Гандбол. Белорусские специалисты возвращаются домой

С сентября 2008-го  по сентябрь 2009-го белорусский гандбольный тренер Валерий Певницкий отработал по контракту в Анголе и теперь вернулся на родину...

О своих впечатлениях об этой стране и развитии в ней спорта он рассказал «Советской Белоруссии».
«Уфф, ну и жара... Градусов 40, не меньше — солнцепек, настоящее марево...» Это было первое, что я подумал, выйдя из кондиционированной прохлады самолета. Команда, которую мне следовало принять, в прошлом чемпионате заняла 4–е место из шести команд и принадлежала спортивному клубу армии. Помимо этого, в мои обязанности входила работа с молодежной сборной страны. Что ж, мне не привыкать — справлюсь...
Однако оптимизм из меня выходил с каждой капелькой пота. Уже через неделю прицепилась какая–то жесткая инфекция, которая скрутила и сложила пополам. Потом к ней добавилась кожная, начались осложнения, понял, что будет тяжело. У нас, белых, нет иммунитета ко всей этой заразе, а тут еще специфика ангольской жизни накрыла с головой.
Спортсмены в  Анголе — это класс элитный. Во–первых, обеспеченный (здесь платят даже больше, чем в Европе), а во–вторых, продвинутый, имеющий возможность выезжать за рубеж, узнать, чем живет цивилизация. Поэтому работать с моими девчатами было хоть и сложно, но, в принципе, возможно. Мы ведь — люди отчаянные, еще с советских времен ко всему привычные. Хотел бы я посмотреть на тренера–западника, который попал бы в это пекло...
Так сложилось  исторически, что ангольцы работать не привыкли, не умеют и не любят. Это у них на генетическом уровне — труд только из–под палки, а иначе будут просто лежать и глядеть в небо. То же самое и мои подопечные: либо угроза, либо наказание, тогда шевелятся, иначе — ни в какую. «Если не сделаешь, как надо, говорю, будешь переделывать после тренировки, пока не выполнишь все в полном объеме — не уйдешь». И никакого при этом пряника, иначе — погиб, тут же сядут на голову, как моя уборщица, которой я на второй день презентовал кое–что из продуктов питания. После этого она не убрала у меня в квартире ни разу! При этом таких физических данных, как у ангольских девушек, я не видел больше нигде. Антропометрия, скоростно–силовые данные от природы такие, что ахнуть можно. Им со штангой работать нравилось гораздо больше, чем с мячом. Блинов на гриф навешают и тягают его, как игрушечный. А на площадке думать надо — это ангольским гандболисткам сложнее дается...
Площадки в  Анголе в основном открытые, и через  месяц у меня уже был несмываемый  загар «шабашника» — четко по контуру майки. Пришлось спасаться отбеливающими кремами и всегда ходить в головном уборе, пребывание на солнце строго дозировать. Зато в июле, зимой по тамошнему календарю, было привычнее — всего плюс 16 и дожди. Тропические. Как–то залило весь город, три дня не тренировались, никто не мог до зала добраться...
Вы не поверите, но Луанда, несмотря на свою отчаянную  бедноту, официально считается одной  из самых дорогих столиц мира. Это  связано с тем, что большинство  товаров здесь привозные (в основном из Португалии). Литр молока, например, может стоить до трех долларов, а аренда небольшой двухкомнатной квартиры — до семи тысяч долларов в месяц. И это не шутки. Я жил в основном на базе, а общался с русскими ребятами — военными переводчиками. В город выезжал редко — это небезопасно. Перманентное состояние революции и гражданской войны сделало свое дело. Как–то населению в целях защиты города раздали автоматическое оружие, а обратно собрать забыли. Теперь АК есть в арсенале любого подростка. Даже у нас на базе в подсобке два автомата стояли. С пристегнутыми магазинами, в полной боевой готовности, все, как надо...
Полиция в Луанде давно получила право при необходимости  стрелять на поражение, преступность в  городе высокая, а белому лучше вообще в одиночку лишний раз по городу не ходить. Как–то я решил прогуляться по самому респектабельному центру, аккурат, где американское и французское посольства. Иду, по телефону разговариваю, красотам местным удивляюсь... Меня быстро, конечно, заметили и «обезоружили». Прямо из рук телефон вырвали, и пока я с одним из нападавших боролся, второй шарил у меня по карманам. А потом шепотом, так спокойно, попросил отпустить своего напарника, а в противном случае он меня зарежет. Пришлось с телефоном попрощаться, жизнь — она ведь дороже, чем 300 долларов, а именно столько стоит в Анголе самый простой мобильник.
Трущобы Луанды — это что–то из средневековья, там нет ни электричества, ни воды. Вонь страшная. Сливки общества — те, кто успел занять место у алмазных приисков либо у нефтяной скважины. У этих ребят все в порядке: костюмы от Валентино, шикарные авто и никаких проблем. Остальные — за чертой бедности, среднего класса в Анголе практически нет. Да, что еще запомнилось, так это водители маршрутных такси — просто сумасшедшие люди! В Анголе и так на правила движения мало кто обращает внимание, а для этих вообще закон не писан. Чтобы ездить по дорогам Луанды, надо быть неробкого десятка. На центральном проспекте три ряда движения в одну сторону, два заняты запаркованными автомобилями, а на третьем запросто может оказаться канализационный провал, в который провалится не только колесо, но и весь автомобиль целиком.
Друзья шутили, спрашивали: не съедят ли меня, если не выполню условия контракта? И  понимаю ли я вообще, что там записано? Ну конечно, хотя местные наречия кимбунду и умбунду освоить не удалось. Говорил на испанском и был понимаем, так как он близок к португальскому, а его здесь знают все. Что до первой части шутки, то... Раньше, мне говорили, здесь даже специальные воинские подразделения были — «каратели». Уничтожали людоедов. А с другой стороны, что еще аборигенам есть было, как не друг друга? Работать ведь не хотели, вот и сидели днями и ночами у костра, шаманили. Кто первый от усталости глаза сомкнет, того дружно и ели...
Но это раньше, конечно, было, сейчас–то времена  изменились и воспоминания о годе, проведенном в Анголе, несмотря ни на что, у меня останутся хорошие. Я, может, и еще на год остался  бы, да за здоровье свое боюсь, очень  непросто в Анголе белому человеку. Но опыт приобрел колоссальный, в Анголе все–таки неплохая гандбольная школа, да и просто приятно было поработать с такими сильными и выносливыми спортсменками»...
Контракт Валерия  Певницкого закончился, и он вернулся домой. В ближайшее время уезжать никуда не собирается. Политика белорусской гандбольной федерации, поставившей перед собой цель вернуть на родину всех специалистов, приносит свои плоды. Вслед за Александром Малиновским и Юрием Шевцовым вернулся и Валерий Певницкий. Отныне он — главный тренер женской «Виктории–Регии» и юношеской сборной девчат 1994 года рождения.
15:58 16/12/2009




Loading...


загружаются комментарии