Людмила Ананько: не падать духом и бороться до конца!

«Что такое не везет и как бороться с многоликими проекциями «не везет»?» — это про Людмилу АНАНЬКО. Действительно, в последние годы судьба откровенно не благоволит к одной из самых талантливых спортсменок в истории отечественного биатлона, столь ярко проявившей себя уже на юниорском мировом уровне.

Людмила Ананько: не падать духом и бороться до конца!

Чтобы убедиться в этом, достаточно просто штрихами обозначить последние четыре года карьеры Людмилы, которые, несмотря на все усилия пробивавшейся наверх биатлонистки, получились весьма неоднозначными.

На чемпионате мира-2005 в Хохфильцене (предолимпийский форум элиты!) Ананько ясно дала понять: качественный переход от «отрочества» к «взрослой жизни» состоялся. В эстафете именно Люда на своем третьем этапе продолжила погоню, начатую Назаровой на втором отрезке, и эти усилия позволили Зубриловой вытащить белорусскую команду на итоговое третье место, компенсировав откровенный провал закоперщицы квартета Ивановой. Для всех после этого не такого уж маленького подвига стало очевидно: Ананько входит в силу и хороший спортивный раж. Но через год на Олимпиаде в Турине Люда выглядела на стадионе в Сан-Сикарио ошарашенной и чрезмерно зачарованной реалиями «пятиколечных» соревнований, в чем биатлонистка не стесняется сейчас признаваться. А еще через год там же, в Сан-Сикарио, на тренировке перед стартами Универсиады, Ананько вовсе не разглядела на спуске образовавшейся лужи и упала очень болезненно, о чем свидетельствовал ее откровенно кислый вид, хотя обычно Люда улыбчива и позитивно настроена. Но уже на студенческих играх белоруска сумела выиграть несколько медалей, чтобы затем блестяще провести концовку сезона и добиться лучших результатов в розыгрыше Кубка мира. А покорение шестерки лучших позволило связывать с Ананько весьма амбициозные планы. Тем более что характерной особенностью Люды являлась способность выходить на пик формы к главным стартам сезона. Она отнюдь не «декабристка».

И перед ЧМ-2008 весь тренерский штаб в один голос отмечал, как прекрасно готова Ананько, но тут и началась «минусовка»: буквально накануне чемпионата спортсменку скосила болезнь. То ли инфекция, то ли еще какая-то зловредная зараза. Медики гадали, предполагали, диагностировали, но… Толку от этого было не много. Ананько с тех пор так и не смогла работать по-настоящему, выполняя все нагрузочные объемы. Правда, первый старт текущего сезона получился оптимистичным — 19-е место на «пятнашке» в Эстерсунде при стрельбе в «ноль» на четырех рубежах, но надеяться на высокие результаты постоянно чувствующая физический дискомфорт Люда не имела никаких шансов. Поэтому сразу после Нового года главный тренер сборной и личный наставник Ананько Андриан Цыбульский совместно с подопечной приняли, видимо, единственно верное в этой ситуации решение: завершить сезон, чтобы отдохнуть и постараться вылечиться с прицелом на Олимпиаду-2010 в Ванкувере. Так Люда оказалась не на трассе итальянского Антхольца, где традиционно состоялся последний перед чемпионатом мира этап Кубка, а в Минске и, более того, в эфире «первой кнопки», в котором на пару с мэтром Владимиром Новицким комментировала одну из итальянских гонок.

К слову, получилось это у Ананько очень перспективно. Тонкое знание предмета прекрасно сочеталось с мелодичным голосом, искренним сопереживанием и доброжелательностью, находящимися у других телевизионных скрипучих «говорунов-димедролов» в остром дефиците. Но «телеящику» еще абсолютно преждевременно облизываться на таланты Ананько. Ибо, познав все «прелести» пресловутого «не везет», она не опустила рук и борется за свое спортивное будущее. Конечно, на этом пути Люду ждет немало испытаний. Тут и люди, которые, согласно Фрейду, «если не имеют проблемы, то имеют к ней отношение». Причем не всегда доброжелательное. Ананько не хотела развивать эту тему, но и так стало понятно, что ей уже встретились «человеки», восклицавшие в притворном удивлении: «Как, вы еще думаете о продолжение карьеры?!» Вот именно: и думает, и будет выступать! Ведь есть надежда, что причина ее недуга наконец-то окончательно и правильно установлена. Как говорится, время собирать камни и время избавляться от камушков. Дай Бог! Очень хочется, чтобы фортуна повернулась лицом к милой девушке и железному бойцу, которая и сама не занудствует, и избегает общения с нытиками. К биатлонистке, которая всей душой рвется в сборную, в ее дружный коллектив, а в нынешнем январско-февральском отпуске видит лишь не очень добрую шутку судьбы, чей «промысел» необходимо подкорректировать.

ЗА ЦЕНОЙ НЕ ПОСТОИТ

— Итак, вы не в сборной, а в Минске. Почему?

— Это уже, как я полагаю, ни для кого не является тайной. Проблемы со здоровьем вынудили взять паузу, чтобы подлечиться, отдохнуть, осмотреться по сторонам. Все началось в прошлом феврале, накануне чемпионата мира в Эстерсунде, перед индивидуальной гонкой. Поднялась температура. Ненамного, но прыгнула. Небольшой воспалительный процесс. Конечно, переволновалась, но все думали, что это пустяки. С кем, в конце концов, не приключаются всякие простуды. Тем более если речь идет о спортсмене, находящемся на пике формы, а следовательно, весьма уязвимом для вирусов. Увы. С тех пор чуть повышенная температура — мой спутник. Пытались работать, не снижая нагрузок, на этом болезненном фоне, но быстро убедились, что это и рискованно, и бессмысленно. Не получалось. Поэтому сейчас дома и только и делаю, что посещаю различные медицинские учреждения. Ведь очень хочу выступить в Ванкувере, причем хорошо. И у меня до Олимпиады уже осталось совсем немного времени. А надо вылечиться, приступить к тренировкам, найти в них себя, освоить большие объемы. Ведь последнее межсезонье, в котором остальные девчонки уже закладывали олимпийскую базу, для меня вышло малорезультативным. Пытались разрулить положение «мягкими» тренировками со снижением нагрузок, но все равно — никак. Правда, первый старт в розыгрыше Кубка мира в Эстерсунде обнадежил — давно не стреляла четыре «нуля», пожалуй, только в Раубичах на внутренних состязаниях, но этот старт меня и «вырубил». Появились крамольные мысли: неужели организм и дальше так будет реагировать на нагрузки? Согласитесь, что так жить нельзя. Поэтому до апреля буду находиться вне соревнований и серьезного тренинга. Сезон закончен, чтобы спасти следующий олимпийский год. Самое пристальное внимание — здоровью. Я верю, что все будет в порядке.

— Походы по врачам утомительны?

— К веселому времяпрепровождению это никак не отнести. Волнения и напряжение. Как у всех. Ведь пойдешь с одним, найдут что-нибудь еще. То вирус гриппа, то другое. А уж анализов сдала на всю оставшуюся жизнь. Разумеется, всегда понимала, что большой спорт — не физкультура и здоровья не добавляет. Но… тяжело. Психологически тяжело. Это тот еще груз, особенно когда стала осознавать, что и врачи колеблются в диагнозах. Но надо прорваться. Главное, держаться и верить, что все к лучшему. Стараюсь.

— Но нормальный человеческий испуг присутствует?

— А как без него?! Хотя вначале доминировал не какой-то страх, а огромное разочарование. К стартам в Эстерсунде была готова просто здорово. Даже перед самой гонкой и скачком температуры чувствовала, что могу многое. Поэтому, естественно, расстроилась. Ладно. Сезон не олимпийский — случилось и забыли. Чемпионат мира завершился, вслед за ним и сезон. Отдохнула. Приступили к подготовке. И тут стало понятно, что есть проблемы. Один рецидив, второй, третий… Никогда не была размазней, да и поддерживали меня на всех уровнях (тот же Цыбульский работал и как тренер, и как психолог), но без плохих мыслей дело, конечно, не обошлось. Только успокоишься, утвердишься в желании трудиться и включишься в работу — сбой, потом опять и опять. Морально очень непросто. Коллеги вкалывают, а ты и пятидесяти процентов объемов не сделала. Однако! Это совершенно не означает, что мы сложили руки, сдались и покорились судьбине, а для меня лично биатлон уже закончился. Хочу бегать! Буду лечиться и своего добьюсь, чего бы мне этого ни стоило. Возможно, все не зря. Возможно, мне надо пройти через это.

НЕСТАНДАРТНЫЙ ЯНВАРЬ

— Испытания свыше?

— Почему бы и нет?! Сейчас приехала домой в неурочное для профессионального биатлониста время. Все непривычно. Признаюсь, что немного растерялась, не могу себя найти, но о многом думаю, переосмысливаю. Убедилась, что любовь к спорту — это не самообман, а реальное чувство. Ведь даже отдыхаю динамично. То на лыжах покатаюсь, то на коньках, то поиграю в теннис. И в Минске окончательно поняла, что сдаваться не собираюсь. Надо вылечиться, пройти через отведенные испытания и вернуться в команду. Поэтому очень надеюсь на врачей и буду дисциплинированным, отважным пациентом. Благо кое-что прояснилось, а анализы позволяют сохранять оптимизм. Но надо заниматься собой, чтобы не оправдался один печальный медицинский прогноз.

— Это какой же?

— Действительно очень мрачный. Дескать, можно стартовать, а затем так согнуться, что уже и не разогнуться. Конечно, это медицинская «страшилка», но отмахнуться от нее нельзя.

— Вы верующая?

— Да. Я это не афиширую и вообще стараюсь быть скромной в своей вере, обходясь без демонстраций и публичности чувств. Сейчас очень хочу посетить Жировичи. Меня туда просто тянет как магнитом. Обязательно в ближайшее время съезжу в это святое место. Уверена, что станет легче переживать непростой жизненный период. И вообще, мне как-то дико рассчитывать на иную поддержку, чем духовная. Фраза «не жизнь хороша, а правильно подобранные антидепрессанты» — это не про меня. На тысячу процентов. Ведь как бы ни помогали те же тренеры и врачи, но пока не включишься в борьбу сама — толку не будет. Я включилась. И все познается в сравнении. Вот посмотришь передачу о голоде в Африке и сразу по-другому оценишь свои реалии: «Да ты, подруга, еще неплохо устроилась!» В любой ситуации надо находить плюсы.

— Спорт закаляет?

— Да. И закаляет, и формирует характер, и воспитывает. Мне много уже рассказали о примерах предшественников. Спортсменов, которых за год до Олимпиад по различным причинам (физиологическая яма, стрессы, травмы) списывали в тираж, но они прорывались на Игры и завоевывали на них медали. Золотые. Поэтому буду делать все от меня зависящее, чтобы вернуться в строй. Сделаю все, чтобы потом не терзаться внутренними упреками. А как карта ляжет — посмотрим. Верю в лучшее, в то, что такого праздного января с февралем у меня не будет еще долго.

НИКАКОЙ ЛИЧНОЙ ЖИЗНИ!

— Помните строку из знаменитой песни в исполнении Утесова: «Любовь нечаянно нагрянет, когда ее совсем не ждешь…» Занялись бы личной жизнью!

— Признательна вам за совет, но позвольте им не воспользоваться. Мне сейчас стрессов и безо всякой личной жизни хватает. Разумеется, я не замкнутый человек. Встречаюсь с друзьями, у меня есть интересный круг общения, но сейчас на переднем плане — возвращение в спорт. Это — главное. Десять лет ему отданы, и хочется продолжить. Тем более что есть внутри стержень. Простите за пафос, но у нас отличная, дружная, патриотичная команда, и мы думаем о престиже страны, о болельщиках, которые нам сопереживают. Это замечательные ощущения!

— Постоянно на связи с подругами из команды?

— Постоянно. Выяснилось: так привыкла к общению, что без них вообще не могу. Пишу и пишу. Моя тезка и лучшая подруга Люся Калинчик даже успела пожаловаться: дескать, сейчас с тобой переписываюсь больше и чаще, чем с собственным парнем. Столько лет уже вместе… И это тоже стимул для меня. Хочется еще выступать с девчонками.

— Но ныне приходится со стороны смотреть за биатлонным «Белым цирком»…

— Разумеется, очень непривычно. Странные ощущения. Но правильно, что после Нового года вернулась домой. Находиться вместе с командой, зная, что твой сезон завершен, — бессмысленно. Я это осознала за те несколько дней, в течение которых «перебивались» мои авиабилеты и решались другие нюансы. Все работают, а ты сидишь, отдыхаешь. Выпадаешь из общего ряда, становишься инородным телом. Лучше уехать. Хотя и ходила еще на тренировки.

— Уже в Минске смотрели репортажи о гонках?

— Да. Не все, но смотрела. Признаюсь, что, оказавшись в первый раз в роли телезрителя, даже не удержалась от слез. Нахлынули воспоминания. В какой хорошей форме находилась год назад, как занимали в эстафете пятое место...

— Видели, как Дашу Домрачеву «переклинило» в масстарте в Оберхофе?

— Трансляцию самой гонки пропустила, но, конечно, видела в повторах кадры ее ошибки. Что тут сказать? Так бывает. Это во-первых. Разве в обычной жизни не допускаются необъяснимые ошибки? Разве никто и никогда ничего не забывал дома или не садился на другой автобус?! Во-вторых, Даше, значит, надо было через это пройти, чтобы начать покорять пьедестал. И то, что она не развалилась после такого пассажа, как предсказывали некоторые, а, наоборот, мобилизовалась, также положительно характеризует атмосферу, царящую в нашей сборной.

ИГРА ЗИБЕРТА И ВИЗИТЫ ЮРЬЕВОЙ

— Такая атмосфера в коллективе — это в том числе и заслуга наставников?

— Безусловно, и, по моему мнению, их роль надо характеризовать не «в том числе», а как определяющую. У белорусской сборной действительно замечательный коллектив, как бы кое-кто ни стремился повернуть ситуацию в обратную сторону.

— А ведь такие попытки совершаются регулярно. В ситуации с Домрачевой тут же начали упрекать немецкого наставника белорусской команды Клауса Зиберта: дескать, начал хохотать и забыл о профессиональном долге…

— Что тут сказать… Неправильно реагировать на каждую глупость. А то, что это именно глупость и реакция тренеров оказалось абсолютно верной, доказала сама Даша. И действительно: неужели Домрачевой надо было устроить разнос?! В белорусской команде это не принято. В любых, пускай и самых непростых, ситуациях не теряются приличие, уважение и улыбки. Все настроены позитивно. При этом Зиберт принес много нового, стимулировал дополнительное раскрепощение. Никаких строгих и резких окриков с насупленными бровями. В тренаже стрельбы и для меня, и для многих других биатлонистов пресловутый педагогический «кнут» — отнюдь не способствующий концентрации фактор. И Зиберт все строит по-другому, не уставая повторять: «Надо получать удовольствие и вносить в самую рутинную работу элемент игры. Не обделяйте себя эмоциями. Вам должно быть интересно и весело». И ведь на самом деле увлеклись, а статистика стрельбы улучшилась с приходом немецкого специалиста. Зиберт — молодец.

— И в этом у команды полное единодушие?

— Абсолютное. Да и других тянет к белорусской сборной, как магнитом. Украинки, россиянки. Даша Домрачева общается со Светой Слепцовой, к нам с Людой Калинчик часто заходит Юрьева. Она так и говорит: «Хочется к вам идти. У вас такая классная атмосфера».

— Гоните ее, гоните эмоционального «вампира»!

— Что вы! Мы соперницы только на соревнованиях. И, кроме того, в белорусской команде спортсменки понимают, что будущие успехи зависят от нас самих. От нашего усердия и трудолюбия. Все идет по плану, подготовка качественная, прогресс несомненен, а завтрашний день будет еще более светлым, чем сегодняшний. И это очевидно большинству, а тот, кто это упорно не хочет признавать… Что ж, пускай остается при своем мнении. Жизнь нас рассудит. Биатлон же поднялся на такую ступень популярности, что разговоры о нем будут вестись постоянно. Это нормально и даже хорошо, ибо является свидетельством популярности. Надо только правильно на эти разговоры реагировать, понимая, что каждому свое. Кому-то говорить, а кому-то соревноваться. Мы в команде не мусолим эти темы. Коротко обсудили и забыли, сосредотачиваясь на главном, на конкретной цели.

— Мудро.

— Спасибо. Но иначе действительно далеко не уедешь и ничего существенного не добьешься.

ЧТО НИ ПРАЗДНИК, ТО ПОДАРОК

— «Игру», предлагаемую Зибертом, не надо путать с легкомысленным отношением к тренировкам.

— Разумеется! Этого и нет. У каждой из нас на плечах есть голова, и, смею вас уверить, это не пустые головы. С извилинами. Поэтому прекрасно понимаем, что, когда и как нужно делать. А тот, кто допускает легкомысленное отношение к биатлону в различных вариациях этого понятия, надолго в большом спорте не задерживается. Подобных прецедентов множество.

— Вы еще успели поработать в белорусской сборной предыдущего созыва с Еленой Зубриловой.

— Да. И это мне многое дало, хотя команда была, естественно, другой. В силу собственной молодости была несколько в стороне. Но зато училась у звезд. Теперь у нас в команде много общего. Как говорится, что ни праздник, то подарок. Мне очень комфортно в этом коллективе. Мы дружны, у нас замечательные тренеры.

— То есть вы разделяете мнение большинства специалистов, что Андриан Цыбульский уже состоялся как наставник сборной?

— Конечно. Мы работаем вместе уже десять лет, и, на мой взгляд, в этом человеке едва ли не идеально сочетаются качества наставника, педагога, психолога. Он постоянно совершенствуется, профессионально растет. Это мнение личной ученицы Цыбульского. Что же касается команды, то все девчонки доверяют тренеру от «А» до «Я», и это самое главное. Если кто-то хочет задать вопрос, то задает. Происходит обсуждение с объяснением нюансов. Недовольных после таких бесед, а тем паче обиженных, нет. За почти три сезона работы со сборной Цыбульский всех хорошо изучил, к каждой спортсменке относится индивидуально, уважая нас как личностей. И тренерский штаб не менее сплочен. Тот же Зиберт прекрасно влился и уже просит, чтобы его, как и остальных, тоже называли по отчеству.

— Это интересно, по какому такому немецкому отчеству?

— Зибич. (Смеется.) Клаус не прочь пошутить.

— Кстати, на каком языке вы с ним беседуете?

— На немецком. С некоторыми Зиберт общается на английском, но это такой человек, что скоро уже свободно заговорит по-русски, благо база у него есть. Уже очень многое понимает. И не вижу я в нем иностранца, немца. Менталитет Зиберта, его юмор очень близки и понятны. С ним работать легко.

ЖИЗНЬ БЕЗ ОРУЖИЯ

— Плюс Зиберт стал инициатором процесса модификации оружия.

— Правильно. Ложе винтовки в межсезонье меняли многим, в том числе и мне. Появились интересные нюансы, добавившие комфорта при стрельбе. Теперь мое оружие индивидуально. Мне нравится, очень довольна переменами. Вроде бы мелочи, но они настолько в тему, что пришло понимание — в стрельбе мелочей нет и быть не может.

— В Минск вернулись без винтовки?

— Да. Ведь существуют специальные разрешения на перемещения оружия через границы. Поэтому воссоединюсь с винтовкой в конце февраля, когда сборная после чемпионата мира в Южной Корее приедет на пару дней в Минск. Тогда смогу пострелять.

— Скучаете по оружию?

— Пытаюсь этого не делать и концентрироваться на другом. На лечении и восстановлении.

ДЕНЬГИ ПОРТЯТ ЛЮДЕЙ

— А финансовый кризис не отвлекает? Кстати, как международное биатлонное сообщество отнеслось к лихорадке на фондовых биржах и прочим валютным напрягам?

— Конечно, без обсуждений дело не обошлось. О кризисе вспоминали и вспоминают во всех командах. Но нечасто и вскользь. Например, как тема для разговора за ужином. Но у биатлонистов приоритеты расставлены железно: главное — это гонки.

— Стремительно возросшая популярность соревнований стреляющих лыжников привела к появлению в среде биатлонистов миллионеров. Вспомним о Бьерндалене и Нойнер, чьим рекламным контрактам можно обзавидоваться.

— На отношениях это не отразилось. Да и вообще на этом никто не зацикливается. Хотя да, есть прецеденты: например, в российской сборной пресловутый финансовый вопрос ожесточил конкуренцию.

— Деньги иногда портят людей…

— Не иногда, а в большинстве случаев. Но у нас в команде такого и близко нет. Поверьте, все зависит от конкретного человека, его воспитания и жизненных ценностей.

МЕЧТЫ О СОВЕРШЕНСТВЕ

— Вы очень ярко прошли юниорский этап развития карьеры. Титул чемпионки мира был подкреплен еще двумя медалями. О чем мечталось в те годы, сейчас можете вспомнить?

— Без проблем. О профессиональном совершенствовании. То есть, в принципе, о том же, о чем мечтается и сейчас. В этом парадоксальность и притягательность спорта. Хочется медали — работаешь. Завоевал и тут же захотел большего, а значит, надо трудиться и трудиться, надеясь, что усилия не пропадут бесследно и вознаградятся.

— Можно ли назвать эстафету чемпионата мира-2005 в Хохфильцене промежуточным пиком карьеры?

— Наверное, да. Но верю, что этот пик именно промежуточный.

— Проводите параллели?

— Не без этого. Но они по понятным причинам относятся к собственному физическому состоянию: тогда и сейчас. У кого что болит…

— Олимпиада в Турине не стала для вас проходным соревнованием?

— Ни в коем случае, пускай нам и не удалось завоевать медалей в той же эстафете — четвертое место. Признаться, пережила сильное потрясение. Звездный состав, психологическое напряжение, висевшее в воздухе, задача поддержать лидеров. Сон не сон, но нечто особенное. И сейчас помню, что говорила вам после финиша. О диком мандраже, о запредельном волнении и чувстве ответственности. Олимпиада запомнилась и сильно отложилась в сознании.

— Привлекла или испугала?

— Здесь смешение чувств. Помню, иду по стадиону в Сан-Сикарио, и помимо воли появляется желание… провалиться сквозь землю, чтобы меня никто не видел. Но повторить олимпийский опыт очень хочется.

— С трассой в Сан-Сикарио у вас вообще непростые отношения. Через год после Игр на Универсиаде вы болезненно упали на спуске, но, залечив ушиб, выдали на-гора лучший отрезок в вашей карьере. Так, может, и сейчас надо где-нибудь слегка «приложиться», и все пойдет как по маслу?

— А что, надо подумать! Как вариант, возможно. (Смеется.) Тогда действительно успела отличиться и на той же Универсиаде, и на последовавшем следом чемпионате Европы, и на этапах Кубка мира. Даже участвовала в масстарте, что говорит о том, насколько неплохо «стояла» в общем зачете. Обрела уверенность, почувствовала новую качественную высоту.

— Эти ощущения в голове зафиксированы?

— Да, однозначно да. Надо к ним вернуться.

КОРЕЯ — ЭТО ЭКСТРИМ

— О ваших прогнозах на грядущий вскоре в корейском Пьенчанге чемпионат мира спросить уместно?

— Не люблю гадать на кофейной гуще. Да и не моя это компетенция — прогнозировать, а наставников. Но точно знаю, что белорусская сборная развивается и работает по нарастающей с прицелом на Ванкувер. Да и последние результаты говорят сами за себя. В Пьенчанге от команды также можно ожидать хороших гонок. Только бы здоровье не подвело. А прогнозировать — занятие в биатлоне рискованное. Это не чистые лыжные гонки. Пришел на рубеж и попал под порыв ветра — пиши пропало. Да просто моргнул не вовремя и потерял из-за этого медаль. Причин, в той или иной степени способных повлиять на результат, можно привести множество, и у тех же чемпионов все (вплоть до малейших нюансов) должно совпасть со знаком «плюс». И при этом претендентов на медали в каждом виде программы во много раз больше, чем мест на пьедестале.

— А тут еще и корейская специфика…

— Это точно. О ней после прошлогоднего опыта слагаются легенды. Тут и своеобразная пища, и насыщенная горнолыжными спусками трасса, и оригинальные решения организаторов. Без них точно дело не обойдется. Рассказывали, что год назад корейцы между гонками вносили изменения в профиль, забывая об этом предупредить команды. Падений там хватало. И еще один момент — временная адаптация. Тяжело. Но за всем этим посмотрю из Минска, борясь за продолжение своего времени в спорте.

08:21 01/02/2009




Loading...


загружаются комментарии