Шанталосов: Как я стал персоной нон грата

Бывший кипер национальной сборной Беларуси по футболу Валерий Шанталосов дал обширное интервью изданию «Спорт-Экспресс», в котором представил свой взгляд на события, связанные с историей подкупа игроков сборной.

Шанталосов: Как я стал персоной нон грата
Он был неплохим вратарем в 90-х. Неплохой вратарь мог бы жить тихо и скромно в свои сорок с небольшим, отыскав место тренера. Но жизнь Валерия Шанталосова повернулась удивительным образом, а фамилия стала гулять по газетным заголовкам.
Экс-капитана сборной Беларуси национальная федерация футбола обвинила в подкупе игроков. Что занятно, той же сборной Беларуси. А когда уголовное дело рассыпалось, Шанталосова объявили персоной нон грата в белорусском футболе.
О Шанталосове писалось всякое - он отмалчивался. Хотя все комиссии и заседания ФИФА, куда обращался бывший вратарь, были на его стороне. Признав незаконным преследование Шанталосова на родине.
Мы - не адвокаты и не ФИФА. Не собираемся подбирать слова в его поддержку. Просто решили: человек, который в одиночку борется с системой, заслуживает если не уважения, то интереса. Тем более, в интернете бродит фраза из открытого письма Шанталосова: "В моей смерти прошу винить…". И - перечислены имена. Взгляд зацепился за одно - Геннадий Тумилович. Тоже в недалеком прошлом вратарь сборной Беларуси.
Долго искать Шанталосова не пришлось - слава богу, он жив-здоров, и этот сезон отработал в "Химках", где тренировал вратарей.
ТУМИЛОВИЧ И УГРОЗЫ
- Когда начались ваши беды?
 
- В 1998 году. Главным тренером сборной Беларуси был Михаил Вергеенко, а готовились мы на базе в Стайках к отборочным матчам чемпионата Европы со Швейцарией и Италией. В сборной было два вратаря - я и Андрей Сацункевич.
- Вы тогда какому клубу принадлежали?
- Московскому "Торпедо". Сацункевич - нижегородскому "Локомотиву". Два хороших вратаря, никаких травм. Играли в сборной в очередь, претензий у тренера не было. За день до матча со Швейцарией Вергеенко неожиданно уехал с базы. А вернувшись, оповестил команду: приезжает еще один вратарь.
- Геннадий Тумилович?
- Фамилию узнали только утром, на зарядке. За три часа до матча на собрании тренер сказал, что в основе выйдет именно Тумилович. Мы проиграли - 0:1. Я сидел в запасе, а после матча пришел в номер к Вергеенко. Бросил сумку: "Больше в вашей команде играть не стану", - и уехал домой. Никакого шума мой отъезд с базы не вызвал, хотя я был капитаном сборной. Представьте, что из сборной России внезапно исчезнет Игорь Акинфеев. Пресса ведь будет задавать вопросы?
- Наверняка.
- А в Беларуси была тишина. Молчали газеты, молчала федерация футбола. В кулуарах я не стеснялся говорить, что Тумилович в сборной оказался по блату. Он подходил ко мне: "Что ты рассказываешь? Я ведь припомню…" Но мне было что ответить.
- То есть?
- Бывший игрок "Зенита", чью фамилию называть не хочу, рассказал мне, как однажды накануне кубкового матча в Сочи ему позвонил Тумилович. Он тогда играл за "Жемчужину" и спросил: "Вам что, Кубок не нужен? Почему до сих пор на меня никто не вышел?"
- Как интересно. У истории было продолжение?
- В 2001-м я вернулся в Беларусь. С "Белшиной" стал чемпионом, взяли Кубок. Так играл, что в 35 лет Эдуард Малофеев снова позвал в сборную. Там встретил Тумиловича. Он, как обычно, подошел с претензиями. А я ответил, что все знаю о его сочинских проделках. "Еще вопросы есть?" - спрашиваю. - "Нет". Думаю, сразу после этого Тумилович сообщил всем заинтересованным людям, что Шанталосов не угомонился.
- На вас решили давить?
- Через пару дней, перед вылетом на матч в Норвегию раздался звонок с угрозами: "Тебе желательно покинуть сборную". ошибка в том, что не стал посвящать в подробности Малофеева. Я сказал, что заболел, и не полетел. Узнал бы о том звонке Эдуард Васильевич - так просто дело бы не оставил, поднял бы шум.
- После этого звонка вы вообще уехали из Беларуси?
- Да, в начале 2003 года перебрался в "Тобол". А возненавидевший меня Вергеенко тут же позвонил в федерацию футбола Казахстана, наговорил обо мне гадостей. Президент "Тобола" лишь рукой махнул: "А-а, бог с ним". Но в сентябре 2003-го мои приключения продолжились.
"Тобол" играл на Кубок УЕФА в Бельгии, я травмировал локоть. После матча дали два выходных, поехал в Минск. Сборная сидела в Стайках, готовилась к отборочным матчам Euro-2004 с Чехией и Молдавией. Я отыграл в команде десять лет, прекрасно знал доктора Лосицкого. И отправился к нему, чтобы он посмотрел локоть. В уголовном деле все это есть, доктор подтвердил.
- К игрокам заглянули?
- Да, в номер, где Гуренко, Штанюк, Тумилович и Кульчий играли в карты. Сидели, шутили. Долгих разговоров у нас не было. Поэтому оказался в шоке, узнав, что Тумилович потом побежал в федерацию и обратился к Вергеенко: якобы Шанталосов приезжал, чтобы подкупить его за 10 тысяч долларов. То, что Тумилович врал, видно из протоколов допроса свидетелей в уголовном деле. Он постоянно путал даты, события и фигурантов дела. Суммы, которые якобы ему предлагались за сдачу игр, трижды менялись в сторону увеличения. От десяти до пятидесяти тысяч. Лепил, что в голову придет.
- Какую должность тогда занимал ваш недоброжелатель Вергеенко?
- Вице-президента Белорусской федерации футбола (БФФ). По логике, получив такие новости, он обязан был уведомить президента БФФ Геннадия Невыгласа, тот - поставить в известность ФИФА. И Тумиловича должны были бы отстранить от игры. Но вместо этого Тумилович вышел в обоих проигранных матчах. Затем позвонил мне: "От тебя кто-то приезжал, пытался меня подкупить". Я ответил, что никого не присылал. Тумилович предложил встретиться, разобраться.
- Согласились?
- Да.
- Зачем?
- Мне имя дорого.
- И когда встретились?
- Спустя четыре месяца после игр с Чехией и Молдавией. Тумилович сразу принялся задавать провокационные вопросы. Странно себя вел. Я спросил: "Что за вопросы? Может, ты разговор записываешь? Или хочешь меня шантажировать и получить те самые десять тысяч долларов, о которых наплел в федерации?"
- Что же выяснило следствие?
- Факт и обстоятельства встречи между мной и Тумиловичем на базе в Стайках не установлены. Свидетелей этой встречи нет. Причем Тумиловича даже не допрашивали! Самое поразительное, что у меня вообще не было ни одной очной ставки! Ни с Тумиловичем, ни с Владимиром Бережковым.
- Кто такой Бережков?
- Главный редактор минской газеты "Прессбол". В декабре 2004-го ее засудил министр финансов Беларуси Николай Корбут. "Прессбол" опубликовал непроверенную информацию - будто заместитель министра состоит в организованной преступной группировке. Суд наложил на газету огромный штраф, она была на грани закрытия. 16 марта 2005-го Бережков позвонил на мой мобильный и предложил встретиться. Сказал, что у него есть факты подкупа игроков сборной Беларуси. Уже вышла заметка, в которой говорилось о "футболисте сборной Ш." В сборной было три игрока, чьи фамилии начинались на эту букву - Штанюк, Шуканов и я.
- И вы отправились в редакцию?
- Решил все выяснить - обвинение-то серьезное. Я был знаком с Бережковым, "Прессбол" два года подряд вручал мне приз лучшего вратаря Беларуси. Главный редактор дал послушать запись той самой беседы с Тумиловичем, где мы выясняли отношения.
- Как она у него очутилась?
- Сказал, что аудиокассету подбросили. "Это ты подкупаешь игрока сборной", - заявил редактор. Я не мог понять: каким же это образом? Я подозревал Тумиловича, он - меня. Где здесь подкуп, да еще через четыре месяца после матчей? Бережков показал макет еще не вышедшего номера газеты с перепечаткой того разговора. А я в тот момент понятия не имел, что он "оцифровал" кассету. Иначе разговаривал бы совсем по-другому.
- Откуда вы знаете, что "оцифровал"?
- В заявлении Бережкова позже так и было написано: "В редакцию подбросили кассету, которую я "оцифровал" и передал в правоохранительные органы". Что он мог там подчистить - можно догадываться. Между прочим, экспертно-криминалистический центр изучил эту запись и выдал заключение: предоставленные образцы не пригодны для идентификационных исследований.
ШАНТАЖ И 10 ТЫСЯЧ ДОЛЛАРОВ
- Как развивались события дальше?
- Бережков обратился в федерацию футбола - сообщил о фактах подкупа игроков сборной. Ему через прессу ответили: "Если действительно есть данные, передавайте в правоохранительные органы".
- Вам-то Бережков что сказал?
- Показал на пальцах 10 - получается, потребовал за неразглашение всех этих материалов 10 тысяч долларов. Все знали, что из-за суда с министром финансов газета понесла серьезные убытки. Я взорвался: "Ты хоть понимаешь, что это шантаж?" Хорошо, отвечает. Иди. А я все опубликую. Ничего не оставалось, как обратиться с заявлением о шантаже и вымогательстве в ГУБОП города Минска. Мне ответили: "Заявления мало, необходимы доказательства". По указанию милиции сделал контрольный звонок Бережкову, тот сказал: "Гарантирую, если передашь деньги, материалы распространяться не будут". Разговор был записан милицией на диктофон - после этого последовала санкция прокурора Минска на арест Бережкова. В тот же день его задержали. Из кармана пиджака изъяли сто купюр, ранее помеченных сотрудниками милиции.
Тумилович об этом знал уже через несколько часов. Хотя находился во Владивостоке, он тогда играл за "Луч". Позвонил общему знакомому и попросил мой домашний телефон. Тот не дал, и Тумилович сказал: "Передай Шанталосову, что я ни в чем не виноват. Меня всему научил Бережков". Тумилович просто перепугался и сдал своего компаньона.
- На редактора "Прессбола" за шантаж дело тоже завели?
- Нет.
- Почему?
- Вот и я спросил следователя: почему? Он показал пальцем наверх: "Там так решили". Бережкова отпустили очень быстро.
- Он написал заявление, что вы предлагали ему взятку?
- В деле такого заявления нет.
- Мы слышали, игроки сборной Беларуси вас поддержали?
- Они даже написали письмо в органы - о том, что знают меня только с хорошей стороны. Никаких предложений о продаже матчей от меня не получали. Но следствие на это не обратило внимания. Когда принес следователю письмо игроков сборной, тот взревел: "Какое ты имеешь право?!" Подожди, говорю. Я сам себя защищаю. Хотя твоя работа - вот это искать. Зато о Тумиловиче, наоборот, ребята отозвались скверно. Дескать, человек, способный на неадекватные действия.
- Давно с Тумиловичем виделись?
- Два года назад. Когда я работал в "Жемчужине", он прилетал со мной мириться. Явился на тренировку. Подойти испугался, сидел в сторонке - а от его имени говорил начальник команды: "Гена хочет помириться". Я передал: "Пусть для начала даст интервью, что все сказанное им - клевета". Подходить к нему тоже не стал.
- Почему?
- Боялся, что не сдержусь. Так он и улетел не переговорив… А уголовное дело закрыли в Новосибирске, где я до прошлого года тренировал вратарей "Сибири".
- Кто додумался объявить вас персоной нон грата в белорусском футболе?
- Дисциплинарный комитет федерации вынес постановление: Шанталосов работать на территории Беларуси не может. Не выслушав ни меня, ни адвоката. Я отправил документы в апелляционный комитет федерации. Хотя знал, что там меня не поддержат.
- Не поддержали?
- Хорошо, хоть вообще успел на заседание - однажды позвонили: "Вам необходимо через 30 минут явиться". Сам я был неподалеку, зато адвокат приехать не смог.
- Вас снова не выслушали?
- Да. Но для меня было важнее, что после этого заседания я получил право обращаться в ФИФА.
- Вы предупредили людей из федерации, что собираетесь жаловаться в ФИФА?
- Конечно, сказал об этом председателю апелляционного комитета.
- Как он отреагировал?
- Да никак. Пиши куда хочешь. Только один член комитета, ознакомившись с заключением адвоката, посоветовал и дальше отстаивать свое имя.
- В ФИФА сами ездили?
- Общение шло по электронной почте. В Швейцарии побывал раз. Выяснял, какие документы нужны.
- Почувствовали к себе внимание?
- Там очень заинтересовались. Защищали человека, который в одиночку боролся с системой. Мне ведь даже адвокаты не помогали. Одна лишь женщина-адвокат не побоялась заявить в прокуратуру, что аудиокассеты доказательствами по делу быть не могут. Запись разговоров допускается исключительно с санкции прокурора. По мнению адвоката, обвинение было предъявлено незаконно, а следствие шло с многочисленными нарушениями.
- В итоге ФИФА повторно обвинила Белорусскую федерацию футбола в противоправных действиях в отношении вас.
- Совершенно верно. 2 октября 2009 года судебные органы ФИФА отказали в удовлетворении апелляционной жалобы БФФ на решение дисциплинарного комитета ФИФА по моему делу. Вот заявление председателя апелляционного комитета г-на Ахмада: "Основой для производства решения апелляционного комитета БФФ стало уголовное дело, которое к тому времени было закрыто, а г-н Шанталосов - оправдан. Поскольку единственным решением, принятым государственными органами, было решение о прекращении дела, все заявления, содержащиеся в нем, являются голословными утверждениями. БФФ, открывая дисциплинарное дело против г-на Шанталосова, вынесло решение при отсутствии каких-либо доказательств со стороны БФФ, что не соответствует принципам государственной политики, нарушает статьи, кодекс, устав ФИФА". Я очень рад, что все наконец-то закончилось.
- В Беларуси-то не страшно появляться?
- Прежде было страшновато, пока не закрыли дело.
- На родине о вас пишут?
- Нет. Там полное молчание. Не удивлюсь, если в Минске люди понятия не имеют, что я оправдан.
- Раз уж вы решились на разговор, напомним еще одну историю. Недавно Сергей Герасимец обмолвился в интервью, что сборная Чехии хотела купить игру в Минске.
- Подтверждаю. Могу добавить кое-что от себя к словам Сергея. Чехи приехали в 1996 году в Минск. Главный тренер сборной Беларуси Сергей Боровский повел себя загадочно. Собрал нас в комнате - и, вместо того чтобы разбирать игру соперника, предложил рассмотреть вариант: отдавать игру чехам или нет. Закончил свою речь фразой: "Решайте сами", - и вышел. Едва закрылась дверь, я, Герасимец и Зыгмантович сказали: "Игру продавать не будем". Хоть некоторые ребята из сборной канючили: "А может, стоит? Последний матч в группе, ничего не решает…"
- Проиграли честно?
- 0:2. Абсолютно по игре.
БОРМАН И ДОБЕРМАН
- Давайте о другом. Вы играли за сборную Беларуси. Но вполне могли бы выступать и за Россию?
- Да, приглашали. Я был запасным в первом матче российской сборной - против Мексики в августе 92-го. Должен был выйти на замену, но Стас Черчесов отстоял 90 минут. Потом сборной предстояли товарищеские матчи в Италии. Мне сказали: "Перезвоним". Однако звонка так и не дождался. И вскоре поддался на уговоры белорусов играть за их сборную.
- Благодаря чему, кстати, не имели проблем с рабочей визой в Англии, куда вас когда-то зазывал "Сток Сити".
- В 95-м несколько месяцев провел там на правах аренды. "Сток Сити" выступал в первом дивизионе. Вариант этот нашел американец Шеп Мессинг. Он был вратарем "Космоса" во времена Пеле и Беккенбауэра. Позже занялся агентским бизнесом. В России Мессинг еще представлял интересы Андрея Чернышова, устроил его в австрийский "Штурм". Впрочем, я Мессинга видел всего разок - в основном общался с его помощницей, которая жила в Англии. А поездка получилась удивительная. Прилетаю в Лондон, узнаю, что возникла какая-то нестыковка. Агент говорит: "Чтобы время не терять - потренируйся пока в "Арсенале". Я решу вопрос".
- Решил?
- Да, у Мессинга в клубе были знакомые. Пробыл там три дня. К основной группе, разумеется, не подпустили - зато разминался с вратарями во главе с Дэвидом Симэном. Приятный человек, никакого звездняка. В "Арсенале" вообще ко мне отнеслись тепло. Подарили на прощание майку и перчатки. Пожелали удачи - знали, что еду в "Сток Сити".
- Там что запомнилось?
- К тренировкам приступил не сразу. Ждали, когда агент привезет страховку. Без нее в Англии футболист ни шагу не сделает. Хоть на контракте он, хоть на просмотре. Получив свой экземпляр страховки, я поразился. Насчитал 67 пунктов! Против каждой травмы проставлена сумма. Прописано все, вплоть до смерти игрока на поле.
- И сколько платили за смерть?
- Полмиллиона фунтов.
- Как же "Арсенал" принял вас без страховки?
- Тренировки были легкие, для поддержания формы. Пробежка, разминка, тренажерный зал.
- Так почему в "Сток Сити" не задержались?
- Я сыграл немало матчей. Англичане были довольны, предложили контракт. Но нижегородский "Локомотив", которому я принадлежал, запросил миллион фунтов. "Сток Сити" готов был заплатить половину. Тоже неплохо. Черчесова, например, в Дрезден "Спартак" в 93-м продал за 250 тысяч марок. Чтобы остаться в Англии, мне просто не хватило мозгов.
- В смысле?
- Нужно было поехать в Нижний, поговорить с Валерием Овчинниковым по-человечески. Думаю, нашли бы компромисс. Я же отдал все на откуп агенту. Мессингу бодаться с "Локомотивом" быстро надоело. Сказал: "Не хотите - не надо. Завтра найдем другого вратаря. В Англии многие играть мечтают".
- Тяжело работать с Борманом?
- Тяжело тем, кто валяет дурака. Если пашешь - проблем не будет. Овчинников игроков не обманывал, платил прилично. В 91-м, еще в первой лиге, зарплата в "Локомотиве" была 500 долларов. Такие деньги тогда видели разве что в "Спартаке". А самые большие премиальные - двойные! - полагались за победу над "Аланией". Овчинников когда-то работал во Владикавказе, - и с тех пор грохнуть "Аланию" для него было делом принципа. Когда выигрывали - расплачивался в раздевалке сразу после матча. Каждому выдавали конверт, в котором лежали премиальные.
- Помните матч во Владикавказе, когда Юрию Калитвинцеву сломали ногу?
- Кто ж такое забудет? Последний тур - в случае победы "Локомотив" мог занять третье место. И вышла заруба! Газзаев с бровки кричал: "Жестче! Убейте их!" После первого тайма мы вели - 1:0. Но в начале второго Игорь Горелов так подкатился под Юру, что сломал берцовую кость. Сам Горелов - из Нижнего. После игры явился в нашу раздевалку, извинился и попросил взять его в самолет. Овчинников отказал.
- С Овчинниковым всегда ладили?
- Иначе не отыграл бы за "Локомотив" восемь сезонов, не был бы капитаном. Ко мне Овчинников хорошо относился. Даже позволил на базе с доберманом жить.
- С каким доберманом?
- Был у меня пес. В какой-то момент жена с маленькой дочкой уехали в Минск, собаку оставить было не с кем. Вот и взял ее с собой на базу. Пес ласковый, спокойный. Хотя иногда во время тренировки выскакивал на поле, вгрызался в мяч. Овчинников ворчал. Но он сам собак любит. Покричит-покричит, а потом подойдет, погладит.
- В гневе Борман страшен?
- Овчинников - эмоциональный, но отходчивый. После поражений мог устроить разбор матча на несколько часов и там напихать от души.
- Правда, что по его распоряжению все игроки нижегородского "Локомотива" разъезжали на "Волгах"?
- Да. Перед выплатой новичкам подъемных специально оговаривал этот нюанс. Сам же ездил на "Чайке". А мне "Волга" досталась несчастливая. Сначала я на ней в аварию попал. Ехал из Могилева в Минск, подморозило. Когда обгонял грузовик, у него внезапно прицеп дернулся в сторону. Я резко нажал на тормоз - и как начало меня крутить на обледенелой дороге! Машина была настолько неуправляемая, что я зажмурился и бросил руль.
- Чем кончилось?
- Выкинуло на встречную полосу, где в паре сантиметров от меня пролетела машина. А "Волга" свалилась в канаву, перевернулась и встала на колеса. Повезло. И у меня ни царапины, и автомобиль особо не пострадал - снега было много, и он смягчил удар. Вытащили из кювета - и поехал дальше… Месяц спустя на этой "Волге", на этой же трассе попала в аварию жена. Тоже занесло на скользком асфальте. И снова чудо - ни Марина, ни машина не пострадали. После чего "Волгу" сразу продал от греха. Так что вы думаете? Через две недели звонит новый хозяин и говорит, что расколотил ее в хлам!
ДОКТОР И КОНЬЯК
- Чьи удары в 90-х обжигали вратарские руки?
- Ваня Гецко по мячу прикладывался будь здоров. Еще Сережа Юран. Ох, и намучился с ним в сборной России перед Мексикой! Когда Юран бил с линии штрафной - это, считай, как пенальти. Шансов у вратаря практически нет. Только если запулит прямо в тебя. В ином случае просто не успеваешь среагировать. Юра Калитвинцев с Андреем Кобелевым - тоже мастера. Но они брали техникой. Закручивали мяч со штрафных, как Роберто Карлос.
- Юран нам как-то рассказал, что подрался прямо в раздевалке "Бенфики". А когда у вас доходило до кулаков последний раз?
- Лет в 18 на дискотеке в родном Могилеве. Все как в фильме "Маленькая Вера" - огороженная танцплощадка и мордобой район на район. С цепями, кастетами. Однажды угодил под раздачу. Но я был парень фактурный, крепкий - так что досталось несильно. Да и милиция быстро приехала.
- Сергей Кирьяков говорил, что Малофеев приносил на установки вырезки из газет, без конца сыпал цитатами и притчами. Мог и станцевать, и частушки пропеть. Иван Жекю, чемпион СССР-82 в составе минского "Динамо", вспоминал, как утром игроки выходили на поле, разувались, и Малофеев кричал: "Мы - дети солнца, тянем руки. Солнце, напои нас энергией!" Каким Эдуард Васильевич запомнился вам?
- Мне ребята все эти истории пересказывали. Говорили, например, что в Стайках он время от времени проводил тренировки в темноте. Учил игроков взаимодействовать на слух. Свет включали лишь после того, как игроки сталкивались лбами. Но я в сборной с Малофеевым поработал недолго. А когда он возглавлял минское "Динамо", я еще был в дубле. Потом в могилевский "Днепр" отправили, где доигрывал Александр Прокопенко.
- Легендарная личность в белорусском футболе.
- Саша в Могилеве футбол показывал фантастический. Народ только на него и ходил.
- Умер Прокопенко в 36 лет при загадочных обстоятельствах.
- Ужинал в ресторане. Кусок мяса застрял в горле - и Саша начал задыхаться. "Скорая" ехала долго. Когда наконец добралась, было поздно. Нелепая смерть.
- Вспоминая футбол конца 80-х - начала 90-х - что сейчас кажется особенно диким?
- На сборах сами форму стирали. Вручную, естественно. В том же "Днепре" на все выездные матчи пилили на старом "Икарусе". Самый длинный выезд - из Могилева в Таллинн, 18 часов!
- Спали как?
- Откручивали гайки в креслах. Они складывались, кидаешь матрас, - так и спишь. Но это все мелочи. Гораздо хуже, что раньше с вратарями специально не занимались. В Нижнем тренер по работе с голкиперами появился в 98-м. А до этого носились наравне с полевыми игроками. Никто не задумывался, зачем вратарю бегать кроссы по 15 километров. Хоть я никогда не жаловался. Потом вставал в ворота - и еще там пахал на износ. Многие вратари ведь как тренируются? Начинается серия ударов, он три раза прыгнет за мячом, а два - стоит на месте. Тем более, если мяч пролетает рядом со штангой. Я же прыгал за каждым мячом. Как ванька-встанька. Меня уже тренеры останавливали: "Валера, дай паузу!"
- Какой вы неугомонный.
- А я не мог по-другому! Считал, если стану работать меньше - ничего не добьюсь. Это настолько вошло в привычку, что и в "Тоболе", где мне было уже под сорок, вкалывал точно так же. В Нижнем как-то загремел в больницу с диагнозом "сильнейшее переутомление".
- Что стряслось?
- Не мог тренироваться, наступила полная апатия. Врач "Локомотива" отправил на обследование. Там доктор спросил: "как стресс снимаешь? Пиво? Шампанское?" Да я вообще, говорю, спиртного в рот не брал. "Сколько же вам лет?" - "26". Доктор полез в шкаф, достал бутылку коньяка и сказал: "Держи. Перед сном выпивай по 50 грамм. На вратарей выпадает такая нагрузка, что надо расслаблять организм".
- Это было ваше первое знакомство с алкоголем?
- Да. Коньяк действительно помог. С той поры после игры обязательно выпивал две бутылки пива. Мог и на глазах тренеров - никто слова не говорил. Знали: больше двух себе не позволю. К слову, в Англии после каждого матча в раздевалку приносят пару ящиков пива. Главное - не злоупотреблять.
- Оправдания от ФИФА вы дождались. Теперь о чем мечтаете?
- Мне нравится работать с вратарями. Надеюсь, когда-нибудь дорасту до приличного уровня и меня пригласят тренировать вратарей сборной России.
23:02 11/12/2009




Loading...


загружаются комментарии