Что сказал Лукашенко российским пропагандистам? (полный текст) 15

Александр Лукашенко в эксклюзивном интервью телеканалу RT прокомментировал вопрос преемственности власти, а также рассказал о внутренней и внешней политике страны. Когда журналистка Софико Шеварднадзе обратилась к Лукашенко “господин президент” тот ответил: “Господином я пока не стал. Надо для этого много денег”.

Что сказал Лукашенко российским пропагандистам? (полный текст)
Мы решили опубликовать полный текст интервью. Пусть там много фантастики, популизма и откровенного вранья, но он представляет интерес для политологов и психологов. (Орфография первоисточника сохранена).

RT: Вы согласны с экспертами, которые говорят, что есть некоторая попытка воссоздать мини Советский Союз?
А.Л.: Сравнивать можно с Советским Союзом, можно с Европейским Союзом, с любым другим. Но когда мы с союзами сравниваем, мы говорим о том, что в мире вообще идет такой повсеместно процесс интеграции, образование союзов. Посмотрите, Азиатско-Тихоокеанский Союз, потом МЕРКОСУР в Латинской Америке и т.д. Везде происходят вот эти образования для того, чтобы в этой конкурентной борьбе выживать. Почему мы не можем использовать опыт Советского Союза в выстраивании наших отношений?
К сожалению, мы Советский Союз не восстановим. Его нельзя восстановить, слишком уж далеко мы ушли. Но лучшее давайте оттуда возьмем, для того чтобы новые независимые государства смогли более эффективно сотрудничать между собой, выживать в трудные времена и создавать дополнительные блага для своих народов. В этом нет ничего плохого.

RT: Вы очень близко дружили с Уго Чавесом, который объединил вокруг себя лидеров, бросивших вызов Западу, западному капиталу и корпорациям. Что будет с этой альтернативой после ухода Чавеса?
А.Л.: Элементы в его деятельности такие есть, о которых вы сказали. Я бы не сказал, что уж слишком объединил нас, очень тяжело объединить, очень тяжело. Я первый раз с этим столкнулся в Движении неприсоединения, где за эти страны идет борьба со стороны других государств, Соединенных Штатов Америки, нацеленных на раскол. И Уго Чавес — и мне повезло, что я с ним в этом контексте работал на объединение развивающихся государств — очень большой вклад внес в это. Но мы так и не смогли преодолеть центробежные силы движения, даже в этом Движении неприсоединения. Поэтому я бы не сказал, что мы в этом отношении, в том числе и Уго Чавес, продвинулись. Но то, что он встряхнул Латинскую Америку, то, что там практически все руководители сейчас-таки левого движения, это о многом говорит.



RT: В Венесуэле знали не только Чавеса, но еще одного или двух оппозиционеров. В случае Белоруссии знают только Лукашенко. Я не говорю, что это сейчас должно произойти, но рано или поздно Вы должны будете кому-то передать власть. Как Вам это представляется?
А.Л.: Нет, я такими категориями не мыслю, честно вам говорю, что я кому-то должен передать власть. Я поклялся, что я ни в коем случае не буду передавать власть своим родным, близким, родственникам или детя Это исключено. Но самое главное — власть у н после Лукашенко будет у того, кто ее выиграет на выборах, честных, как я когда-то в первый раз, в первые президентские выборы выиграл, придя из оппозиции, я был оппозиционным кандидатом в президенты. Хоть меня там и критиковали, что вот Лукашенко, диктатура, что он выборы фальсифицирует, подтасовывает. Если слепой, то он так говорил. А тот, кто видит и объективно оценивает, тот никогда не скажет, что Лукашенко выигрывал просто так или благодаря фальсификациям. Я вел себя честно в этом отношении, и я хочу, чтобы после Лукашенко пришли люди точно так, честным путем. В противном случае, белорусский народ — а вы его знаете: белорусы — это люди со знаком качества, образованные, талантливые, умные — они никогда не согласятся с эти.



RT: То есть, преемника Вы себе не готовите?
А.Л.: Нет. Вы знаете, я даже скажу вам откровенно: задумываясь над этим вопросом, я пока для себя так и определил, что даже поддерживать публично никого не буду. Все должно быть честно. Народ должен избрать себе руководителя сам, когда придет время.



RT: Еще летом, когда Чавес был жив, Вы приехали к нему с младшим сыном Николаем. И Чавес сказал, что «это большой праздник, приехал президент Лукашенко, да еще и с сыном». И Вы тогда ответили, что «да, я приехал с ребенком, потому что дело, которое мы начали, — это большое дело, есть, кому продолжать, есть кому передавать эстафету лет через 20-25».
А.Л.: Продолжать — ведь не значит, что взял борозды правления и сел в кресло президента. Таких у нас, как младший сын Лукашенко, миллион, а может быть и больше, и они будут продолжать то дело, которое Лукашенко когда-то начал.
Я не имел в виду, честно вам говорю, что вот младший сын, вот он, кому я передам власть.



RT: Но если Николай в будущем захочет идти в политику, Вы поддержите его?
А.Л.: Да ради бога. Я не хотел бы этого, не хотел бы, чтобы он шел в политику. Он наелся уже в восьмилетнем возрасте этой политики от отца, он это увидел, у него даже такого желания в детстве не было и нет, что вот у меня папа президент, и я тоже буду президентом. Ни в коем случае. Я даже на эту тему дома не разговариваю. Это недетские вещи. Что касается взрослых сыновей, так они мне прямо говорят: «Папа, мы наелись твоего президентства». Наелись вот так. Поэтому у нас нет этих разговоров о передаче власти. Я и вообще не веду сегодня разговоры о том, что я кому-то должен власть передавать.



RT: Вы недавно сказали: «Страшно и опасно, что после меня пойдет с молотка все то, за что я цеплялся, чтоб сохранить для Белоруссии, создавая это государство». Что это значит? Если Вас не будет, страну растащат на куски?
А.Л.: Я этого боюсь. Да, я этого боюсь.



RT: Получается, что система, которую Вы создали, которая на Вас держится, она хрупкая до такой степени, что после Вас ничего не останется?
А.Л.: Я имел в виду ту собственность, ту экономическую базу, сельское хозяйство, которое мы модернизировали на сегодняшний день.
Вот придут люди, вот надо поделить, как у нас раньше было, и отдать все это в частные руки. Что произойдет? Будет катастрофа. Я не хочу, чтобы за бесценок распродали наши промышленные предприятия, другие предприятия. Вот я за это боюсь, потому что это основа жизни любого государства и любого народа.
Поэтому меня беспокоит, в чьи руки попадет эта аккуратная, ухоженная, чистенькая, как многие журналисты, приезжая к нам, говорят, Беларусь. Я хотел бы, чтобы у власти был человек, который шарахаться не будет, а будет продолжать это дело. И если надо где-то что-то поправить, то это должно быть спокойно, эволюционный характер носить. Где-то подчистил, где-то чего повернул, а где-то вещи надо и уничтожить, чтобы они не мешали дальнейшей жизни. Но все должно соответствовать воли народа и тому жизненному укладу, который будет складываться на то время не только в Беларуси, но и во всем мире.



RT: Воспринимаете ли Вы всерьез своих политических оппонентов — тех, которые, например, с Вами боролись на выборах в 2010 году?
А.Л.: Если честно говорить, конечно, не всерьез. Сколько они тогда набрали? 1,5 или 2 процента. Вот их рейтинг. Ну ладно, их задавили и т.д. — 5 процентов. Как их всерьез воспринимать, если они выходят и несут такую ересь, что даже народ их не воспринимает?



RT: Вы часто говорите, что «вот у нас в Белоруссии демократия ничем не хуже», чем там, в Америке и в Европе.
А.Л.: Абсолютно не хуже, поверьте. Хотите, я докажу, что у нас нет диктатуры? Одним тезисом. Я пытаюсь этим убедить своих западных партнеров. Чтобы быть диктатором и быть похожим на нашего с вами прадедушку Сталина, надо иметь ресурс. Я же в обнимку с ядерными боеголовками не сплю? Нет. У меня углеводородного сырья не столько, сколько у Уго Чавеса в Венесуэле было? Нет. У меня природного газа не столько, как в Российской Федерации. Вообще мы его не добываем.
Чтобы быть диктатором и диктовать, надо иметь в руках ресурсы: экономические, социальные — население, военные — боеголовки и т.д. У нас ничего этого нет. И я объективно оцениваю свою роль в связи с этим. И сейчас говорю о том, что мы не страдаем никаким глобализмом. Мы не собираемся решать глобальные проблемы всей планеты. У нас тоже для этого нет ресурсов. Мы хотим видеть, найти свое место под солнцем и жить, как нормальное цивилизованное среднеевропейское государство. Вот чего я хочу.



RT: Вы прекрасно знаете весь перечень претензий, которые к Вам имеет Евросоюз: нет политического плюрализма, свободы слова и много чего другого. Список большой. Как Вы думаете, почему Вы являетесь персоной нон грата?
А.Л.: Хорошо, Лукашенко персона нон грата. Вы его никуда не пускаете. Но заодно вы не пускаете моего старшего сына, моего среднего и моего малыша в список записали. Ну он-то в чем виноват? Он что, фальсифицирует выборы? У меня дети вообще отстранены от всякой предвыборной кампании. Как можно всех агулом взять и записать, не знаю, чем их обозвать, обругать можно и не пустить их на территорию Европейского Союза. Ладно, они за права человека, но почему вы нарушаете права моих граждан? Ладно, Лукашенко не приемлем. Я могу сказать, по каким основным причинам я им неприемлем. Не потому что авторитарный, это может действительно так. И не потому, что меня называют диктатором: сейчас уже не говорят ни про авторитаризм, ни про диктатуру. Это когда-то говорили. С Америки прислали им эти тезисы, как меня обозвать.



RT: И почему же так?
А.Л.: Появилось такое новое независимое государство Беларусь. Места под солнцем все разобраны, а тут Лукашенко очень резко, так же как Грузия и другие, начали требовать себе место под солнцем. И заняли, кого-то, может, потеснив. Конечно, кому-то это не понравилось. Но это полбеды.  Дальше — больше. Лукашенко слишком жестко придерживается курса независимости. И все хотят сегодня порвать Беларусь на клочья — в плане экономики. Тому отдай Белорусскую калийную, тому отдай нефтеперерабатывающий завод. Еще кому-то — второй нефтеперерабатывающий, нефтехимию. Сейчас уже сельское хозяйство все готовы взять. И за бесценок. Лукашенко сказал: «Нет, этого не будет. Мы никому ничего за бесценок отдавать не будем. Более того, если мы захотим что-то продать, мы продадим: часть, какую-то долю акций или все предприятие». Тоже не нравится, ни там, ни там. Вот такой он весь сякой.
Вы знаете, что мы не проводим курс — даже Грузия более жесткий курс проводит, Россия, Украина, не говоря о Европейском Союзе — курс на выстраивание буржуазного капиталистического государства, рыночного государства, основанного на рыночной собственности, где приоритет частной собственности, где государственное надо все порезать на куски, раздать, поделить. Мы такого курса не придерживаемся. У нас спокойный курс.
У нас нет этой повальной приватизации. Кому-то не нравится. У нас социально ориентированное государство с очень мощной социальной политикой.
Та политика, которую я провожу в экономике, социальная — она значительно отличается от того, что хотели бы видеть на Западе.



RT: Во многих материалах СМИ о Вас есть формулировка — «последний диктатор Европы». Даже Вы во время интервью применили это на себя. Вы  иронизировали?
А.Л.: Конечно! Приезжает из Запада журналист, и то, о чем вы сказали, он только это и читал: Лукашенко — диктатор, он чуть ли не ест людей, но женщин так точно съедает. И вот они приходят ко мне, сидят напротив, как вы, и по диктатуре так скромно. Но я этот вопрос всегда, как электрические провода, оголял. Ну да, диктатором меня называют. Я им прямо говорю: да, я человек авторитарного стиля работы, поскольку система такая. Но вы никогда не задумывались, почему я провожу такую политику и такую систему создал? Наверное, для этого, видимо, есть какие-то объективные причины. Я же пришел из народа. Я же не сверху свалился. Я это все видел, делал своими руками, работал — в самых разных производствах работал. Никто ж не занимался этим поиском: почему такая сильная авторитарная выстроена система? Она дает, по крайней мере, свои результаты. Что касается диктатуры — так вот радуйтесь, вы встречаетесь с последним диктатором Европы. Вы живьем его видите, завтра такого больше не будет. Вот какая была ирония.



RT: Вас не обижает то, что про Вас говорит Запад?
А.Л.: Вы знаете, нет. Ну что вы, что вы.



RT: Это же обязательно автоматически влияет на имидж страны.
А.Л.: Конечно. Если бы это только в мой адрес — я бы лично обиделся и подумал: «Черт с вами!». Но обижают же в какой-то степени народ, государство. Поэтому, конечно, мне это небезразлично. Но я уже так не страдаю и так не мучаюсь. Я уже так остро не реагирую на то, что там «диктатор-диктатор». Во-первых, об этом меньше говорят. Во-вторых, когда кто-то обо мне так говорит, то уже огромное количество людей, в том числе журналистов, слышат это и смеются: «Да мы же видели, Лукашенко никакой не диктатор». Поэтому, кто об этом говорит — это им дороже.



RT: Буквально несколько дней назад директор национальной разведки США представил доклад, и там говорится, что в 2013 году Белоруссия может столкнуться с новым экономическим кризисом. Вы согласны с этим?
А.Л.: А Америка не может столкнуться? Я бы сказал так: весь мир, в том числе Беларусь, может столкнуться с экономическим кризисом, если он будет в очередной раз исходить из его родины, из Соединенных Штатов Америки. А то, что сегодня Европа просела, провалилась экономически, — факт. Там половина нашего экспорта. Что произойдет с нашей экономикой? Конечно, и она будет проседать. Я Владимиру Владимировичу Путину сказал, что и в России мы немножко просели, хотя в России кризиса еще нет экономического. Но, тем не менее, рынки просели. А мы туда продаем вторую часть своей продукции. Мы уже чувствуем это проседание, но пока держимся.
У нас есть свои добрые загашники. Если нам нужно, мы будем пользоваться нашими резервами. Мы выживем.



RT: Для Вас это был вынужденный шаг — обратиться за помощью в МВФ? Потому что они же все-таки диктуют политические условия для Белоруссии, которых Вы так не хотите.
А.Л.: Конечно. Нет, политические условия они нам не диктовали, тогда они нам продиктовали очень жесткие экономические условия — и мы их выдержали. Они правы, что там говорить, — жестковато, но они нам предложили то, что мы сами должны были сделать и начали делать.
Американцы нас поддержали — без них МВФ не выдало бы эти кредиты. Мы выполнили все условия — вот мы им выплачиваем эти долги сейчас по кредитам. Это были самые дешевые кредиты. Поэтому ничего не могу в этом плане сказать.



RT: Господин президент, спасибо Вам большое за интервью.
А.Л.: Господином я пока не стал. Надо для этого много денег.


00:50 19/03/2013




Loading...
ссылки по теме
В Британии закрыты все счета телеканала Russia Today
Лукашенко рассказал о своей единственной мечте
Россия увеличила расходы на информационную войну в ЕС


загружаются комментарии