Двукратная олимпийская чемпионка Екатерина Карстен будет выступать за Россию?

"Прессбол" узнал о слухах, что муж и менеджер Екатерины, пропустившей в этом году все три этапа Кубка мира, Вилфрид Карстен нашел в России спонсора, который готов оплатить подготовку спортсменки к Олимпиаде-2012. Называлась даже сумма — миллион долларов!

Двукратная олимпийская чемпионка Екатерина Карстен будет выступать за Россию?
За разъяснениями корреспондент газеты Светлана Парамыгина обратилась к немецкому наставнику Норберту Ладерманну, который тренирует именитую белоруску последние четыре года.
 
— Катя не хочет выступать за Россию. Но ситуация действительно сложная. И если она не изменится, то после чемпионата мира я ухожу. Не вижу смысла работать дальше, — говорит Ладерманн.
 
— А в чем, собственно, дело? Нам известно, что в первом этапе Кубка мира Карстен не участвовала из-за травмы. Назовите причину дальнейших пропусков.
 
— Разногласия с Минском, который не выполняет своих обязательств, в том числе и финансовых. Так, деньги из Беларуси либо не поступают вообще, либо перечисляются с большим опозданием. Наша группа снимает дом в пригороде Кельна, во время тренировочных сборов его аренду оплачивала ваша страна. Но в марте нам позвонили хозяева помещения — швейцарцы: “Пошел уже третий месяц, как из Минска не поступают деньги за дом!”
 
Мы связываемся с федерацией, спрашиваем, в чем дело. Нам рассказывают про новый закон о коррупции, говорят, что надо поискать место для проживания подешевле. Но это невозможно — найти помещение с мебелью и тренажерным залом, дом, расположенный рядом с каналом и оборудованный всем необходимым для тренировок, за еще более маленькую цену! Мы выслали кельнский каталог с прейскурантом услуг, предложили белорусам выбрать самим. Они говорят: “Это не документ! Надо официальное письмо”. А какая гостиница даст им такое письмо, если никто точно не знает, сколько людей и в какие числа будет в ней проживать. Нам сказали, что гостренер Храмков сам приедет в Кельн и примет решение на месте. Но он так и не появился! И на сегодня ничего не изменилось.
 
— Какова величина белорусского долга перед швейцарцами?
 
— Шестьдесят тысяч евро. За 2009 год не заплачено ни копейки. Хотя замминистра Шичко говорит: “Деньги есть!” Однако никто не хочет ставить подпись на договоре. Потому что гостренер Храмков против, главный тренер Синельщиков против, а без них начальство само решение не принимает. Поэтому командировка в Кельн, подписанная Шичко, есть, приказ министра на командирование есть, но без договора банк не желает перечислять деньги…
 
Швейцарцы звонят Вилфриду: “Помнишь наш уговор? Ты гарантировал нам оплату. Мы больше не можем финансировать этот проект. И 1 июня заканчиваем наш контракт. Вам придется съехать”.
 
Мы собрали денег, сколько смогли. У Вилфрида еще раньше 55 тысяч евро ушло на покупку транспорта для перевозки лодок и людей: там можно поспать, поставить массажный стол, сделать процедуры и так далее. Карстен сложили остатки своих средств, Вилфрид взял кредит в банке, я добавил из своего кармана. Таким образом и расплатились со швейцарцами.
 
— Так что же с участием во втором этапе Кубка мира?
 
— Надо было выезжать в Мюнхен. Катя пошла в банк, но счет, на который из Беларуси перечислялись деньги на суточные, был пуст. Шли дни. Мы волновались, постоянно звонили в Минск. Говорили, что свободных средств нет, они потрачены на оплату долга швейцарцам. Нам не верили. Гонка была в четверг. И только в среду после обеда поступили деньги. Теперь мы могли купить солярку, ночью выехать, прибыть в шесть утра и начать строить лодку. А в девять часов Кате предстояло выйти на старт! В этой ситуации соревнование теряло свой смысл. Мы остались дома.
 
— Катя хотела выступать?
 
— Конечно. Она пропустила первый этап Кубка мира, и старт был очень для нее важен. Я должен был посмотреть, как Катя готова, и внести коррективы в подготовку.
 
Деньги, которые нам прислали за Мюнхен, мы проели, тренируясь в Кельне. Но так как Катя не стартовала, а господин Храмков не написал соответствующую служебную, то эти деньги надо вернуть в бухгалтерию Минспорта.
 
Катя тогда позвонила в Минск и предупредила, что через две недели состоится третий этап Кубка мира в Люцерне, самое главное соревнование перед чемпионатом мира. Гостренер ей ответил, что в министерстве нет валюты! Так мы не поехали в Люцерн.
 
— Но в третьем этапе Кубка мира белорусы участвовали — пять экипажей!
 
— Выходит, для них валюту нашли… Замминистра Шичко очень просил Вилфрида придумать что- нибудь и прибыть в Люцерн, а там с нами расплатились бы. Вилфрид придумал. Позвонил господину Храмкову и предложил, чтобы водитель, который доставил команду на соревнования, приехал к нам в Кельн и привез деньги. Гостренер не согласился. Заявил, что денег на солярку у него нет.
 
Вот так Катя “отдыхает” весь сезон. Сейчас готовится к чемпионату мира, который состоится в конце августа.
 
 
"Это не министерские интриги, а внутрикомандные"
 
В ответ на вопрос "Прессбола", собирается ли Екатерина Карстен выступать за сборную России, ее муж Вильфред говорит: "Нет. Не хочет. Говорит, что белоруска".
 
— Но в ее биографии был период, когда она уже почти уехала...
 
— Да, в те годы шла война между Синельщиковым и Катиным тренером Квятковским. В 1995-м Синельщиков заявил: “Ходотович только тогда поедет на чемпионат мира, когда я буду мертв!” В этой ситуации Катя и пошла в Россию. Три месяца тренировалась с русской командой. Потом министр Рыженков ей сказал: “Катя, ты белоруска. Синельщиков больше не будет тебя трогать. Я дам тебе лодку, и ты поедешь на чемпионат мира. Возвращайся в Беларусь”. И Катя вернулась. А на следующий год она взяла олимпийское золото в Атланте. Сейчас история практически повторяется. Синельщиков снова стал главным тренером и устроил Кате бойкот.
 
Мне кажется, что это не министерские интриги, а внутрикомандные. Минспорта всегда шло нам навстречу. Так, в 1998 году, когда родилась Александра, мы пошли к замминистра Григорову и спросили: “Можно нам уйти в немецкую команду?” Мы хотели жить вместе, нормальной семьей, не скитаться по гостиницам, чтобы Саша пошла в школу в Германии. Получить Кате немецкое гражданство проблем не составило бы, ей надо было только сдать небольшой экзамен на знание языка, такой же простой, как подписание почтовой открытки. Карстен уже работала под руководством тренера, который позднее сделал Катрин Рутшов-Стомпоровски олимпийской чемпионкой Афин. Однако выступать за другую страну мы не хотели, хотя немцы и звали. Поэтому нам нужны были гарантии, что Беларусь финансирует подготовку Кати в Германии.
 
— Вы получили эти гарантии?
 
— Да. Григоров выдвинул единственное условие: чтобы пребывание в Германии стоило не дороже, чем 45 евро в сутки на человека. Мы согласились, хотя в гостиницах иногда берут в два раза больше. Аренда дома тоже не выглядела отличным выходом, так как только на покупку мебели, страховку и коммунальные услуги ушли бы тысячи евро. К тому же нам оплачивали лишь время пребывания на сборах, а те, естественно, не были круглогодичными.
 
Но у меня в Германии много друзей. Они посоветовали обратиться к одной швейцарской фирме, которая помогает спортсменам путем рекламной деятельности. Швейцарцы сразу стали задавать вопросы: какое количество людей приедет из Беларуси, за сколько дней они будут платить. А я ничего конкретного ответить не мог, ведь все зависело от вашего Министерства спорта! Знал только одно: больше чем 45 евро в сутки Беларусь давать не может. И понимал, что прошу от швейцарцев нереального. Поэтому гарантировал, что вне сборов буду сам платить за дом, который они нам предоставят. Швейцарцы мне поверили и согласились. Тогдашний председатель белорусской федерации Тарабрин через КГБ “пробил” эту фирму и тоже дал добро.
 
Прежде мы с Катей во время сборов размещались в Потсдаме, на тренировочной базе немецких гребцов. И вот в 1999 году для нашей группы сняли дом в пригороде Кельна — Дормагене, на моей родине. Сейчас Катя, Александра и я живем в квартире. А в арендованном доме (он буквально в десяти метрах от нас) располагаются доктор Дима Гук и две молодые спортсменки — Шлюпская и Фадеенко. Девушки нужны потому, что тренироваться одной невозможно, Кате необходимы партнеры. Темп гребли в двойке выше, чем в одиночке. Поэтому для скорости лучше сидеть в экипаже.
 
До гребного канала нам всего несколько минут езды на машине. В доме есть тренажерный зал, специальное помещение для гребли на “концепте”, медицинская комната, оборудованная необходимыми приборами для анализа крови и столом для массажа. Тренажеры и мебель купили швейцарцы. Во время сборов Беларусь платила за наше с Катей проживание по 45 евро, а за проживание доктора и остальных спортсменок — по 32 евро. Думаю, дешевле быть не может! И десять лет мы не знали проблем.
 
При этом Синельщиков всегда кричал: “Они делают деньги на команде!” Но давайте вспомним. На Играх 2004 года в Афинах мы отказались жить в Олимпийской деревне — автобус до места соревнований шел больше часа, и Катя, делая на сборе по две тренировки в день, не могла себе позволить тратить на дорогу по четыре часа. Я взял в аренду дом, который находился от канала в десяти минутах езды. Добавьте сюда расходы на питание. За месяц набежала кругленькая сумма! В министерстве меня заверяли, что все затраты компенсируют. Но вышло иначе. После того как Карстен завоевала в Греции серебряную награду, нам сказали: “У тебя было место на корабле, а у Кати — в Олимпийской деревне. Мы все деньги пустили туда!” Так что премия за медаль пришлась весьма кстати — надо было расплатиться за дом и питание в Афинах…
 
Непростая история и с оплатой труда Ладерманна. Почти три года он работал с Катей бесплатно. На контракт с Минспорта его взяли только в 2006-м. Поначалу на бумаге тренером числился я: Норберт писал план, а моей задачей было передавать Кате, что делать. В этом качестве, кстати, я приехал и на Олимпиаду в Афины. Но аккредитацию на Игры мне по белорусской заявке сделали такую, что подойти к Кате было невозможно. И она отказалась без меня выходить на канал! Из-за этого пропустила целый тренировочный день. Пришлось мне обратиться к первому секретарю международной федерации, свести его с руководителем белорусской делегации Забурьяновой. Только после этого проблему уладили.
 
После Афин Норберта наконец признали как тренера, но сказали, что контракт он должен заключить не с Минспорта, а с федерацией. А там нам заявили, что платить не могут! И только в 2006 году Ладерманн получил зарплату — примерно две тысячи евро. Это очень маленькие деньги для специалиста, у которого уже 62 медали на международных соревнованиях: Олимпиадах, чемпионатах мира и этапах Кубка мира. Считаю, он входит в десятку лучших тренеров мира по гребле. Его коллеги получают по 15-20 тысяч евро! Работая в Беларуси, Норберт сам оплачивает страховку по здоровью и пенсионные отчисления, на это уходит почти вся его зарплата. Но он не идет на попятную, говорит, что заниматься Катей ему интересно. И когда Карстен завоевала в Пекине бронзовую медаль, мы из премии заплатили Ладерманну за все предшествующие годы его работы с нашей группой…
 
— Вилфрид, какие у вас с Катей планы на предстоящее четырехлетие?
 
— В Пекине Григоров к нам подошел и сказал, что после Олимпиады надо встретиться и поговорить о Катином будущем. Мы приехали осенью в Беларусь, зашли к министру. Договорились, что в 2009 году, а может быть, и в следующем Катя еще будет грести в одиночке. Но на Играх в Лондоне ей стукнет уже сорок. В этом возрасте выдерживать конкуренцию в одиночке тяжело. Поэтому надо строить командную лодку. Григоров согласился. Он был хорошего мнения о Норберте, ему понравилось, что у Ладерманна уже расписан план на весь олимпийский цикл, в то время как у белорусов все только на словах. Решили: нужно сохранить одиночку и сформировать двойку и четверку, то есть целую парную группу. Мы гарантировали, что эти экипажи завоюют на Олимпиаде 2012 года как минимум две медали, а может, и три. Григорову идея понравилась. Он сказал, что если семь человек будут тренироваться с Ладерманном в Кельне и они возьмут в Лондоне две награды, то это вовсе не дорого. Еще министр говорил, что как тренеру верит только Норберту, что он не знает, кто в Беларуси может нормально работать, и у него нет выбора.
 
Затем Григоров ушел в отпуск. И вдруг мы узнаем, что главным тренером назначен Синельщиков. Шичко заявил, что за спортивные вопросы отвечает именно он, а не министр, и что спортсмены не будут решать, кому их тренировать и где. Ну, а Синельщиков после назначения сразу объявил, что в Кельн никто не едет, что в Беларуси вообще нет спортсменов для гребли в парных лодках. Катя за две недели раз двадцать звонила в приемную Шичко, а секретарша неизменно отвечала, что замминистра нет…
 
Потом мы договорились о встрече с министром, специально приехали в Минск. Григоров заговорил о компромиссе, финансовом кризисе, необходимости экономить. Тогда Норберт написал план, согласно которому наша четверка тренировалась бы большей частью в Беларуси. Специально съездили в Гомель, где можно было бы строить парную группу. Затем отправились в федерацию. С нами пошла Бичик. Юля сказала, что либо будет работать только с нами, либо вообще бросит спорт!
 
— Не может быть. А как же ее многолетний тренер Владимир Синельщиков?
 
— Работать с ним она отказалась. У них был конфликт. То же самое Бичик говорила и Григорову, когда ходила к нему на прием.
 
В федерации мы предложили компромисс, как нас и просил министр: четверка работает в Бресте, двойка — в Кельне. В Германию выразили желание ехать Бичик и Маша Смолякова из Полоцка.
 
 
"Катю может тренировать и телеграфный столб"
 
Главный тренер сборной Беларуси по академической гребле Владимир Синельщиков информацию о
Карстен с президентом Беларуси в Пекине. Фото БЕЛТА
 
возможном переходе Карстен под российский флаг прокомментировал так: "Вильфрид бизнес делает на гребле! Но гребля — не футбол и не хоккей… Миллион долларов ему дают — так езжай, никто не держит! Но Катя-то этого не хочет…".
 
По мнению главтренера, "Катю с ее талантом тренировать может и телеграфный столб". "Да, в юношеском возрасте Квятковский ее чему-то научил… Но с Ладерманном они уже две Олимпиады проиграли. В Афинах ей было всего 32. Да, победила потом на трех чемпионатах мира, но это — другое. Я ведь слышал, как во время встречи с олимпийцами президент сказал Кате: выиграешь третье золото — получишь Героя Беларуси. А в Пекине она от победы еще дальше оказалась. Я давно Григорова убеждал: это не тренер. Читать лекции — одно, практическая работа — совсем другое", — раскритиковал работу немецкого специалиста Синельщиков.
 
 
"Подковерная борьба за спиной жены"
 
Насколько вероятен переезд Карстен в Россию?
 
"Кто-то это может сделать безболезненно, а Карстен — нет. Ибо, по сути, она была, есть и остается Катей Ходотович, простой белорусской женщиной из деревни Асечино Крупского района, поднявшейся благодаря титаническому труду и природному дару до вершин национального достояния. Она принадлежит к золотому фонду белорусского народа, и, думаю, даже ее муж Вильфрид при всех его потугах не в состоянии ничего изменить, — анализирует взрывную ситуацию обозреватель "Прессбола" Борис Тасман. — Вильфрид отлично понимает Катин статус в Беларуси и на том, вероятно, строит расчет, чему пример — разговоры о переходе в Россию...
 
Но оставим господина Карстена с его вечными материальными притязаниями и задумаемся: что сделано государством для подготовки Кати?
 
Во-первых, Карстены живут в Германии на средства из белорусского бюджета. Екатерина получает президентскую стипендию в размере примерно девяти миллионов белорусских рублей, как призер Игр в Пекине. Плюс 45 евро ежедневно на питание (за 300 дней набегает 13,5 тысяч).
 
Во-вторых, муж Екатерины трудоустроен в национальной команде. Деньги там пустяковые, но примерно на такие средства у нас существуют многие, особенно в регионах. В том числе огромная масса детских тренеров. Должность в команде позволяет платить Вильфриду, как и его знаменитой жене, те же 45 евро в день. Расчет простой: Катин муж фактически является ее менеджером.
 
В-третьих, Катин тренер Норберт Ладерманн зарабатывает, по словам Вильфрида, две тысячи евро в месяц, то есть восемь миллионов рублей. Плюс ежедневные 45 евро. По мнению Катиного мужа, деньги очень маленькие. Уверен: жители деревни Асечино и даже избалованные минчане имеют на этот счет диаметрально противоположную точку зрения! Особенно в нынешнюю пору навязанного нам экономического кризиса!
В-четвертых, в Германии чуть ли не постоянно находится обслуживающий Екатерину врач Дмитрий Гук, пребывание которого также оплачивает Минспорта.
 
В-пятых, для спаррингов туда отправлены две спортсменки национальной команды.
 
То есть всего Катю обслуживают пять человек (!), находящихся на содержании белорусского государства. При этом Вильфриду постоянно не хватает средств! Их так мало, что, бывая в Беларуси, его жена, вероятно, частенько не может наскрести на проезд от Бреста до Асечино. Видимо, “менеджер” считает каждый рубль...
Теперь взглянем на результаты работы Ладерманна. В плюсе — победы на чемпионатах и Кубках мира 2005-2008 годов. В минусе — проигрыш двух главных, олимпийских, стартов и провал двойки парной Устиненко — Нарелик.
 
Кстати, Карстен и Ладерманн зарабатывали бы в районе 12-15 миллионов, если бы добыли в Пекине третье олимпийское золото. На то были все основания. Однако немецкий тренер, оснащенный компьютерами и радиостанциями, в союзе с “менеджером” выжали из Кати все соки задолго до финала. Такого же мнения придерживался и тогдашний главный тренер сборной Валерий Гайдук.
 
Вместо того чтобы призвать Вильфрида Карстена и Норберта Ладерманна к ответу за пекинский пассаж и подумать о целесообразности валютных затрат, министр Григоров отправил в Германию новый дуэт — Фадеенко и Шлюпскую... И все равно Вильфриду неймется: может, потому, что Кате все труднее поддерживать высокий уровень в одиночке? Олимпийская чемпионка Пекина Румяна Нейкова и финалистка Эва Михальчик пересели в двойки!
 
Понимая, что второй провал может существенно ухудшить материальное положение всего германского филиала белорусской сборной, а то и развалить его, заранее найден козел отпущения — главный тренер Владимир Синельщиков. Мой опыт общения с ним позволяет заключить: он — человек сложный. Однако на простых воду возят. Надо бы Вильфриду, Норберту и Владимиру сесть за круглый стол и за чашкой чая обговорить все проблемы и перспективы Екатерины Карстен, действительно великой белорусской спортсменки. Сегодня, когда в Бресте второй сезон работает великолепный гребной канал, возможно, есть резон предложить группе Карстен перебазироваться на белорусскую землю? И расходов меньше, и Минспорта ближе...
 
В подковерной борьбе, устроенной Карстеном за спиной жены, его шансы на выигрыш тают с каждым днем. Время неумолимо, в Беларуси растут новые звездочки. Что будет делать Вильфрид после того, как Катя покинет гребную сцену? Не страхом ли перед надвигающейся невостребованностью продиктованы его нынешние скандальные откровения?"
 
 
16:11 14/08/2009




Loading...


загружаются комментарии