Гандбол. Шевцов хочет вернуть сборную на лидирующие позиции

16 декабря главному  тренеру белорусской мужской  сборной по гандболу, Юрию Шевцову,  исполнилось 50 лет. Юрий Шевцов  вернулся в Беларусь из Германии, где добился неплохих успехов  с немецкими командами и хотел бы повторить свои достижения на родине.

Гандбол. Шевцов хочет вернуть сборную на лидирующие позиции
Юбиляр рассказал «Салiдарнасцi» о своей работе со сборной Беларуси по гандболу.
— Говорят, что  вы ни при каких обстоятельствах  не повышаете голос на своих подопечных. Если это правда, то как же тогда  они вас слушаются?
— Во-первых, криком в принципе невозможно ничего решить. Орущий благим матом на весь дворец спорта и опускающий ниже плинтуса своих подопечных тренер лишь прилюдно демонстрирует свое бессилие. Если ты хочешь быть услышанным, то надо разговаривать с людьми доступным языком.
Кроме того, важно  разобраться, кто хочет этот язык понять, а кому лучше сразу уехать со сборов. Мне нужны те, кто отдаст игре за сборную все свои силы.
— Именно силы легендарного минского СКА — некогда лучшего  клуба мира — нам сейчас и не хватает... Многие болельщики искренне верят в то, что если бы эта команда перенеслась из 80-х в нынешнее время, то нам снова не было бы равных...
— Провокационный вопрос... Все-таки я играл в той  команде и три буквы — СКА  — для меня до сих пор значат очень много. Скажем так, пусть легенда останется легендой.
Надо быть объективным, гандбол значительно изменился. Стал куда более скоростным и динамичным. Скажу больше, через 10 лет мы будем  смеяться над тем гандболом, который  сейчас превозносим.
В 80-е наша методика была самой передовой. Она была актуальна  тогда, но ни в коем случае не сегодня. Это тоже самое, что в век мобильных  телефонов звонить за две копейки  с телефонных автоматов. Я ответил  на ваш вопрос?
— Довольно дипломатично. Хорошо, зайду с другой стороны. Нагрузки, которые выдерживал Шевцов в минском СКА, по силам гандболистам нынешнего поколения?
— Советский  спортсмен должен был тренироваться  больше всех в мире. А это значит, что штангу на всякий случай надо было брать потяжелее и таскать ее — опять-таки на всякий — побольше.
Сейчас тот  же объем достигается без ненужных нагрузок, чреватых травмами, гораздо  проще — с помощью правильно  подобранных научно-методических разработок.
— Как много  вы потеряли в заработной плате, согласившись на переезд в Беларусь?
— Если бы я гнался за деньгами, то остался бы в Германии. Потенциальные работодатели были согласны на то, чтобы, кроме клуба, я возглавлял бы и белорусскую сборную. Но это  было бы неправильно.
Если хочешь получить наивысший КПД в каком-то деле, то все силы следует аккумулировать в одно русло. Тем более в Минске очень много работы.
Я никогда не делаю того, что не хочу делать. И  получаю удовольствие, когда вижу определенный прогресс в результате проделанной работы. Но еще очень важно, чтобы у тех, кого я тренирую, я тоже видел в глазах желание работать. Ведь даже если даже они чего-то не умеют, главное, чтобы они хотели этому научиться. Тогда все непременно получится.
— У вас ментальность несоветского тренера — он бы попытался совместить. Две зарплаты одновременно еще никому не мешали.
— Как вижу, совсем немногие понимают, что значит работать в бундеслиге. Как правило, это  две игры за неделю. То есть, мой первый рабочий день — понедельник, начинается в 10 часов утра с тренировки. Во время обеда, между занятиями, надо посмотреть порядка двух-трех записей игр предстоящего соперника.
Во вторник  из всего просмотренного необходимо извлечь нужную информацию, чтобы  не засорять мозги игрокам, вырезать нужные моменты и показать этот материал вечером. После ознакомления с ним, в среду, надо проработать все комбинации. Ну а в четверг, после игры, надо брать новый материал о новой команде и работать уже с ним.
— А что, специально обученного оператора у вас нет?
— Конечно, есть. Просто он снимает все, а советы может дать только профессионал. Только он знает, что главное, а что вторичное. Только он видит мелочи и нюансы, незаметные для глаза дилетанта.
Ну вот пример: на одном из проводимых мной семинаров, ко мне подошел тренер и попросил, чтобы я дал ему набор своих «фирменных» упражнений. На что я посоветовал взять любой учебник и тренироваться по нему. У меня вполне стандартный подбор упражнений: просто надо знать, чего ты хочешь добиться. А посредством чего это будет делаться — совсем не важно.
— Мудро говорите — по-немецки... Может, уже и тамошний паспорт имеете?
— Для того, чтобы  там жить и разговаривать, надо думать на немецком. Возможно, со временем это  и произошло. Потому что, теперь, на первых порах работы с нашими ребятами мне необходимы были паузы, прежде, чем что-либо сказать.
Но в то же время немцем быть не хочу. Понятно, что у меня была возможность получить паспорт, но зачем?
В свое время  я уехал в Германию работать на том уровне, которого не было у нас. Теперь он у нас есть, и я здесь.
Знаете, мне давно  и много раз предлагали возглавить сборную. Но никто, ни один человек не хотел выслушать мои предложения  по этому поводу. Кроме Владимира  Николаевича Коноплева. Побеседовав  с ним, я понял, что он много  хочет и многое сделает для этого. И потому согласился.
— И все равно  поставленная цель кажется фантастической. Для того, чтобы пробиться в  Лондон-2012, белорусам надо выиграть отборочный турнир, затем победить соперника явно не слабее нас в  раунде плей-офф и, самое главное, на чемпионате мира попасть в «шестерку» сильнейших, чего нашим гандболистам сроду не удавалось.
— Мы будем решать задачи в поступательном режиме. Главное  — заставить ребят поверить —  в меня, в себя и в то, что  мы все вместе сможем сделать команду победителей.
Один датский  тренер сказал о нашей команде: «Эти парни играют в типично советский  гандбол».  И я слышу об этом уже не в первый раз. Это нас  западники так опускают: мол, они  показывают игру вчерашнего дня.
А ведь когда-то те же датчане носа не поднимали  в присутствии сборной СССР. Просто мы обидно упустили время, и все остальные  ушли вперед. Но ничего, мы вернемся. Дайте  только срок.
— Как будем  догонять немцев и всяких прочих датчан?
— Будем реалистами — немцы своими руками построили сильнейшую в мире лигу, и на данный момент они для нас недосягаемы. У них новейшие методики, с ними работают психологи, диетологи, научные бригады, бригады по физподготовке.
Нашему игроку тот же самый диетолог совсем ни к чему. Если кто-то съест лишнюю котлету, это не будет решающим фактором в исходе игры. Можно и сегодня набрать целый штат работников, которые будут следить за физическим и моральным состоянием игроков, но пока еще у нас есть много работы, гораздо важнее этой.
В Беларуси замечательная  гандбольная школа. Просто тут не все поняли, что надо переключаться  на новый стиль работы. Какой? За границей приветствуют только тех тренеров, кто может дать результат. За минимальный  срок люди должны решить поставленную задачу по максимуму. Один день необоснованного отдыха может стоить рабочего места.
Там тренер должен постоянно совершенствоваться и  развиваться, чтобы найти новые  ключи к успеху. Никого не интересует, как он это будет делать, главное  — результат.
Очень важно  найти общий язык с игроками. Я, например, стараюсь воспринять каждого игрока как личность. Но если что-то не так, я тут же скажу в глаза: «Извини, но я ожидал от тебя другого. Он лучше тебя». Это больно, но необходимо. Я должен разговаривать с каждым из ребят и каждому отдавать свой опыт, силы и душу.
Давно уже понял  — если человек делает что-то сознательно, то это получается у него хорошо. Если он делает то же самое в приподнятом  настроении, то выполнит это еще  лучше. Мне приятно, что ребята принимают  мои принципы, тренируются с желанием и самоотдачей. Так что мы постепенно движемся вперед.
— Есть классная поговорка, которую при желании  можно отнести и к гандболу. «Играют в футбол все, но побеждают  немцы».
— Когда нас  опускали вниз, мы ничего не делали. Откуда взялся «русский пас» — с отскоком? Придумал Миронович. А «парашют»? Тоже наше изобретение. Но мы сами уже об этом забыли. И вот эта застенчивость и забывчивость очень нам мешает.
Лидерских качеств  в нас более, чем достаточно. Просто мы проявить их не умеем. Их как-то надо вытащить наружу.
— Ну, это уже  политика...
— С чего вы взяли?
— Если каждый в  нашей стране станет личностью и  лидером, что ж это получится? Государство с таким избирателем  иметь дело не привыкло...
— Хм... (Шевцов на какое-то время задумался) Скажем так — государство тут ни при чем, я вообще говорю о гандболе. Просто эта игра требует принятия быстрых решений, когда надо взять ответственность на себя и сделать нестандартный ход. Лучше всего такие действия получаются у лидеров. И чем больше их окажется в команде, тем труднее противнику будет принять против нас контрмеры.
СКА вообще выиграл  все свои титулы еще во времена  Советского Союза — скажем так, не самого демократичного государства  в мире. Но, тем не менее, это не мешало нам иметь лидеров практически на каждой позиции.
Случай расскажу. Я принял в Германии новую команду  и бежал кросс вместе с одним  из молодых гандболистов. И за бегом  он не нашел ничего лучшего, как поинтересоваться у меня: «А ты сам-то в гандбол  играл? — «Ну так, немного...»
Где-то через  месяц этот парень решил поделиться с коллективом открытием, что  никогда не игравшие на серьезном  уровне люди, оказывается, могут стать  вполне приличными тренерами. Ребята очень  громко смеялись...
Затем он подошел  ко мне и спросил: «Тренер, зачем ты так мне тогда ответил?» — «Я просто не хотел тебя обидеть».
Поэтому, повторюсь, мы не должны забывать о заслугах наших  предшественников. Давайте гордиться  тем, что было, и ощущать себя наследниками великих побед. Идти вперед и менять ментальность.
— Что вам  пришлось поменять в своей ментальности?
— Поначалу мне  очень пригодилась наша. В клубе, куда я попал, использовались 18 комбинаций, и каждую надо было зазубрить «от» и «до».
Не зная языка, проявил белорусскую смекалку. Сначала я выучил слова «справа» и «слева» и все внимательно слушал во время игры. Поскольку я играл справа, то, как только раздавалась команда «справа», значит, я побежал...
— Так вы наш  человек!.. Уверена, в этой сухой и  правильной стране вы скучаете по белорусскому неторопливому «памяркоунаму» менталитету...
— Не без этого. В Германии я прожил долгое время  и могу сказать, что лучше там  только потому, что человек имеет  больше возможностей, чем у нас. Это  не новость, конечно, просто надо помнить, что говоря о хорошем, не надо забывать и о плохом. Проблемы есть везде. Возьмем хотя бы концерн «Опель». Люди там теряют места, растет безработица…
— Тем не менее, немецкие туалеты на автобанах гораздо  чище своих белорусских собратьев. Это вам любой западный турист скажет.
— А, по-моему, с  каждым моим приездом Беларусь становится все чище и чище. Много новостроек, да и страна меняется к лучшему.
— Так может  стоит обратно в Беларусь вернуться?
— Дело в том, что в Германии у меня еще семья  и внучка…
— Так все вместе и переезжайте...  А вообще странно — в войне победили мы, а живут лучше они.
— Совсем недавно  к нам в Беларусь в гости  приезжала немецкая семья. Они уезжали  отсюда с восторгом. Были у меня на даче, показал им самые красивые места. Рыбалка, шашлычок... Немцы очень хотят приехать сюда еще раз.
— Да кто бы отказался  от рыбалки и шашлычка... Вы как-то ловко увиливаете иногда от вопросов.
— Скажем так: я  всегда с удовольствием отправляюсь  в Беларусь и из всех лет, в течение  которых я находился в Германии, не было ни одного года, когда бы я не приехал летом домой.
— Чем занимаются ваши дети?
— Старшая дочь сейчас в декрете, а вообще работает в одной из крупных электротехнических фирм. Младшая пока учится. Она будет  преподавателем немецкого и испанского языков.
— Видимо, в Германии учителя неплохо зарабатывают.
— Я сторонник  того, чтобы ребенок делал выбор  будущей профессии сам. В любом  случае буду его уважать. Не хочу ему  что-то запрещать, чтобы через 10 лет  он сказал: «Папа, помнишь, ты был против, а меня все равно туда тянет». Мой папа, может быть, тоже хотел, чтобы я стал инженером, но не сказал ни слова, когда в 14 я уехал из дома учиться гандболу в Минск.
— Наверное, у  немцев можно много всяких полезных вещей и нетипичных для нас  подходов к жизни позаимствовать...
— Учиться можно  не только у немцев. У любого нормального  человека, который хочет чего-то добиться в своей профессии, голова должна постоянно анализировать  и искать ответы на вопросы, которые, как нам кажется, давно уже  решены.
Скажем, ни один вид спорта не обходится без травм. У меня их тоже была куча и вот  один раз один умный человек —  врач по профессии спросил: «Почему  вы не занимаетесь профилактикой  травм?»
И действительно, на это никто раньше не обращал  внимания. А теперь у меня есть специальные упражнения, направленные на то, что чтобы свести потенциальный травматизм к минимуму.
Еще один парадокс: белорусских вратарей тоже никто  никогда не тренировал, в то время, как в Германии, Дании, Швеции —  подготовка голкиперов — неотъемлемая часть тренировочного процесса. Может быть, поэтому за тридцать последних лет можем похвастаться только одним вратарем экстра-класса — Анатолием Галузой...
У нас ведь как  вратаря выбирают? Если игрок не может бегать на площадке — толстячок  какой-нибудь попадется — его, скорее всего, определят на ворота. Там он варится в собственном соку.
Так что неудивительно, что в Германии четыре классных голкипера, а у нас их очень много, но ни про одного нельзя сказать, что он стоит полкоманды... Именно поэтому недавно мы взяли тренера по вратарям и хотя бы раз в неделю проводим специальные тренировки для ведущих голкиперов страны.
— Кто у вас  дома тренер? Жена или вы?
— Конечно, я... Когда  выигрываешь — все в порядке, а вот стоит только проиграть, как тренеров появляется очень много. А жене бояться нечего, она рядом и поддерживает меня всегда. Вот только по тактике пока не подсказывает.
Все остальное  — воспитание детей и недавно  появившейся внучки — супруга  берет на себя. Впридачу еще и  умудряется не пропускать ни одного моего матча. Говорит, что помогает своим присутствием.
За все эти  долгие годы жена изучила меня от и  до. Она знает, когда со мной можно  говорить, а когда это делать бесполезно. Еще ни разу она не укорила меня вопросом: «Зачем ты сделал это?».
— Женщину чаще беспокоит не то, что сделано, а  то, что могло бы быть сделано... Вас  никогда не посещала мысль о том, что вы когда-то делали что-то неправильно?
— Многие завидуют мне сейчас, по их понятиям я вполне успешный человек. А я завидую  тем, кто каждый день может обнять своего ребенка.
Помимо гандбола в жизни существует много других ценностей. У нас сейчас появилась  маленькая внучка. И очень часто  у меня в голове крутится мысль  о том, что пройдут годы, и внучка вырастет точно так же, как выросли дети. Потом я думаю: что же все-таки для меня было важнее? Успехи в карьере или дети?
Мои дочки выросли  без отца, который всегда был на сборах или соревнованиях. И когда  я беру внучку на руки, то испытываю  счастье и одновременно горечь от того, что не помню этого ощущения, когда был отцом.
На этом можно  было бы заканчивать наше интервью, но я зачем-то еще спросила: можно  ли встретить в Германии товары белорусского производителя? Просто так, из женского любопытства.
Шевцов смерил меня удивленным взглядом и сказал, что как-то нашел в своем почтовом ящике рекламную листовку «Лисичек из Беларуси».
— Купили?
— Да нет...
Он решительно поднялся из кресла (пора уже было ехать  на тренировку) и вдруг остановился, переваривая, верно, свой ответ на пустяшный, по сути, вопрос.
«Скажем так, я  рассудил, что дома лисички обойдутся  мне дешевле. Не за евро же их брать, верно?»
Он поставил точку в очередном безукоризненно отыгранном им матче — олимпийский  чемпион Шевцов, в котором живут  два человека, беспрерывно советующихся и выносящих вердикт, непременно начинающийся со слов «скажем так»...
Ему удалось  совместить в себе рассудительного, безгранично уверенного в себе немца  и осторожного исполнительного  белоруса. И в этом, похоже, секрет всех успехов Шевцова. Если нам нужен мессия, то лучшей кандидатуры мы не смогли бы найти.
16:08 16/12/2009




Loading...


загружаются комментарии