Юрий Вергейчик: мои желания совпадают с возможностями Капского

Тон бесед с этим тренером бывает различным по эмоциональной окраске, но скучным никогда. Пожалуй, Юрий ВЕРГЕЙЧИК стопроцентно соответствует модному нынче определению “ньюсмейкер”. Вот и по окончании национального первенства он огорошил заявлением об уходе с поста главкома “Шахтера”, а потом... на нем же и остался. Понять сомнения рулевого солигорцев можно: выход в финал Кубка Беларуси, участие в Кубке Интертото, четвертое место в чемпионате и золото дублеров явились бы успехом для многих клубов высшей лиги. Но не для “Шахтера”. Или Юрий Васильевич думает иначе?

— В последнее время все привыкли к нашим достижениям на белорусской орбите, и результаты уходящего года воспринимают как неудачу. Я их понимаю. Но сейчас прошу понять меня. Если исходить из наших возможностей, сезон “Шахтеру” удался. Пусть многие посмеются над этими словами, однако считаю именно так.

— Тогда чем продиктован ваш монолог после матча с “Даридой”? Он был взвешенным, или вами руководили эмоции?
— И то, и другое. Но в первую очередь это было связано с финансовым положением команды. Когда только появившиеся в высшей лиге клубы выходят на те же цифры, что и у нас, психологически это угнетает. Еще причина — судейство. О нас просто вытирали ноги — в этом плане провел худший сезон за семь лет работы в “Шахтере”. В шести последних турах арбитры пять раз результативно ошибались в пользу соперников. И никто не мог на это повлиять, даже руководство федерации. На самом деле, сегодня возникла большая проблема нехватки квалифицированных судейских кадров. А я все негативные моменты аккумулировал на себе. Психологически это было не тяжело — тяжеленно.

— Как или чем вас убедили остаться на посту главного тренера?
— Состоялась беседа с председателем правления акционеров “Шахтера” Федором Барановским. Он заверил, что вопросы, которые я поднимал раньше и продолжаю поднимать, решатся. Но только с условием, если останусь.

— Какие это вопросы?
— Прежде всего комплектование — на него обещано выделить большую сумму, чем прежде. Просто за последние года три уход игроков из “Шахтера” постоянно превышал приход. Такая уж у нас ситуация, что не привлекали футболистов, с которыми можно было не только давать результат, но и строить будущее. Звали ветеранов. Или тех, кто мог закрыть определенную позицию. Если без обиняков — брали тех, кто не подходил “Гомелю”, минскому “Динамо”, МТЗ-РИПО.

— А лучший бомбардир национальных чемпионатов Стрипейкис?
— Это наша инициатива. Хотели заменить Клименко, у которого полетела крестообразная связка. К сожалению, надежда не оправдалась. Единственное приобретение, пришедшееся ко двору, — Баланович. Он у нас — один кандидат в молодежную сборную. Других на такой уровень, не говоря уже о более высоком, не приглашают.

— Показалось, что и извечных бойцовских качеств, которыми традиционно славен “Шахтер”, в этом году вам не хватало.
— Не согласен. Функционально не уступали никому. А по игре — дважды: явно в Борисове и тайм “Граниту” дома. Правда, многих не превосходили. Здесь дело не в характере команды, а в омоложении. У нас Букаткин стал стержневым футболистом. Но ведь ему только 20 лет…

— “Шахтер” всегда славился комфортной психологической обстановкой. В этом году ничего не нарушилось?
— Честно говоря, трудности были. И связаны они с моими претензиями к Гаеву и Бранфилову. Раньше, не считая проблему с двумя футболистами перед финалом Кубка Беларуси-2004, у меня таких конфликтов не случалось. А в этом году они возникли. И, к сожалению, с теми, на кого делалась ставка. Впрочем, на командный дух это не повлияло.

— Почему же игроки уходят из “Шахтера” скопом?
— Из потерь сожалею только о Клименко. Но ему надо было сменить обстановку — в “Шахтере” он потерял мотивацию: ни убеждение, ни прочие методы уже не помогают Саше расти. Так что дай ему бог играть более ярко в другом месте.

— Но ведь довольно неплохо провел сезон тот же Былина..
— У Саши заканчивается контракт, и суммы, которые ему сулят в других командах, гораздо выше. Мы не против оставить его у себя. Но еще раз говорю: когда “Гранит” предлагает Былине условия, мне непонятные и недоступные, тогда хочется закончить практиковать и делать такие заявления, как после “Дариды”.

— А не обидно за Бранфилова? Ведь еще год назад вы называли его настоящей находкой…
— Всякий раз, когда зову в команду игрока, собираю разные мнения. По Бранфилову на время приглашения было отрицательное статистическое досье. Но я, как любой человек, в некоторой степени эгоист. Думал, получится улучшить. На определенном этапе это удалось. А что произошло потом, детализировать не буду. Это могло повлиять на атмосферу в команде. Потому и перевели Бранфилова в дубль, оказав доверие молодежи. Второй круг показал, что были правы: закончили его третьими, всего на два очка отстав от БАТЭ.

— У многих неоднозначное отношение к золоту вашего дубля: выехали, мол, на опытных…
— Злопыхателям отвечу просто: мы никогда и ничего не делаем искусственно. Практика в недельном цикле достается максимум четырнадцати игрокам. Спрашивается: что делать остальным? По лесу гулять? Ни одной тренировкой не добьешься эффекта, который дает игра. А главная правда в том, что у нас семь футболистов привлекаются в сборные Беларуси младших возрастов. Это что, не пример? И еще. Даже в дубле молодые должны чувствовать преемственность, у кого-то учиться.

— Намекаете на Новика?
— Конечно. Саша уже помогал вести тренировочный процесс в дубле, а со следующего года займется этим официально. Для него это хорошие школа и перспектива. Мы прекрасно понимаем, что не всегда будем работать в Солигорске. Наша задача — не только дать спортивный результат, но и оставить что-то существенное после себя.

— Многие так не думают...
— Наверное, виной здесь обстоятельства. Не должен я заниматься футбольными полями в Солигорске, поднимать вопросы по судейству и так далее. Стараюсь от этого отказываться, но безуспешно. Надеюсь, в грядущем году все изменится.

— Что вы имели в виду, когда на тренерской летучке по итогам сезона сказали: “Шахтеру” мало бороться на равных с командами из областных центров?
— Все: базу, условия, судейство. Почему в Витебске за тур до окончания чемпионата первый и, по моему мнению, все определивший гол нам забивают из явного офсайда? А перед этим в Солигорске не засчитывают чистый гол “Савиту”, отмененный лайнсменом Дмитрием Жуком? Почему минское “Динамо” забивает нам с выдуманного углового? А в Бресте с “Динамо” снова не засчитывают наш справедливый гол! Даже в федерации признали, что судейство матча было безобразным. Но мне и команде от этого не легче.

— Неужто только из-за судей болельщики перестали ходить на “Строитель”?
— Нет. У команды не было игры, радовавшей глаз. Да и клубному менеджменту нужно работать лучше: раздавать абонементы на сезон, привлекать зрителя всевозможными акциями. Впрочем, и наши успехи уже в некоторой степени играют против нас. Маленький спад после медалей — и очень ревностная реакция. А ведь в эти минуты поддержка нужна как никогда.

— Вспоминаю фразу из недавнего интервью Сергея Веремко: “По своему опыту знаю, как плохо, когда желают неудачи команде сами работники клуба”. Такого в Солигорске нет?
— Есть. Культура наших людей в основном, и Солигорск здесь не исключение, невысока. Вот я больше всего ненавижу зависть, а она очень часто встречается в нашем обществе. Хотя в этом виновны не мы, а старая советская система, перевернувшая все с ног на голову.

— Как относитесь к словам главного тренера сборной Беларуси Бернда Штанге, жутко раскритиковавшего ваш стадион?
— Вообще-то мне было бы интересно пригласить Штанге недельку поработать в Солигорске... Но, конечно, благодарен ему за критику. Пять лет не перестаю твердить, что у нас самое плохое поле в высшей лиге. Мы даже не имели возможности на нем тренироваться — его не косили, поливали через раз. Хотя для меня самый дикий момент, что в этом году у нас не было работы в тренажерном зале — город готовили к пятидесятилетнему юбилею и проводили повсеместные ремонты.

— А это шутка или правда: мол, когда к вам приехал БАТЭ, то был в шоке, что половины поля “Строителя” неодинаково пострижены?
— Это не шутка. Не представляете, сколько я лишь из-за таких моментов потерял здоровья. И мне очень обидно. Может, выскажусь нескромно, но наши спортивные успехи лет на десять опередили развитие инфраструктуры в Солигорске.

— А повлиять на это вы можете?
— Никак не могу. Городские чиновники улыбаются и говорят, что у нас очень зеленое поле. И что им докажешь? Это ведь не профессионалы в футболе, а поле правда зеленое…

— Ну а работники стадиона? Какой у вас контакт с его директором?
— Иногда доходило практически до физического. Но в последний момент я останавливался. Если бы кто записал хоть одну из наших перепалок на видео, то многие после просмотра рекомендовали бы Вергейчику обратиться в медицинское учреждение — подлечиться… Повторюсь, что важно для команды? Поле. А индикатором его состояния был австрийский “Штурм”, приехавший к нам летом. Совершенно независимый от наших реалий главный тренер команды Франко Фода сказал: “Двадцать лет профессионально занимаюсь футболом, но такого безобразного поля не видел!” И если я требую от команды комбинационной игры, то как ее поставить? Не подумайте, что хочу себя выгородить и все свалить на внешние факторы. Но это одно из объяснений, почему мы лучше играли в гостях.

— Что слышно о передаче профилактория “Жемчужина” под базу клуба?
— Пока конкретики мало. А ведь там уже вообще нельзя находиться. Как назвать это базой, когда на третьем этаже целый год работают строители, которые пьют до пяти утра? Просто гостиница очень плохого типа. Вот приезжала жена к Стрипейкису, и чуть с ума не сошла. Говорит, знала, что здесь страшно, но чтобы настолько! Многие футболисты, попадавшие в “Шахтер”, пребывали в недоумении: как может команда работать в такой обстановке? А мы делаем большое дело, и даже сегодняшний результат “Шахтера” достоин уважения. Это относится не к Вергейчику, а ко всему тренерскому штабу и футболистам, которые в этом году были с нами.

— Но ведь ваши недоброжелатели явно думают иначе. Мол, из своих в Солигорске только Никифоренко, а остальные просто деньги зарабатывают, и честь города для них — пустой звук…
— Отвечу вопросом на вопрос: а то, что в Борисове один Стасевич, снизило любовь к БАТЭ тамошних болельщиков? На эту команду-образец нужно равняться всем. Одна Лига чемпионов говорит о многом. А если взять тройку призеров чемпионата Беларуси и написать напротив названий команд фамилии тренеров, кого мы увидим? Капского. О том, что делает этот человек, мы только мечтаем. Хотя были у нас переговоры с Юревичем, Веремко, Сосновским, Кривцом, Володько… Выходит, мои желания совпадают с возможностями Капского. И, если бы все так работали на благо белорусского футбола, как он, — через небольшое время мы имели бы постоянное место в той же Лиге Европы.

— Так понимаю, в серебре минского “Динамо” вы видите главную заслугу Игоря Криушенко?
— Безусловно. Он комплектовал команду, готовил ее к сезону, прошел с ней почти весь чемпионат. А Муслин? Он только чуть-чуть поучаствовал в этом успехе…

— Вместе с тем после отказа минского “Динамо” от переноса игры, когда “Шахтер” участвовал в Кубке Интертото, вы разожгли страсти в динамовском пресс- центре…
— У меня до сих пор остался неприятный осадок — все-таки предстоял выезд к “Штурму”. Но если вы хотите увидеть здесь что-то личное — зря. С Криушенко никогда не дружил, но и врагами мы не были.

— В финансовом плане вас устраивает новый контракт с “Шахтером”?
— Знаете, если все мои пожелания по поводу команды и инфраструктуры воплотятся на практике, я вообще готов работать бесплатно. Никогда не строил человеческие отношения и профессиональную карьеру на деньгах. Так в жизни ничего не добьешься.


 

07:11 19/12/2008




Loading...


загружаются комментарии