Артем Зайцев: Менять тренера не собираюсь!

Его высокая фигура едва очерчивалась на фоне полупустого манежа Республиканского легкоатлетического центра, где он разминался в это пасмурное воскресное утро. Через несколько часов Артем Зайцев отправлялся на очередной серьезный старт — чемпионат мира среди военнослужащих, и до отъезда в аэропорт нужно было провести легкую тренировку.

Причем именно здесь, поскольку только в манеже на улице Калиновского оборудован сектор для прыжков в высоту — в столице иных подходящих мест для представителей этой легкоатлетической дисциплины нет. Потому Артем, снимающий квартиру в Минске, вместе с тренером Владимиром Фомичевым поспешил сюда, под своды полутемного комплекса.

Здесь мы и поговорили с Артемом, белорусским высотником, одержавшим три виктории подряд на крупных международных турнирах. Он взял достаточно приличные высоты — дважды по 2,28 и однажды 2,27. Со времен чемпиона Европы Александра Григорьева таких прыгунов в нашей истории еще не было. Чем не повод встретиться с новой белорусской звездой, которая, надо сказать, не так часто появляется на спортивном горизонте.

— Как человек творческий, ты достаточно долго выбирал себе наставников, пока, наконец, вновь не вернулся к нынешнему — Владимиру Фомичеву. Почему такое случилось?

— Наш вид называют скоростно-силовым, а в этом деле не только надо правильно выполнять нагрузки, но и умело восстанавливаться, снимать эмоциональное напряжение. Во всем необходимы спокойствие, грамотность и умение сходиться с людьми.

Хочу уточнить, что я не просто менял тренеров, а прежде всего проверял их подходы к тренировкам, методику на себе. У меня выросли результаты, я стал прыгать выше, мало того, появился резерв — значит, нет смысла задумываться о новом наставнике. В общем, менять тренера не собираюсь! (Улыбается.)

— А что конкретно тебя привлекло в нынешнем наставнике?

— Фактор взаимопонимания со спортсменом и версии его восстановления. У нас немало талантливых людей, которые выполняют большие тренировочные объемы, но не показывают и половины своих возможностей. Да, они пару раз блеснут результатом, а потом пропадают с горизонта и редко возвращаются. Тут многое взаимосвязано: какие варианты восстановления предлагает тренер, как подходит к нагрузкам, и если необходимо, как и какими методами советует проводить курсы лечения. С другой стороны, тренировки можно построить так, чтобы спортсмен не травмировался. Например, с помощью тяжестей развить верхний плечевой пояс, а не уповать на, скажем, комбинации так называемых в нашем кругу выпадов, скачков, которые относятся к своеобразной «острой» работе. Тренеру нужно уметь предвидеть развитие ситуации, мало разбираться в тех же прыжках — необходимо быть практиком.

— У тебя едва ли не сразу, начиная с нынешнего сезона, получился каскад достаточно громких успехов. С чем ты их связываешь?

— Уже зимой был готов к серьезным победам и даже прошлым летом, накануне Игр в Пекине. Но приобрести хороший соревновательный тонус помешало отсутствие стартов, точнее сказать, не очень удачным был вариант подбора менеджера. Поэтому не получилось реализовать свои прежние возможности. Ныне ничего особенного в подготовку не внес, просто начал более ответственно подходить к своему виду. Стало многое получаться, открылся большой резерв — и это не пустые слова. Подобному есть визуальное подтверждение, видеозаписи прыжков, мнения очевидцев, говорящих о моем потенциале.

— В Турине на Гран-при памяти Примо Небиоло ты заказывал 2,31, да и пытался это сделать на других турнирах, но пока не получается…

— В Италии помешал встречный ветер — мы прыгали достаточно поздно, в пол-одиннадцатого вечера. В третьей попытке я на сантиметра четыре вылетел выше планки, но при прохождении немного ее задел. Я не расстраиваюсь, выиграть такой турнир — это удача. Думаю, что уже готов брать подобные высоты.

— Из трех нынешних международных турниров, в которых ты победил, какой запомнился больше всего?

— Все три хороши, первый во французском Монтероне проводится более 25 лет, и раньше туда приезжали только олимпийские чемпионы. В не очень удачную погоду я взял 2,28 и побил рекорд соревнований, который простоял более 23 лет и принадлежал именитому Игорю Паклину.

Второй проходил в городке Йогеве, и я стал победителем первого этапа эстонского Гран-при. При этом уверенно преодолел 2,27, а соперник, ставший вторым, взял только 2,13. Кстати, там также помешали неблагоприятные погодные условия, правда, большей частью не мне, а конкурентам. О последнем, в Турине, особо не стану распространяться — его многие видели по «Евроспорту». Несомненно, выступление в Италии доставило немало приятных минут.

Сейчас улетаю в Болгарию, на чемпионат мира среди военнослужащих. И там рассчитываю на призовое место, поскольку считаю, что спортсмен — это боец, который должен сражаться до последнего. Кстати, первоначально мне говорили, что турнир прыгунов в высоту намечен на 9 июня, а потом вдруг оказалось, что он пройдет 10-го. А ведь 11-го я должен выступать на Гран-при во Франции. Теперь уже отказываться поздно, поскольку куплены билеты, которые, как оказалось, сдать нельзя. Но прилечу буквально к началу французского старта…

— Хочешь — не хочешь, но цена спортсмена поднимается после достойного выступления на официальных турнирах. Предыдущие же успехи добыты на так называемых коммерческих стартах…

— Собираюсь достойно выглядеть на чемпионате мира в Берлине, где ставлю задачу-минимум попасть в финал. Надеюсь, что ныне Анатолий Иванович (Бадуев) Зайцева выпустит в бой, а не оставит на потом, как он это делал раньше.

Еще хотелось бы видеть более приемлемые партнерские отношения между спортсменами и официальными представителями легкой атлетики. Как нормально тренироваться, если в Минске нет прыжковой ямы? Она есть только в одном зале, а ведь все соревнования проводятся на воздухе. Для меня, по существу, не бывает сборов с организованным питанием. Для подготовки к Берлину по всему подходит польская Спала, нахождение в которой не дороже, чем проживание в Стайках, но нам в ней отказывают. Моя зарплата полностью идет на оплату жилья, которое снимаем вместе с женой.

Я всю жизнь представляю Витебскую область, и напомню, что одно время территориальным тренером сборной был Олег Шароваров — человек, которого многие критиковали, но который к моим нуждам относился с пониманием. Он не только помогал финансами, но и мог настроить на соперничество, поддержать во время соревнований. С ним приятно было работать, но с приходом нынешнего гостренера отношение к прыгунам коренным образом изменилось. Ныне на просьбы оплатить сборы, послать на соревнования идут одни отказы. Я параллельно выступаю и за Минскую область — там при случае помогают и со сборами, и с поездками.

А ведь ныне я не провалил ни одного старта, на всех выглядел достойно, начиная с первенства Минска и заканчивая турнирами Гран-при. Что касается зимней «Европы», то неудача связана с неквалифицированным судейством. Об это уже писала пресса, это подтвердило мое следующее выступление — через четыре дня стал вторым на Кубке мира.

— Можно ли говорить, что, как большинство прыгунов в высоту, ты — человек настроения, весь на эмоциях, и если они высоки, то все идет как надо?

— Так можно было сказать обо мне раньше, теперь же я хорошо подумаю, прежде чем что-либо сделаю. Эмоции же добавляю тогда, когда нападают лень и усталость. Говорю себе, что это надо сделать — и не может быть никаких отговорок. Затем стараюсь все выполнять максимально быстро и при хорошей динамике. Такой самоконтроль приходит с годами, когда человек становится профессионалом. А иначе не жди удачи: наш вид — скоростно-силовой.

— Наверное, большая ответственность пришла после того, как ты женился?

— Я бы так не сказал, просто стал уделять больше внимания одному человеку — жене. Максимум два дня не бываю дома и сразу после поездки стремлюсь в семью, чтобы поделиться последними новостями.

07:43 11/06/2009




Loading...


загружаются комментарии