"Думала, меня везут убивать" 43

Зампредседателя информационно-просветительского учреждения "Платформа" получила ответ из ГУВД Мингорисполкома на запрос по поводу ее задержания неустановленными лицами.

"Думала, меня везут убивать"
На официальном бланке со всеми необходимыми реквизитами, по сути, содержится признание в том, что стражи порядка, как минимум, соучаствовали в похищении и незаконном лишении свободы женщины.

Напомним, Алена Красовская-Касперович пропала днем 31 июля, когда она отправилась на встречу для передачи материалов по приговору, который отслеживает "Платформа" в рамках кампании «Несправедливый приговор». Коллеги Красовской-Касперович безрезультатно обзвонили все больницы и управления внутренних дел Минска, после чего подали в Партизанское РУВД заявление об ее исчезновении. Лишь к вечеру 1 августа стало известно, что Алена задержана и находится в Центре изоляции правонарушителей (ЦИП) ГУВД Мингорисполкома.

Эта история должна была развиваться по отработанному милицией сценарию так называемых превентивных задержаний.

Все очень просто. На улице к вам подходят двое служак, просят пройти с ними в машину, отвозят в отдел, пишут рапорта, составляют протокол и — в суд. Фемида в течение получаса, несмотря на свидетелей с вашей стороны, выносит скорый приговор – штраф или арест до 15 суток за якобы мелкое хулиганство в виде нецензурной брани, которую слышали только задержавшие вас милиционеры. В случае с Аленой все так и начиналось, но до логического конца дело не дошло.

"Думала, меня везут убивать"

В интервью интернет-газете Naviny.by Красовская-Касперович вспоминает, как это было.

"Меня задержали 31 августа около 16 часов возле моего дома двое неизвестных в штатском, — рассказывает правозащитница. — Они представились сотрудниками Партизанского РУВД и настоятельно пригласили меня пройти с ними в машину, не дав мне возможности записать их фамилии и позвонить близким. От меня потребовали сдать телефоны. Я спросила: а если я с вами не пойду? Мне ответили: вы пойдете с нами так или иначе, выбирайте – так или иначе...".

Алену посадили в машину и привезли в помещение опорного пункта.

"Там, — продолжает она, — задержавшими меня людьми был составлен документ, в котором меня попросили расписаться. Полностью ознакомиться с этим документом мне не позволили, но я успела прочитать обвинения: я якобы нецензурно выражалась на улице и не реагировала на замечания сотрудников МВД. Сотрудники, задержавшие меня, все время созванивались с кем-то и явно ожидали указаний".

Дело шло к вечеру, рабочий день у судей закончился, а потому не было ничего удивительного, что "матершинницу" отвезли в Центр изоляции правонарушителей, что на улице Окрестина. Алена предполагала, что в среду утром — 1 августа – ее доставят в суд, и она получит свой "срок". Но…

"На Окрестина я провела трое суток, — говорит Алена. — В суд меня не вывозили, бесед не проводили, за все это время я встречалась только со своим адвокатом. Никаких процессуальных документов мне не вручили, поэтому три дня я пребывала в состоянии полной неопределенности относительно оснований задержания и моей дальнейшей судьбы".

До сих пор неизвестно, какой сбой случился в милицейской программе и кто его инициировал, но до логического судебного конца превентивное задержание правозащитницы не довели.

Утром 3 августа Алену попросили покинуть с вещами камеру №14, в которой она находилась все это время, и посадили в машину без номеров с милицейской мигалкой на крыше.

По словам женщины, "за рулем сидел милиционер в форменной голубой рубашке, а два парня в штатском сидели рядом со мной, один держал в руках мою сумку". Алена думала, что ее везут в суд на улицу Семашко, до которого езды минут десять. Но машина мчалась за город.

"Вижу, что едем в другую сторону, — рассказывает Алена. — Ехали в общей сложности больше часа, я плохо знаю окрестности Минска, поэтому с направлением движения определиться мне было сложно. Со мной никто не разговаривал, я видела, что они не настроены со мной общаться. Пока мы ехали по городу – все было нормально, я просто недоумевала, в какой же суд меня везут, но когда выехали за город, мелькнула мысль: очевидно, меня везут убивать. Других вариантов у меня тогда просто не было, да и какие могут быть варианты в такой ситуации. Я внутренне собралась, готовилась оказать сопротивление, хотя понимала: двое мужчин и третий за рулем – сопротивляйся не сопротивляйся, в любом случае задушат. Слава Богу, что они не остановились в лесу. Я увидела, что остановились в поле и с облегчением подумала, что здесь убивать точно не будут…".

Когда машина остановилась, один из штатских вышел из машины и сказал правозащитнице: "Выходите! Всего хорошего, вы свободны". Затем он отдал женщине сумочку, сел в машину и она, развернувшись, уехала в сторону Минска. На маршрутке Алена вернулась в Минск.

Что это было?

"На запрос моего адвоката из ГУВД пришел ответ из двух строк, — говорит Красовская-Касперович. – В этой бумажке сообщается, что задерживали меня сотрудники органов внутренних дел на основании Кодекса об административных правонарушениях. Все, даже статью не указали. Лично я расцениваю это как признание милиции в моем незаконном задержании".

"Незаконное задержание" это еще мягко сказано. В УК Беларуси на сей счет есть более серьезные статьи. Например, ч. 2 ст. 182 ("Похищение человека группой лиц по предварительному сговору", срок — от 5 лет) или ч.1 ст. 183 («Незаконное лишение свободы» в виде "ограничения личной свободы человека путем водворения его в какое-либо помещение", от 2 до 5 лет).

И здесь совсем неважно, кто и где совершил преступление: банда рэкетиров из "лихих 90-х" или люди в погонах. С последними даже проще.

В настоящее время Алена Красовская-Касперович ожидает ответа из прокуратуры на заявление о незаконных действиях якобы стражей порядка. К месту заметить, что милицейская бюрократическая система обязана документально фиксировать весь ход своих действий. Тем паче, что свидетелей в этом деле предостаточно. Так что, на первый взгляд, прокуратуре не составит особого труда отследить всю цепь событий с Аленой, чтобы установить факты ее незаконного, в чем нет сомнений, задержания, лишения свободы путем водворения в ЦИП вплоть до передачи в руки «неизвестным лицам», чтобы дать правовую оценку произошедшему. Вот только захочет ли прокуратура проявлять принципиальность в деле надзора за исполнением законности? Подождем официального ответа.
14:34 24/08/2012




Loading...
ссылки по теме
Правозащитника Бондаренко переводят в могилевскую тюрьму
"Платформа" ликвидирована. Права заключенных будет защищать "Регион 119"
Сайт "Платформы" снова подвергся хакерской атаке


загружаются комментарии