Почему молодежь не идет на работу тренера?

Министерство труда и социальной защиты Республики Беларусь своим постановлением № 49 16 апреля 2009 года утвердило минимальный потребительский бюджет, который до 31 июля составляет 450730 рублей для мужчин и на шесть тысяч больше — для женщин.

Почему молодежь не идет на работу тренера?
Для тех слоев населения, у кого он меньше, говорят, возможны определенные льготы. Не будем вдаваться в подробности и детали их предоставления — вероятно, они просты, возможно, рутинны. Но вряд ли молодой человек, закончивший спортивный вуз и пришедший на должность тренера одной из белорусских спортшкол, распишется в собственной несостоятельности и попросит дополнительные социальные льготы. Он попросту начнет искать приработок на стороне или всеми правдами и неправдами получит открепление, дабы найти более денежное дело. И это не досужие домыслы журналиста, а нынешняя реальная ситуация в спортивных школах страны, о которой корреспонденту «СП» поведали собеседники.

«НАМ НЕ НА КАНАРЫ, А ХОТЯ БЫ К СОСЕДЯМ!»

Известный в прошлом борец Владимир КОПЫТОВ ныне возглавляет Гомельскую областную профсоюзную СДЮШОР по греко-римской борьбе. Ему, прошедшему все ступеньки тренерского ремесла, не понаслышке известна его изнанка. Копытов убежденно считает, что ситуацию с тренерскими кадрами надо менять, и чем быстрее, тем лучше. Ныне она настолько накалена, что даже, скажем, неспециалиста по борьбе непросто привлечь на свою сторону. Туго переплетенный клубок проблем тянет одну ниточку за другой. Людей отпугивает низкая зарплата, которая достаточно прочно связана с проблемой набора. Борьба — мужественный вид спорта, подчас чреватый травмами, и родители, да и сами дети, не очень желают рисковать и напрягать мышцы. Они, по емкому выражению Владимира Копытова, «ищут чаще там, где проще, где мягче и слаще».

Весьма непродуман и сам набор, его система заставляет наставника идти на различные ухищрения. И все из-за того, что новичку на тренерской стезе надо набрать полсотни учеников, дабы получить более-менее приличную зарплату. Желающих пойти в обучение не так уж много, поэтому подчас задача выглядит нереальной.

Сам Копытов выходил на ковер до 37 лет, не раз поднимался на пьедесталы европейских и мировых подиумов. На тренерскую тропу ступил ближе к сорока, но его первоначальная зарплата оказалась такой же невысокой, как и у молодого коллеги, покинувшего спорт перворазрядником.

«Мало того, ныне наставнику трудно вывезти свою группу на соревнования, — делится наболевшим Владимир. — От этого детям становится неинтересно тренироваться, они начинают уходить из секций. Если в хоккее или футболе после трех лет тренировок можно выехать на сборы, скажем, на Канары, то у нас подчас возникают проблемы с выступлением на внутренних турнирах. На так давно открыли новую борцовскую точку, закупили ковер, чем могли — тренеру помогали, но он, женившись, был вынужден уйти из профессии — слишком низким оказался доход. Считаю, что того, кто отдает душу тренерскому делу, выкладывается на все сто, надо поддерживать всеми доступными средствами, поощрять, заинтересовать его и детей поездками, формой.

Часто случается наоборот. Недавно мы «деревенской» командой выиграли республиканскую спартакиаду школьников, на равных боролись с членами сборной страны, но никакого поощрения ни тренеры, ни команда не увидели. Лет восемь подчистую выигрываем Олимпийские дни молодежи, воспитанники наших тренеров входят в национальные сборные различных возрастов. Но ни на сборы, ни на крупные международные турниры в качестве поощрения наших специалистов не приглашают. После такого безразличия тренера трудно заставить работать. Какая ему разница: выигрывать соревнования или отбывать номер — получаешь по существу, одинаково, с небольшим различием в зарплате. А ведь моральное поощрение подчас не менее значимо, чем материальное».

Из гомельской школы вышли чемпион мира Леонид Либерман, призер Олимпиады, чемпион Европы Вячеслав Макаренко, тот же именитый Владимир Копытов. Но проблемы местной специализированной школы оказались такими же, как и у большинства коллег из других регионов, скажем, у минской, также одной из старейших в стране.

И ПЛОТНИКИ, И МОНТАЖНИКИ…

Выпускнику БГУФК Сергею БАТУРЕ, почти два года назад ставшему у руля столичной СДЮШОР по легкой атлетике «Атлет», сразу вменили в обязанность расширить тренерский корпус. Так получилось, что количество специалистов-совместителей намного превышало число штатных коллег. И в том не было ничего удивительного — при невысоких тренерских ставках удержать в обойме школы специалистов, а тем более молодых, не представлялось возможным.

Батура выровнял крен школьного корабля — ныне в штате СДЮШОР девять тренеров и 13 совместителей. Причем полставочники отдают себя на все сто процентов, к примеру, один из них, Владимир Бычковский, подготовил прыгунью в высоту Валерию Богданович, отправившуюся в узком составе на юношеское первенство мира. Но перед директором возникла новая злободневная тема — выпускники вузов, приходящие на работу, как правило, не обладают жильем. Вот им и доводится большую часть зарплаты, которую и так солидной не назовешь, отдавать за съем квартиры.

Пришлось, скажем, молодому специалисту Андрею Пасюку, который работает вместе с известным наставником молотобойцев Виктором Шаюновым, подрабатывать еще и плотником в ЖЭС. Его исходный должностной оклад не составляет и 213 тысяч рублей. Коллега Пасюка Антон Чипизубов, который, как и Андрей, взят на полную ставку и полностью справляется с нагрузкой, в свободное время занимается шиномонтажом. У Чипизубова, который закончил вуз и получил вторую тренерскую категорию, оклад чуть более 240 тысяч.

Как и у коллег из Гомеля, в этой СДЮШОР немало белых пятен с набором, с наполняемостью групп. Зачастую дети, столкнувшись с нагрузками, покидают занятия, в других случаях они не подходят по состоянию здоровья, физическому развитию. Но наставники ищут выход — всегда неунывающий Владимир Занько, завидев, скажем, на городской улице подходящего паренька для метания копья, тут же приглашает его в секцию. Придет — не придет будущий ученик — время покажет, но поиск талантов продолжается. У этого специалиста первой категории оклад не доходит и до 250 тысяч. Как-то выручают надбавки за стаж, за квалификацию, специализацию и другие.

Более опытный Валерий Дакуко, находясь на должности старшего тренера-преподавателя, после всех «накруток» зарабатывает на 150 тысяч больше. Минчан слегка спасают так называемые павловские 105 тысяч — доплата в три базовые величины, которые в свое время ввел бывший председатель горисполкома Михаил Павлов спортивным работникам.

— Тренерам, успешно справляющимся со своим делом, нужно предусмотреть подработку в школах, — считает Сергей Батура, — а не на стороне, дабы увеличить нагрузку. Если ему положено отрабатывать 32 часа, и он свое отдает, но у него есть желание и время, то почему бы не дать возможность это сделать здесь, на месте, в ДЮСШ. Пока же у нас все строго регламентировано, и больше запретов, чем разрешений.

«ПОЙТИ В ТОКАРИ, ЧТО ЛИ?»

Когда воспитанники этой гродненской школы доходят до степеней известных, то, по выражению директора областной профсоюзной СДЮШОР Нины ВОРОБЕЙ, они куда-то пропадают. А исчезают по одной простой причине — в спортшколе слишком невысокая зарплата. Одни уезжают за границу, другие подписывают контракты с менее известными клубами, третьи занимаются иным родом деятельности, но не продвижением своего вида, в котором они принесли бы несомненную пользу.

Почему? А потому что, придя на работу в спортшколу, они будут получать 220-230 тысяч рублей. На ставку молодому специалисту нужно набрать несколько групп — порядка 60 человек. Найти и обучить такое количество детей, когда нет своей базы, инвентаря, формы, денег на соревнования, как резонно считает директор, весьма проблематично. Бывший спортсмен если и оставляет себе полставки, то больше в качестве хобби, а сам старается на стороне найти более прибыльное предприятие — надо кормить семью.

Некоторые, несмотря на возраст, идут на продолжение карьеры, но обходят стороной тренерскую дорогу. Известная Алла Коваленко стояла в воротах гродненского «Ритма» до 43 лет, ее опыт в таком редком виде спорта, как хоккей на траве, неоценим. Но для голкипера более приемлемо продолжение карьеры в команде низшей лиги, где она может еще долго пригодиться, нежели воспитание новичков в ДЮСШ. И опять же — дело в оплате.

При местном университете открыт факультет физического воспитания, однако в областной школе в роли тренеров появляются единицы. «Но если и заявятся, — уточняет директор, — то года два проболтаются, попробовав себя и в роли тренера, и в роли инструктора, а затем — на полставки там и там, чтобы все равно уйти. Есть фанаты, которые не видят себя в иной роли, кроме как в продвижении своего вида, но они лет семь-восемь идут к тому, чтобы, наконец, заработать свои полтора миллиона. Однако таковых немного».

Как найти выход? «Всем, кто закончил УОР, мастерам спорта, — предлагает Нина Воробей, — кто решил стать спортивным наставником, надо сразу дать вторую категорию. За передачу учеников в национальные команды тренер получает небольшую добавку к зарплате. Однако, по существу, не поощряется районный или сельский наставник, который отправил учеников в спортивные заведения высшего звена. Правомерно было бы расширить сеть надбавок и платить тренерам за передачу воспитанников в УОР, ШВСМ, в центры олимпийской подготовки, команды мастеров. Тогда бы у специалистов низшего звена еще больше поднялся стимул к поиску талантливых детей, достойных развить свои способности. А то ведь некоторые зациклились только на том, чтобы набрать полную группу. А если бы тренер знал, что передаст одного ученика в УОР, и ему добавят к зарплате 20-30 тысяч рублей, он уже по-иному посмотрел бы на свое дело.

Еще. Специалистам, подготовившим спортсменов высокого уровня, по заслугам присвоили высшую категорию. Однако через некоторое время ушли из спорта или не попали в национальную команду их звездные воспитанники. Опытный наставник вновь опускается на начальную, нулевую отметку, сызнова принимаясь за дело. А вот, к примеру, если токарь получил, скажем, шестой разряд, то он остается у работника до конца трудовой деятельности. Наши Комов и Кузьмина, подготовившие в свое время звезд плавания Ларичеву, а затем Капишину, теперь опять обязаны по-новому зарабатывать категорию. Пойти в токари, что ли? Это же несправедливо»…

«ВАЛЕРИЧ, ДАЙТЕ ОТКРЕПЛЕНИЕ!»

Не обошли стороной эти проблемы и сельскую ДЮСШ. Директор одной из них, Холмечской, что в Речицком районе, Валерий БОНДАРЕНКО, в качестве примера рассказал историю о молодом специалисте. Бывший ученик заканчивает четвертый курс Мозырского пединститута, у него семья и ребенок, но зарплата с надбавками не превышает 500 тысяч рублей. И это при всем при том, что директор разрешил ему вести 27 часов.

— В сельской местности мы доплачиваем до 10 процентов за сложность, — разъяснил Валерий Бондаренко. — Ставка же вообще предполагает нагрузку в 18 часов, благо, что стараемся поддержать специалиста доплатой из фонда заработной платы — 60-70 тысяч подбрасываем. Это мы, старожилы со стажем, как говорится, прикипели к своему делу, имеем чуть большие ставки, которые также сверхвысокими не назовешь. Молодым же средства нужны вдвойне, а тем более людям семейным.

Сельская ДЮСШ должна располагать не менее чем четырьмя ставками, в Холмече же — два штатных тренера и три совместителя. Как считает директор, для села это вполне нормально. Лет восемь назад, вспоминает Бондаренко, когда он искал себе молодого специалиста, из Гомельского госуниверситета наконец приехал выпускник. Появившись же в ДЮСШ, едва ли не с порога заявил: «Валерич, дайте открепление».

Но как директор мог его сразу отпустить, если столько времени ждал пополнения. Однако парень, тем не менее, быстро исчез, даже не получив на то дозволение.

Потому Бондаренко начал искать будущих наставников среди своих воспитанников, а найдя, пытается обустроить их быт, помочь с выделением жилья. Но вот молодой тренер Рыбак, который снимает в поселке жилплощадь, не желает квартиру. Значит, понимает директор, парня в Холмече не удержишь, хотя и старается во время учебы в вузе помочь ему различными льготами.

— Как поднять заинтересованность, прежде всего, у молодых наставников? — размышляет Валерий Бондаренко. — Думаю, надо бы уменьшить тренировочные группы — ведь, к примеру, на селе не так просто найти требуемое количество занимающихся. Наиболее успешным наставникам разрешить дополнительную нагрузку, не запихивая их в 30-часовые рамки. О этом говорили не раз и не два, но воз и ныне там.

Вот такая непростая ситуация возникла в тренерском цехе. Дабы сдвинуть ее, укрепить будущее белорусского спорта, нужно пойти навстречу проблемным темам, решение которых высказали опытные и их более молодые представители спортивного наставничества. Их предложения достаточно весомы, от них нельзя отказываться, дабы упрочить позиции спортивной отрасли, в последнее время ставшей визитной карточкой страны. «Я в тренеры не пойду!» — пусть подобная фраза, ставшая расхожей, звучит все реже из уст молодых специалистов и в конце концов станет архаичной.
07:44 11/07/2009




Loading...


загружаются комментарии