Фристайл. Ассоль Сливец мечтает о победах

Одним из видов  спорта, где белорусы рассчитывают на медали олимпиады является фристайл. О своей готовности к ответственным стартам рассказывает  член белорусской женской  сборной Ассоль Сливец.

Фристайл. Ассоль Сливец мечтает о победах
— Давайте заглянем в будущее, порассуждаем о ваших  возможностях и готовности к зимней Олимпиаде в Ванкувере.
— Мне не хочется  говорить об Играх. Зачем думать о  погодных условиях, каких-то погрешностях — это всего лишь нюансы. Что  касается планов, то они всегда грандиозные. К тому же уже сейчас проделано много работы. А мечта, безусловно, есть, ее никто не помешает осуществить.
— Два года вы были вдалеке от «трамплинной» жизни. Поговаривали даже о серьезной травме…
— Все это  слухи и домыслы. Большие нагрузки привели к перетренированности, из-за чего наступила общая слабость организма. На самом деле все в полном порядке. Два года пропустила по причине рождения ребенка. Сходится?
— По срокам —  вполне. Но каково после столь длительной отлучки вновь вернуться в большой спорт?
— На международных  соревнованиях пока не прыгала, поэтому  сложно судить. Первые Кубки мира пройдут  в Китае. Могу лишь сказать, что чувствую себя отлично. Даже лучше, чем раньше. Тренеры говорят, что стала более координированной. Пожалуй, в определенной степени я сейчас открыта для всего нового. Когда вновь и вновь повторяешь одно и то же, работа превращается в рутину, появляется какая-то лень. Ничего подобного в настоящий момент не чувствую. Напротив, хочется творить.
— Как прошел для вас подготовительный период в Беларуси?
— Продуктивно: выполнили поставленные задачи, работали на батуте, лонже, уделяли внимание силовым нагрузкам. Все прошло в  рабочем режиме.
— На сборы национальной сборной постоянно выезжает и ваш брат Тимофей. Помогает ли присутствие родного человека вдалеке от Родины?
— Мне с ним  легче, ни к кому приспосабливаться  не нужно, поскольку живем с братом в одном номере. Я ведь после  свадьбы фамилию не меняла, поэтому  за рубежом считают, что приехали миссис и мистер Сливец. Что думает администратор, нас меньше всего волнует. (Смеется). Правда, есть и минусы. Все-таки мужские и женские соревнования проходят в разное время. Представляете, каково ему, когда я просыпаюсь в пять утра и начинаю собираться, либо наоборот.
— Получается, что, как и в детские годы, вы по-прежнему не разлей вода?
— Только раньше подушками дрались.
— Сейчас повзрослели, да и семью уже имеете…
— Сыну второй год. Зовут Радомиром. Самое что ни на есть русское имя, которое означает радость мира. Маленький еще, поэтому не научился капризничать, когда мамы нет рядом. У малышей нет понятия завтра, да и не объяснишь, что такое время. Другое дело, когда возвращаюсь домой, тогда обязательно уделяю ему повышенное внимание. Безусловно, находясь вдали от сына, сильно скучаю. Но ничего не поделаешь, общаемся по мобильной связи. А вот Сергей у меня самый лучший муж на свете. Он тренер по конькобежному спорту и учит людей кататься на роликах.
— Своего будущего супруга выбирали под впечатлением «Алых парусов»? Сами как-то отмечали, что друзья зовут вашего мужа Серый, значит, на английский манер — «Грэй». Как ни крути, а получается Ассоль и Грэй…
— Наверное, это  судьба. Ведь по жизни мы встречаем  людей, которые впоследствии делают тебя сильнее и лучше. С Сергеем были знакомы задолго до свадьбы, но только перед браком задумалась о подобном литературном совпадении. Хотя, если хорошо задуматься, то всегда можно найти причинно-следственную связь.
— А сумели договориться, кому сидеть с малышом? У вас ведь тренировки, сборы, разъезды…
— Осознанно  подходили к рождению ребенка, поэтому  находим компромисс. Когда я дома, то полдня мои, а полдня мужа. Если уезжаю на сборы, значит, воспитанием приходится заниматься бабушкам.
— Как вам  удается совмещать роль мамы и спортсменки?
— Стараюсь. Думаю, удается. Других вариантов и нет.
— Один из летних сборов в Швейцарии вам пришлось пропустить именно из-за ребенка…
— Сбор просто перенесли  на месяц. Думаю, получилось даже лучше, чем планировалось. Закончила прыгать на воде только в октябре, следовательно, воспоминания еще свежи. Считаю, что это пойдет на пользу. Хотя к подобному варианту сборов ранее не прибегали.
— А почему с  вами индивидуально работал Василий  Воробьев, а не главный тренер Николай Козеко?
— У нас каждый специалист выполняет определенные задачи. Нет ничего удивительного, что  в Швейцарию со мной отправился Воробьев. С кем на тренировках больше провожу  времени? Сложно сказать. Вопрос из серии, кого ты больше любишь: маму или папу… Команда у нас большая, поэтому с ней работают два тренера.
— Кстати, вам  говорили, что в вашем голосе есть нечто особенное, даже завораживающее?
— Бывало. Нужно  просто уметь культурно общаться, тогда у всех будет красивый голос. (Смеется.) Этому учат еще в младших классах, но, видимо, не каждый посещал занятия.
— Отечественные  мобильные операторы, случайно, не предлагали сняться в рекламе?
— Пока таких  предложений не поступало. В общем-то, хватает людей для подобных целей. Мне, например, нравится Серега в рекламе «Life».
— Вы бы тоже не затерялись. На соревнованиях выступаете в роли судьи-информатора, значит, и  опыт уже имеется…
— Пару раз приходилось  выручать нашу федерацию, чтобы соревнования прошли на достойном уровне. Впервые  это случилось на Кубке Европы, который проходил в Беларуси. Нужны были спортсмены, которые помимо русского языка хорошо владеют английским. В конечном итоге выбор пал на меня. Как оказалось, ничего сложного в комментаторской деятельности нет.
— А на телевидении  попробовать свои силы не предлагали?
— Такой вариант  возникал. Вот только работа на ТВ является творческой и во многом непредсказуемой. Спорт и журналистика — две  совсем разные сферы, и они обе  отнимают много времени. А я такой  человек, что если занялась чем-то одним, так уж до конца. Ведь нужно долго учиться, чтобы стать профессионалом.
— Уверен, что  выдавать тройное сальто куда сложнее. Интересно, ваша увлеченность фристайлом оказалась стечением обстоятельств  или закономерностью?
— Пожалуй, первое. В детстве занималась балетом  на лыжах, потом была акробатика. Ходила на занятия по принципу: все прыгают  сальто, и я смогу. Так вот доросла  до фристайла. Делать первый прыжок было совсем не страшно, так как просто не знала, чего бояться. Другое дело — второй…
— А что страшнее: прыгнуть с трамплина или выйти  замуж?
— Ничего не боялась. А узаконить отношения — это  даже весело.
— Вас можно  чем-нибудь испугать?
— Не знаю почему, но боюсь змей, акул и ос.
— Почему решили остановить выбор на таком экстремальном виде спорта? Неужели в обыденной жизни не хватало адреналина?
— Мне нравится этим заниматься, к тому же получается. Фристайл — это не только хобби, но и любимая работа.
— Задумывались, как объяснить ребенку, где «трудится» мама и почему она парит в воздухе?
— Дети артистов понимают, почему их родители постоянно  находятся на сцене. Вот и мой  сын привыкнет, что его мама кувыркается, и будет воспринимать это как  само собой разумеющееся.
— А если он тоже захочет «кувыркнуться»?
— Почему бы и  нет? А может, он станет художником? По крайней мере, сейчас тянется  за карандашом. Следовательно, пока будем  развивать сильные стороны, а  там уже посмотрим. В изостудию  набирают с трех лет, а во фристайл — с семи. Поэтому время еще  есть, чтобы разобраться в способностях.
— Допустим, он пойдет по маминым стопам. А фристайл — это травматизм…
— Вполне нормальный вид спорта. Если к любому делу подходишь  подготовленным, все будет хорошо. Следовательно, и результаты не заставят себя ждать. В лыжной акробатике, как в тех же шахматах, каждый ход продумываешь наперед, исключая долю риска.
— Не дай Бог, неудачно приземлишься? Каково после  этого вновь вернуться на трамплин?
— Тьфу-тьфу-тьфу, у меня такого не было. Сложно сказать, что чувствует спортсмен, возвращаясь после выздоровления к привычному делу. Исполняя прыжок, необходимо забыть о негативе. Если ты в себе уверен, в тебе уверен тренер — беда обойдет стороной.
— Оптимистичные  рассуждения.
— Я стопроцентный  оптимист. Даже в голове не укладывается, как можно быть пессимистом и думать, что все плохо? Таких людей никогда не встречала, да и не верю, что подобные личности существуют. Скорее, притворяются, нежели действительно так считают.
— Я так понимаю, с чувством юмора у вас также  полный порядок?
— Со стороны  виднее. Но я считаю, что с юмором намного проще жить. Быть всегда серьезным — значит, воспринимать окружающий мир в темных и мрачных  тонах.
— Наверное, такой  точки зрения придерживались, когда  сдавали экзамен по аэробике в  университете физкультуры?
— Не будем позорить БГУФК. (Смеется.) Тот выход уже  стал легендой. Не стоит вспоминать, ведь и так преподаватели со мной натерпелись.
— Думаю, читателям  интересно узнать об оригинальном подходе  к сдаче программной дисциплины в костюме пирата…
— Наряд —  это еще полбеды. Другое дело, что  из танца получилось шоу.
— Надеюсь, на оценку это не повлияло. Кстати, вам известно, что на имени Ассоль Сливец делают деньги, продавая ваши труды в Интернете?
— Да ладно… Я  уж точно этим не занимаюсь. Что ж, пускай люди зарабатывают. А курсовые и дипломную работы писала действительно сама.
— Тогда понятно, почему университет закончили с  красным дипломом.
— Училась. Были проходные предметы, как радиационная безопасность, которые, тем не менее, тяжело сдавались. Но ко всему остальному подходила со всей серьезностью и ответственностью. Просто мне было интересно слушать о том, чем сама занимаюсь. Знаете, сложилось слегка неправильное мнение, будто спортсмены не учатся. Я же знаю достаточно много других примеров, когда атлеты могут даже с преподавателем поспорить и доказать свою правоту.
— Насколько  я осведомлен, вы еще в совершенстве владеете английским и немецким языками, знаете также французский…
— С первого  класса — английский, с пятого — еще и немецкий. Так вот и выучила. Правда, с математикой было тяжело — на калькуляторе считала.
— И зарубежную литературу в подлиннике читаете?
— Для саморазвития. На сборах все обыденно, поэтому  пытаешься как-то отвлечься. Когда  большая часть жизни занята тренировками и гостиницами, начинаешь немножко тупеть. Это отражается и на прыжках. В момент полета ведь нужно принимать сразу несколько решений. Поэтому чтение является прекрасным помощником. Недавно прочла книгу Лэнса Армстронга «Каждая секунда на счету».
— Чем еще  интересуетесь?
— Интернетом. (Смеется.) Очень хочу научиться рисовать. Это  пробел, который необходимо восполнить. Наверное, уже всей семьей будем  экспериментировать: кто маслом, кто  акварелью, а кто и руками.
— Попробуем  закончить на серьезной ноте: согласны, что фристайл, по большому счету, субъективный вид спорта?
— Согласна, так  как итоговое место зачастую зависит  от симпатий судей и от того, какую  страну они представляют. Увы, но наших  представителей в судейской когорте  на данный момент нет. Пока только учатся.
— Поэтому белорусов  на соревнованиях и обижают?
— Я бы не сказала, что нас так уж недолюбливают. Просто есть страны-фавориты, которые  имеют преимущество. Они вкладывают огромные деньги в развитие фристайла, поэтому к их спортсменам заметно снисхождение, более мягкое отношение. Это мое субъективное мнение.
— Как считаете, фристайл движется вперед?
— Очень даже быстро. У женщин увеличилась сложность  в исполнении прыжков. Сейчас многие спортсменки заявляют в программу тройное сальто. У мужчин изменилась частота вращений: они стали более четкими и красивыми.
— Может, и вы планируете усложнить свою программу?
— Все будет  зависеть от условий. Хотя у меня и  так упражнения сложные. Если выполню  все чисто — смогу претендовать на медаль. На Олимпиаду просто так не едут — нужно рассчитывать на максимум.
21:20 27/11/2009




Loading...


загружаются комментарии