Лыжи. Сергей Долидович не хочет заканчивать спортивную карьеру

Белорусские лыжники не смогли на олимпийских играх в Ванкувере (Канада) подняться на пьедестал почета. О своем выступлении на олимпиаде и планах на ближайшее время рассказал «Советской Белоруссии» лидер белорусской сборной Сергей Долидович.  

Лыжи. Сергей Долидович не хочет заканчивать спортивную карьеру
Все свои кубки Сергей Долидович отвез на дачу. Рассаду он там в них, конечно, не выращивает, но и пыль протирает нечасто. «Чтобы не расслабляться», — просто отвечает он на вопрос. В этом он весь. Неисправимый оптимист, живущий сегодняшним днем и старательно выполняющий тренерский наказ, полученный еще в далеком детстве. «Каждый сезон нужно начинать как будто с нуля, — объясняет свою спортивную философию наш лучший лыжник. — Тогда есть стимул. Есть ради чего напрягаться». Смысл такого «стимулирования» объясняется просто: усталостью. Сергей улыбается, увлеченно рассказывает, как вместе с другом и женой собственными руками превращал свою квартиру в уголок дизайнерского позитива. Но в глазах его совершенно четко читается разочарование. Уже сколько лет он изо всех сил бежит за медалями — олимпийскими или на худой конец мировыми. И вроде бы быстро бежит, среди претендентов на пьедестал появляется регулярно. А вершина эта, словно мираж, в последнюю минуту дарит ему очередную саркастическую усмешку.
— Если честно, у меня еще перед вылетом в Ванкувер опасения были, — рассуждает Сергей, задумчиво вертя в руках наградную дощечку — свидетельство несколькими часами ранее завоеванного (как обычно, за явным преимуществом) очередного титула чемпиона Беларуси. — Готов я был хорошо, но какое–то предчувствие тревожило.
— Комплекс Турина?
— Я о нем и забыл уже. Турин! В лыжных гонках все так быстро меняется, что если 4 года назад было «почти», то это не значит ровным счетом ничего. Но настраивался на лучшее. А потом все начало цепляться одно за другое. Первая гонка — 15 километров — какая–то сумбурная получилась. В дуатлоне, считай, практически без смазки бежал...
— Выходит, история о том, как у белорусских лыжников в Олимпийской деревне Уистлера украли смазку, правда?
— Украли? Я, если честно, подробностей не знаю, но подозреваю, что кто–то просто ищет себе оправдание. По ощущениям же бежалось так, словно вообще никакой смазки не было. А при таком раскладе даже чемпионат Беларуси не выиграть. В общем, никакого смысла мучить себя не было...
— Странно это звучит: биатлонисты нашли себе прекрасного сервисмена — Нойнера — и в Ванкувере молились о плохой погоде: их лыжи были просто вне конкуренции!
— То биатлон, а у нас это всегда в порядке вещей было. Особенно в отношении жидких мазей на теплую погоду. Эффективно их использовать — большое искусство. Особенно под «классику». Специалисты, которые могут это делать, стоят очень больших денег. Таких, рядом с которыми биатлонные сервисмены даже не стояли. И их роль в победе очень высока. Пример — Юстина Ковальчик. Ее нынешний смазчик, сколько я себя помню, всегда работал с эстонцами. В польскую команду он перешел год назад — и сразу появились медали! Какие еще комментарии нужны? С классическими лыжами у нас всегда были проблемы и, думаю, будут и дальше.
— Но ведь в «коньковой» эстафете шанс был...
— Был... Единственный и самый реальный. Наверное, даже более реальный, чем у меня в Турине. Там все сошлось: наше с Леонидом Корнеенко состояние, готовность лыж... Не судьба, похоже.
— Даже боюсь спросить, что почувствовал, когда в полуфинале Корнеенко ошибся поворотом и отдал соперникам выигранную гонку?
— Уффф... Понимаете, это все случилось от большого желания выиграть. Леня хотел не просто пробиться в финал — он хотел выиграть. Беги Корнеенко и дальше за чехом, — не промахнулся бы... Мы ведь уже гарантированно попадали в финал. Как бы там сложилось, гадать бессмысленно. Медали? Шестерка? Восьмерка? Но уж выложились бы по полной. Леонид, кстати, очень расстроился. Причем даже не из–за того, что мог получать не нынешние 100 долларов, а нормальную зарплату, а из–за того, что меня подвел...
— Полагаю, после той эстафеты настроиться на 50–километровую «классику» было очень непросто?
— Какой там настрой! Я уже после эстафеты сказал, чтобы лыжи мне не готовили — не побегу. Вышел лишь потому, что это была моя последняя олимпийская гонка и было бы неправильно не воспользоваться этой возможностью. Хотя любой, кто знает мои возможности, даже не надеялся, что я смогу там что–то показать: «классика» — это не мое.
— Тем более что и там без казусов не обошлось...
— Ну да — сменные лыжи мне не поставили. Прибежал на «пит–стоп», все перестегнулись на новую пару, а обо мне, оказывается, забыли. Пришлось дальше на старых бежать... Жаль: до этого удавалось даже не отставать от лидеров. Не мой это, наверное, турнир — Олимпиада...
— Ты–то здесь при чем? Это ведь элементарная халатность: не Долидович ведь должен заниматься лыжами...
— Я не люблю искать крайних и никогда этого не делал. Конечно, обидно, когда вся работа из–за какой–то мелочи идет прахом. В последнее время все почему–то вцепились в нашего главного тренера — Виктора Михайлова. Хотя проблемы глубже. Михайлова, как и сложившиеся в команде отношения, родила существующая система, а не наоборот. Поэтому я сомневаюсь, что с приходом Виктора Камоцкого на место главного тренера нас ждут революционные перемены. Ведь как ни крути, и победы на этапах Кубка мира у нас были, и медали... Но при этом не менялось ничего. Как ездили на соревнования по двое суток на автобусах, так и ездим, как были проблемы со смазкой, так и остались, как не было денег, так и нет.
— Можно подумать, что, если в лыжный спорт пустить денежные потоки, ребята сразу побегут быстрее...
— Нет, конечно. Яркий пример — Россия. Уж сколько там денег в лыжи вкладывают, сколько людей бегает, а результата (особенно в дистанционных гонках) все равно нет. А все потому, что нет системы. Лет 5 назад в Болгарии на сборе великий тренер Николай Лопухов, воспитавший не одного российского олимпийского чемпиона, сказал мне: «Если какой–нибудь тренер будет говорить тебе, что он точно знает, как тренировать и готовить чемпионов, — не верь. Даже я не знаю. Для этого мало одного наставника. Нужно, чтобы все звенья сложились вместе. И пока, как у шестеренок, все зубчики не сойдутся — толку не будет». У меня же постоянно чего–то не хватало, а в результате я — гонщик высокого уровня, но, увы, без медалей... Без олимпийских — точно.
— Выходит, о Сочи даже не думаешь?
— Нет, это решено. Более того: может сложиться так, что ванкуверский «полтинник» станет моей последней гонкой за белорусскую сборную. А смысл продолжать, если даже нормального графика нет? В эти выходные в Осло будут проходить старты, предваряющие чемпионат мира, который там будет через год. В программе есть и «моя» гонка — 50 километров масс–старт коньковым ходом. Казалось бы, я там просто обязан стартовать, тем более что после Олимпиады форма позволяет и глупо вот так заканчивать сезон. А мы не едем... И даже не спрашивай о причинах — не знаю. У нас тут чемпионат страны: вот видишь — очередной кубок выиграл. Потом еще заявлюсь на пару стартов в России, чтобы подготовка зря не пропадала. А на будущий год буду думать. Очень хочу выступить в Осло в этом масс–старте. Это шанс. Вероятнее всего, последний.
13:49 13/03/2010




Loading...


загружаются комментарии