Андрей Кравченко: «Выскреб из себя последнее»

Серебряный призер Олимпиады в Пекине по десятиборью 22-летний гомельчанин Андрей КРАВЧЕНКО долго не выходил в микст-зону к белорусским журналистам. По пути с арены его несколько раз перехватывали зарубежные телеканалы и, пользуясь тем, что парень разговаривает по-английски, долго допрашивали медалиста. В результате, так и не дойдя до микст-зоны, белорусу пришлось вернуться на стадион для процедуры награждения. А в плен к отечественным репортерам он попал позже, более чем через час после финиша, незадолго до полуночи. Андрей выглядел очень уставшим, но терпеливо и охотно отвечал на вопросы.

- Было так тяжело. Выскреб из себя последнее, даже сам не ожидал, что настолько смогу преодолеть себя. Акклиматизация прошла у меня плохо, и самочувствие было отвратительным. Перед заключительным, десятым видом - бегом на 1500 м - подумал уже, что не смогу зацепиться за серебро, так как кубинец Леонель Суарес, если судить по нашим личным рекордам, преодолевает эту дистанцию почти на 10 сек. быстрее меня. Но, как признался Суарес уже после финиша, он после девяти изматывающих видов также смертельно устал. Это было заметно, и я строил свою тактику, ориентируясь на него. Из последних сил вцепился в соперника - только что не зубами. Бежал за ним, и твердил себе: "Не уйдешь от меня!". Преследовал до самого конца, а на финише еще и обошел.

- Ты отстал от чемпиона пекинской Олимпиады американца Брайана Клэя на 240 очков. Реально ли было тягаться с ним в споре за золото?

- Конечно, если бы не завалил 7 других видов, на которых потерял порядка 300 баллов. А так я ничего выдающегося не показал, только характер проявил.

- 21 августа, когда проходили соревнования по первым пяти видам, выдался дождливым.

- Это не смутило ни капли. В последние два-три года так получается, что большинство соревнований, где доводилось участвовать, сопровождались дождем. Я настраивался на очень напряженную борьбу и не ошибся - Олимпиада в Пекине стала самым тяжелым турниром в моей жизни. Мне повезло, что родители наделили таким крепким характером, благодаря которому я не сдался и сражался до последнего. Не помню, когда в последний раз приходилось настолько выкладываться.

- Почему не удался один из коронных твоих видов - прыжок с шестом, где ты ограничился высотой в 5 м?

- Я был готов на 5,40 м, но после того, как взял 5 м, шестом поранил ладонь, хлынула кровь, и я уже не мог больше прыгать.

- Как прошел второй день многоборья по сравнению с первым?

- Ночью почти не спал. Поднялся в 6 утра, собрался и отправился на соревнования. Зато в течение дня почти все то время, когда не выходил на старт, спал - в автобусе, на разминке. Прилетел в Пекин за два дня до старта, и такой график, похоже, не для меня. Года назад на чемпионат мира по легкой атлетике, проходивший в японской Осаке, прилетели за 11 дней до начала. Но, к сожалению, сравнить, какой вариант лучше, у меня не было возможности, ведь уже на первой дисциплине - стометровке - заработал два фальстарта и был дисквалифицирован, после чего превратился в туриста.

- Какое у тебя сейчас самое большое желание, и как будешь праздновать олимпийское серебро?

- Больше всего хочу домой, в Гомель. А как праздновать буду? Так я ведь даже водку ни разу в жизни не пил. Скорее всего, пойду спать.

- Кому хочешь посвятить свой пекинский успех?

- Во-первых, хочу сказать большое спасибо моему тренеру Ивану Петровичу Гордиенко, который верил в меня до последнего момента. Еще после первого дня, когда закончились первые пять видов, он мне сказал, что я буду как минимум серебряным призером, а может быть, поборюсь и за золото. Я просто поражаюсь этому человеку. Мы с моим наставником - как одно целое. Мы как будто читаем мысли друг друга. Думаю, в этой связке мы еще достигнем больших успехов. Даже не верится, что когда-то с ним так сильно конфликтовали, что мне пришлось уехать в Финляндию, где довелось тренироваться в том числе и под руководством известного специалиста Павла Хямяляйнена, работавшего когда-то в Беларуси и воспитавшего неоднократного призера мировых чемпионатов, своего сына Эдуарда Хямяляйнена. Но, как сказал мой гомельский наставник, он был уверен, что я вернусь. И оказался прав. Все-таки в Финляндии мне не было комфортно. Я чувствовал себя не человеком, а спортивной машиной.

Пекинское серебро хочу также посвятить родителям, своей девушке и брату. Все они очень переживают за меня. Хочу поблагодарить врача Павла Дриневского, массажистов, чья доля в моем успехе очень велика. Ну и руководство нашей команды во главе с рулевым Анатолием Бадуевым. Все мне помогали пройти этот путь, в том числе и Президент Беларуси Александр Лукашенко, сказавший мне теплые напутственные слова во время торжественных проводов на Олимпиаду.

- Интересно, почему ты выбрал самую тяжелую и изматывающую дисциплину легкой атлетики - десятиборье?

- Даже не знаю. Натура такая, что преграды постоянно хочется преодолевать. Наверное, в жизни их не хватает. Но удивительно, что, придя к финишу как выжатый лимон, у меня хватило сил на радостях три раза сделать сальто. Впрочем, на адреналине люди бывают и не на такое способны.

- У тебя на голенях татуировки. Что они означают?

- Все просто. Это пиктограммы, обозначающие виды десятиборья. Пять, которые проходят в первый день, - на одной ноге, другие пять - на второй.

- Американцу Брайану Клэю, который выиграл в Пекине олимпийское золото, прочат славу чеха Романа Шебрле, который был многолетним лидером десятиборья, дважды становился олимпийским чемпионом и является обладателем мирового рекорда.

- Я так не считаю. Претендентов на трон, где долгое время властвовал легендарный Шебрле, много. Возможно, и сам 33-летний чех не сказал еще последнего слова, он ведь действующий чемпион мира. А что касается Клэя, то просто он сегодня первый, вот про него и говорят.







21:06 23/08/2008




Loading...


загружаются комментарии