в которых осталось слишком много темных пятен.

"По приговору суда Ленинского района г. Минска от 26 мая 2011 года я признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 293 УК РБ (организация массовых беспорядков, а также руководство ими), за что мне было назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 5 лет 6 месяцев с отбыванием его в исправительной колонии в условиях усиленного режима.

С учетом очевидной незаконности вынесенного в отношении меня приговора, он был мною и моим защитником обжалован в кассационном порядке в судебную коллегию Минского городского суда. Однако определением коллегии от 19 июля 2011 года приговор оставлен без изменения, а наши жалобы без удовлетворения.

В связи с изложенным, определенное время, с момента постановки приговора, я отбывал назначенное мне наказание в местах лишения свободы.

Впоследствии, несмотря на то, что я не обращался к Президенту с соответствующей просьбой, он принял решение о помиловании меня, надо полагать, понимая всю абсурдность признания меня виновным и осуждения за то, чего я не совершал. Однако, вынесенный в отношении меня приговор остается в силе.

Поэтому, несмотря на то, что к настоящему времени я освобожден из мест лишения свободы, я обращаюсь к Вам с настоящей жалобой о пересмотре судебных решений, так как они являются незаконными и необоснованными, и рано или поздно они будут отменены, а уголовное преследование в отношении меня прекращено с полной реабилитацией, так как я никакого преступления не совершал. 

Обращаюсь к Вам, потому что председателем Минского городского суда, а также Вашими заместителями Калинковичем В.Л. и Федорцовым А.А. по результатам  рассмотрения моих надзорных жалоб во внесении протеста на состоявшиеся судебные решения мне отказано.

Поэтому, прошу Вас, как высшее должностное лицо судебной системы Республики Беларусь, наделенное законом обязанностью реагировать на незаконные судебные решения путем внесения соответствующего протеста, сделать это сегодня, чтобы не быть сопричастным к тому правовому произволу, который творится по отношению ко мне.

Согласно приговору, я признан виновным в том, что вместе со Статкевичем Н.В. в период с ноября по 20 декабря 2010 года на территории г. Минска группой лиц по предварительному сговору между собой и иными лицами, организовал массовые беспорядки, сопровождавшиеся насилием над личностью, погромами, уничтожением имущества, а также руководил совершением данного преступления.

Таким образом,  суд фактически переписал в приговор  предъявленное мне органами следствия абсурдное, ничем не подтвержденное обвинение, исключив из него лишь указание на то, что массовые беспорядки сопровождались поджогами и вооруженным сопротивлением представителям власти.

Несмотря на подобную «смелость» суда, посмевшего что- то исключить из предъявленного КГБ и прокуратурой обвинения по данному делу,  вынесенный в отношении меня приговор, как я уже указывал выше, является незаконным и необоснованным, подлежащим отмене с прекращением в отношении меня производства за отсутствием в моих действиях состава какого-либо преступления.

Как я пояснял на следствии и в судебном заседании, никаких действий, направленных на организацию массовых беспорядков либо руководство таковыми,  я не совершал ни в период  участия в президентской кампании в качестве кандидата в Президенты, ни в ночь с 19 на 20 декабря 2011 года.

Я  не отрицаю факта своего нахождения вечером 19 декабря 2010 года на Октябрьской площади и выступления с негативной оценкой состоявшихся   выборов на предмет их демократичности, а также своего участия в шествии вместе с собравшимися гражданами с Октябрьской площади на площадь Независимости.

Целью  своего участия в избирательной кампании в качестве кандидата в Президенты,  я ставил через участие в избирательной кампании, и предоставленную этим возможность легального общения с гражданами Беларуси, агитацию,  добиваться внесения изменений в избирательное законодательство, направленных на демократизацию его, и в частности внесения в него поправок, суть которых в том, чтобы любой из кандидатов в президенты, депутаты, имел право направлять своих представителей в участковые избирательные комиссии с полномочиями участия в подсчете бюллетеней и голосов избирателей, а также  и подписи соответствующего протокола. 

Именно об этом я постоянно вел речь на встречах с избирателями. Кроме этого, я подготовил об этом соответствующее письменное обращение на имя Лукашенко А.Г. с предложением внести подобные изменения в избирательное законодательство. Это обращение было поддержано рядом моих коллег:  кандидатов в Президенты, и как коллективное обращение было отправлено на имя действовавшего Президента. Однако ответа на него мы не получили до сих пор.  Вот и все, что я сделал. 

Вы не можете не согласиться, что сделанное мною не есть уголовное преступление. 

В уголовном деле не представлено ни одного  доказательства, которое подтверждает  наличие у меня  умысла на планирование и организацию массовых беспорядков, то, что я  в этих целях предпринимал какие-либо  действия, а также то, что моим  умыслом охватывалась неизбежность похода людей с Октябрьской площади на площадь Независимости с разбитием там дверей и окон Дома Правительства, вытаптыванием 5 кустов можжевельника и причинением сотрудникам спецназа  незначительных телесных повреждений и побоев, либо то, что я к этому кого- либо призывал.

И это естественно, так как очевидно, что ничего подобного я не планировал и не совершал.

Звучащие в тексте приговора, переписанного из обвинения,  формулировки, что якобы я неоднократно обсуждал в ходе совместных встреч со Статкевичем Н.В. и иными лицами планирование массовых беспорядков и распределение ролей, с целью организации массовых беспорядков через средства массовой информации, а также в ходе выступлений перед избирателями неоднократно призывал избирателей прибыть на Октябрьскую площадь для участия в несанкционированном массовом мероприятии, заранее спланировав и подготовив провокации для разжигании агрессивности толпы,  поддержал призывы Статкевича Н.В., предпринять активные действия, грубо нарушающие общественный порядок, направленные на силовой захват зданий органов власти, а также, что я вместе со Статкевичем Н.В., продолжая руководить совершаемым преступлением, возглавил бесчинствующую толпу лиц, объединившихся в единую разрушительную силу, которая двинулась с Октябрьской площади к площади Независимости, после чего, находясь на площади Независимости, действуя согласованно со Статкевичем Н.В., использовал собравшихся людей как инструмент достижения своей цели по захвату Дома Правительства, поддержал призывы Статкевича Н.В. и иных лиц захватить Дом Правительства, являются голословными.

Они не подтверждены никакими объективными доказательствами, и подтверждены быть не могут, так как ничего подобного я не совершал.

Будучи возмущенным фактом предъявления мне, в нарушение требований ст. 240 УПК РБ, гласящей, что обвинение может быть предъявлено лишь при наличии достаточных доказательств совершенного преступления, руководителем следственной группы подполковником милиции Сукало А.Н. подобного незаконного, ничем не подтвержденного обвинения, я подал на имя прокурора г. Минска Кулика Н.Н. заявление с просьбой возбудить в отношении Сукало А.Н. уголовное дело и привлечь его к уголовной ответственности по ст. 188 ч. 2 УК РБ, предусматривающей ответственность за клевету, соединенную с обвинением в тяжком или особо тяжком преступлении, однако мое обращение оказалось проигнорировано прокуратурой.

Цели массового мероприятия 19.12.2010 года, т.е. сбора на Октябрьской площади носили исключительно мирный, ненасильственный характер.

Никто никакой революции, никакого переворота не планировал, по крайней мере, мне об этом ничего неизвестно.

 Призывы некоторых моих коллег по избирательной кампании прийти на данную площадь для участия в мирной массовой акции с целью выразить свое несогласие с результатами не демократически проведенных выборов,  не могут рассматриваться, как организация массовых беспорядков. Что же касается меня, то я  никогда, ни разу не высказывал подобных призывов. Это подтверждается как показаниями допрошенных на следствии и в суде свидетелей, так и  видеоматериалами моих выступлений в средствах массовой информации, на встречах с избирателями.

 В этой связи, мне не понятно, на чем основываются утверждения Ваших заместителей  Калинковича В.Л. и Федорцова А.А., что якобы я «призывал граждан к участию в массовых несанкционированных мероприятиях на Октябрьской площади в г. Минске». 

Поэтому, я  хотел бы получить на данный мой вопрос конкретный ответ: кто из нас прав я, утверждающий, что я никогда не призывал граждан приходить на Октябрьскую площадь на митинг, или Ваши заместители, утверждающие в своих ответах на мои жалобы, что якобы я призывал к этому граждан. 

В этой связи, ни на чем не основаны и очередные тезисы ответов Калинковича В.Л. и Федорцова А.А., что якобы «на Октябрьской площади я с иными лицами осуществлял руководство собравшимися там гражданами».

Мое участие в мирном шествии вместе с тысячами небезразличных к судьбе страны людей с Октябрьской площади на площадь Независимости также не может квалифицироваться, как преступление. Да, я не отрицаю, что двигался во главе колонны граждан с Октябрьской площади на площадь Независимости. Однако это не преступление. В шествии вместе со мною принимали участие тысячи граждан, никто их преступниками не считает.

Что касается событий на площади Независимости, то по-прежнему,  утверждаю и настаиваю, что  вечером 19 декабря с данной площади я ушел еще до начала инцидента с разбитием стекол в окнах и дверях Дома Правительства, поэтому, я не могу отвечать за действия отдельных лиц, которые это впоследствии совершили.

Я никакой преступной цели по проникновению в Дом Правительства, в чем меня упрекает Калинкович В.Л., никому не ставил. Уходя с площади Независимости, я еще не предполагал, что кто то впоследствии будет пытаться проникнуть в Дом Правительства.

Ссылка в приговоре на то  обстоятельство, что мой телефон 19 декабря с 20 до 23 часов находился в радиусе действия сот, обслуживающих районы Октябрьской площади, проспекта и площади Независимости,  не опровергает того факта, что я к началу инцидента с разбитием стекол был уже у себя дома в квартире, т.к. моя квартира расположена в этом же районе на ул. К. Маркса напротив Октябрьской площади.

 Имеющиеся видеоматериалы, которые исследовались и в судебном заседании, нигде после Октябрьской площади, т.е. после разговора с сотрудниками ГАИ, не фиксируют мое не только руководство действиями толпы по разбиванию стекол в Доме Правительства, но и даже нахождение возле дома Правительства, ибо я к Дому Правительства вообще не подходил, а, дойдя до площади Независимости, развернулся и ушел домой.

Если в уголовном деле для кого - то мало доказательств этому, можно запросить соответствующую информацию из службы наружного наблюдения КГБ, которое, вне всякого сомнения, велось за мною, как за одним из кандидатов в Президенты, и факт моего нахождения к своей квартире до начала событий, связанных с разбитием стекол в Дома Правительства, они также подтвердят. 

 То обстоятельство, что я перед выходом на Октябрьскую площадь разговаривал по телефону со Статкевичем Н.В., в ходе чего сообщил ему, что в  район Октябрьской площади, т.е. в район моего проживания, нагнали много техники с сотрудниками милиции,  также не является никаким доказательством моей вины в организации массовых беспорядков.

Это ничего не значащий разговор, суть которого была в том, чтобы уточнить время,  в какое  мы пойдем на митинг, не более того. А информацией о стоящей в окрестностях Октябрьской площади, рядом с которой я живу, технике я поделился лишь потому, что перед этим  мой мальчишка сын  пришел с улицы из магазина, и рассказал мне об этом, т.к. ребенку  интересно, где и сколько « военной» техники стоит. 

Также очевидно, что приведенные в приговоре указания о том, что я совместно со Статкевичем Н.В. проводил избирательную кампанию, что якобы я оплачивал сбор подписей и для Статкевича Н.В., что вместе с последним ездил по регионам и проводил совместные встречи с избирателями,  не являются и не могут являться доказательствами вины в совершении инкриминируемого мне преступления, несмотря на то, что суд и ведет в приговоре речь о некоей четкой причинно следственной связи между этими  фактами и наступившими последствиями. Увязывать одно с другим является полным абсурдом.

Таким образом, в приговоре я не нашел никаких доказательств моей виновности, и это естественно, так как их и быть не может. 

Более того, я также убежден, что и вывод суда, что 19 декабря 2010 года в г. Минске имели место массовые беспорядки, связанные с действиями бесчинствующей толпы, как таковые, является необоснованным, так как из имеющихся в деле доказательств усматривается, что  действия по повреждению имущества Дома Правительства непосредственно совершал лишь десяток человек, а остальные собравшиеся на площади люди  участвовали в мирной акции протеста.

Я не могу также не  возмущаться и ответом председателя Мингорсуда Пуцило на мою жалобу, который пишет, что якобы судом установлено, что я « с целью организации массовых беспорядков неоднократно обсуждал планирование массовых беспорядков и распределение ролей…, неоднократно призывал избирателей прибыть на Октябрьскую площадь…, поддерживал призывы Статкевича и иных лиц проникнуть в Дом Правительства…». 

Как можно писать о данном, как установленном, если ничего подобного не имело места, и в деле нет никаких доказательств тому.

Калинкович В.Л., и Федорцов А.А. как вышестоящие должностные лица по отношению к Пуцило, на эти мои возмущения никак не отреагировали.

Более того,  Калинкович В.Л. в своем ответе на мою жалобу пошел еще дальше. Он указывает, что якобы судом правильно было установлено, что массовые беспорядки, произошедшие в ночь с 19 на 20 декабря 2010 года на площади Независимости, наряду с прочим, сопровождались и вооруженным сопротивлением представителям власти.

 Однако в нашем приговоре квалифицирующий признак « вооруженное сопротивление представителям власти» судом как раз таки был исключен. Может в других делах, другими судами он и был оставлен, но в нашем приговоре его нет.

То есть, Ваш заместитель меня «обвиняет» даже в том, что суд первой инстанции исключил. Я бы хотел услышать Вашу оценку данному факту. 

Кстати, если подобный квалифицирующий признак в других приговорах ( я не интересовался этим вопросов) остался, а в нашем его нет, то это также является очередным свидетельством незаконности судебных решений, т.е. отсутствия единообразия в квалификации одних и тех же действий.

Согласно ст. 89 УПК Республики  Беларусь при производстве дознания, предварительного следствия и судебного разбирательства уголовного дела подлежат доказыванию: наличие общественно опасного деяния( время, место, способ и другие обстоятельства его совершения), а также виновность лица, обвиняемого в совершении преступления.

Данные требования закона применительно к уголовному делу в отношении меня грубо нарушены.

В соответствии со ст. ст. 16 и 356 УПК РБ и разъяснением, содержащимся в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РБ № 9 от 28.09.2001 года « О приговоре суда», обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, и постанавливается лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность обвиняемого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованы судом доказательств.

 Сомнения в обоснованности предъявленного обвинения согласно уголовно процессуальному закону должны трактоваться в пользу обвиняемого.

Вынесенный в отношении меня приговор не соответствует данным требования закона.

Согласно ст. 388 УПК РБ одним из оснований к отмене либо изменению приговора являются несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела», - говорится в жалобе.

Дмитрий Усс просит внести протест на вынесенный ему незаконный приговор суда Ленинского района Минска от 26 мая 2011 года о признании меня виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 293 ч. 1 УК РБ, а также определения судебной коллегии Минского городского суда, утвердившего данный приговор, с прекращением уголовного преследования за отсутствием в моих действиях состава преступления.
15:08 16/08/2012




Loading...
ссылки по теме
Дмитрий УСС: Время для революций еще не пришло…
Экс-кандидат в президенты Усс стал апологетом "русского мира"
Дмитрий Усс назвал идею сына о проведении съезда Антимайдана "бредом"


загружаются комментарии