Олег Волчек: Молчать нельзя, иначе скоро все превратимся в "шпионов" 9

Общественного активиста из Новополоцка Андрея Гайдукова обвиняют в "навязывании Республике Беларусь политического курса, который не соответствует ее национальным интересам, что искал финансирование на свою деятельность в фонде посольства США и в призывах к точечным санкциям".

Олег Волчек: Молчать нельзя, иначе скоро все превратимся в "шпионов"
За "измену государству в виде агентурной деятельности" парню грозит до 15 лет тюрьмы.

Андрея Гайдукова судят за закрытыми дверями. Все восемь месяцев, которые обвиняемый находился в СИЗО КГБ, общественность не узнала практически никакой информации ни о самом обвиняемом, ни об уголовном деле.

Так ли судят шпионов? На вопросы «Белорусского партизана» отвечает руководитель правозащитной организации «Правовая помощь населению» (Киев, Украина) Олег Волчек.

- Спустя две недели после ареста Гайдукова мы узнали, что арест связан с подачей документов на грант в посольство США. «Правовая помощь населению» уже заявляла на «Белорусском партизане», что никакой экономической подоплеки, никакого шпионажа в деле Гайдукова нет. Это чисто политическое дело, направленное на запугивание демократических активистов

- Но БХК и «Вясна» не считают Андрея Гайдукова политзаключенным.

- «Правовая помощь населению» работает самостоятельно, у нас свои критерии политзаключенных. Мы координируем позицию с «Вясной» и БХК, но у нас позиция по этому делу совершенно другая. Мы уже заявили официально, что Андрей Гайдуков является политзаключенным – за два дня к нашему заявлению присоединились семь организаций, в том числе движение солидарности «Разам». Мы считаем, что на сегодняшний день Гайдуков соответствует критериям политзаключенного.

Гайдуков активно участвовал в оппозиции – это уже очевидно, является членом «Европейской Беларуси». Участвовал в избирательной кампании одной из демократических групп Новополоцка. Участвовал в президентской кампании 2010 года в команде Санникова. Является руководителем оргкомитета по созданию «Союза молодых интеллектуалов». КГБ еще раньше угрожало прекратить эту деятельность.  

Почему эта организация привлекла внимание КГБ? Потому что «Союз молодых интеллектуалов» начала искать контакты за пределами Беларуси: в Польше, России, Украине, а также искали партнеров в США. Поэтому обращение Гайдукова в американское посольство в надежде наладить культурный обмен привело к такой ситуации.

Уже сам факт, что КГБ ведет дело Гайдукова (мог бы спокойно расследовать Следственный комитет), а следователь еще раньше засветился участием в политических делах, в том числе после событий 19 декабря 2010 года, свидетельствует о политическом характере уголовного преследования.  Предварительное расследование велось однобоко, предвзято и с обвинительным уклоном. Все восемь месяцев существовала проблема доступа адвоката к обвиняемому. Защитник дал подписку о неразглашении, даже не сказал о сути обвинения. В чем состоит суть обвинения – общественность так и не узнала вплоть до письма, последнего перед судом, Татьяне Северинец. Суда еще не было, а правоохранительные органы заявили о его виновности. 

И самое существенное, что подтверждает политический характер дела, - отсутствие любой информации о деле Гайдукова: полная изоляция самого обвиняемого и изоляция общества от этого дела.   

Еще до начала суда заявлено, что процесс будет закрытым, хотя это прерогатива суда. 

- Вам не показалось, что откровенное письмо Татьяне Северинец на фоне восьмимесячной изоляции обвиняемого выглядит странно?

- Странное письмо накануне суда у нас вызвало определенные сомнения: без цензуры, дословно, рукой Гайдукова  переписана суть обвинения. До настоящего времени он не признан политзаключенным, но исходя из этого обвинения – чисто политическая статья в духе 30-40-ых годов. 

- Почему дело неизвестного новополоцкого активиста вызвало столь бурную реакцию демократического сообщества?

- Это дело открывает новый формат по удушению гражданских инициатив, направленных на демократические преобразования Беларуси. Это не единичное дело, это сигнал всем демократическим структурам, которые работают с зарубежными партнерами. Возможно,, это будет не последнее шпионское дело, и ближе к президентской кампании таких дел будет ставиться все больше. Тем более, что на входе в иностранные посольства дежурят сотрудники милиции, которые переписывают паспортные данные всех входящих. А общественность, кроме нас, никак не реагирует на этот беспредел. 

Гайдукова обвиняют только потому, что он обратился за грантовой поддержкой в посольство США. Но гранты не запрещены ни международным, ни белорусским законодательством. Он имел право обратиться в посольство (факт обращения Гайдукова в посольство предстоит проверить), посольство могло выдать грант, который, по белорусскому законодательству, он должен был зарегистрировать в Департаменте по гуманитарной помощи. Сажать за одни мысли – в Беларуси такого еще не было. Историку Алексею Королю это дело напоминает времена, когда интеллигенцию сажали только за мысли. 

«Правовая помощь населению» считает, что Гайдуков не совершал и не покушался на государственный строй, не может считаться умыслом на подрывную деятельность – должны быть конкретные действия, шаги. Гайдуков не имел никакого отношения к госсекретам, в том числе к сбору информации об экономической ситуации на предприятиях. 

Из данного обвинения мы не видим: кому предназначалась информация? в какие сроки? кто куратор? как должна была проходить передача информации? Не исключено, что письмо Татьяне Северинец  стало умышленным вбросом, чтобы проверить общественное мнение – оппозиция встанет на защиту Гайдукова или промолчит? Промолчит – значит, можно садить; если встанет на защиту – можно поменять санкцию, можно срок уменьшить. 

Поэтому сейчас необходимо провести широкую разъяснительную кампанию среди активистов демсил по делу Гайдукова. Белорусские организации (экологические, экономические, социальные, культурные) должны понимать, что наличие иностранных партнеров может привести к таким же последствиям. Потому суд и проходит в закрытом режиме. 

Кстати, уже есть прецедент по делу Татьяны Зелко, руководителя организации «Наше поколение». Вчера состоялся административный суд, который привлек Татьяну Зелко к административной ответственности за получение денежных средств от иностранного посольства для проведения политических и общественных мероприятий в Республике Беларусь. Ее задержали на выходе из посольства Словакии и обнаружили при ней 1100 евро. Уголовного дела нет – сумма маленькая, но мы собираемся обжаловать этот приговор: в деле ничего не доказано, не доказано, что это деньги Словацкого посольства. 

Возможно, Беларусь идет по пути России, где представителей оппозиции причисляют к агентам иностранных спецслужб. После выступления «Правовой помощи населению» на «Белорусском партизане» с обращением к Макею по поводу милицейских постов на входе в иностранные посольства, появился такой комментарий: «Волчек – правозащитник иностранных посольств». Такой своеобразный намек. 

В нынешней ситуации молчать никак нельзя, а то в один день мы все превратимся в «шпионов», даже если и будем официально выступать с фактами нарушений прав человека на международных встречах, в совместных проектах – и эту деятельность могут расценить как шпионскую. Нужно любой ценой добиваться освобождения Гайдукова, главное – не проспать этот момент. 

Я уверен, что Гайдуков будет признан политзаключенным и БХК, и другими правозащитными организациями. Мало того, надо обращаться в «Международную амнистию», чтобы его признали узником совести.

17:25 13/06/2013




Loading...
ссылки по теме
СК снова продлил расследование убийства Юрия Захаренко
Волчек: Ермошина изображает из себя безграмотного юриста
80-летний минчанин повторно признан виновным в оскорблении Лукашенко


загружаются комментарии