АКТУАЛЬНЫЯ ТЭМЫ: Атака на СМІ Мінздраў: карупцыя Курапаты Пенсійная рэформа Матулі 328:галадоўка Эканамічны крызіс Забойства Паўла Шарамета

Товар для Запада 28.11.2012 4

Самое глупое, что можно делать – это реагировать на подобные вещи, привлекая, тем самым, к ним внимание. Однако же, хотя бы один раз это стоит сделать, если видишь в этом смысл.



Появление Олега Гайдукевича в демократическом информационном поле как активного игрока, думаю, не случайность и не каприз судьбы. Человек долгое время был послушным орудием диктаторского режима, таким усердным, что витебские активисты сравнивают его с гестаповцем. У такого служаки, без сомнения, все жизненные вопросы решены на таком уровне (а иначе, какой смысл совершать преступления?), при котором редко кто хочет менять положение дел. Тем более – менять на шаткое положение оппозиционера.



А ведь именно под настоящую, реальную «оппозицию» и начался интенсивный ребрендинг ЛДП. Многочисленные заявления, с терминологией и понятиями из арсенала классической демократической оппозиции посыпались как из рога изобилия. Надо ли думать о том, что властям (которые, без сомнения, стоят за всем этим балаганом) не под силу решить задачу изменения имиджа этой структуры за, например, два года?



Я думаю, что – под силу. Ибо под рукой не только классические информационные инструменты. Можно, при большом желании, включить на полную мощь такой инструмент продвижения «оппозиционера», как декоративные репрессии, которые, при всей своей безобидности, моментально убеждают неискушённую публику в том, что перед ней – человек, опасный для властей: провести налоговую проверку, обыскать на границе, оштрафовать на какую-нибудь смешную сумму, вынести какое-нибудь предупреждение, можно даже пару суток посидеть в ИВС – не убудет. И, вне всяких сомнений, через пару лет о прошлом нового «героя» будут помнить лишь те, кто сам от этого прошлого в далёком же прошлом и пострадал.



Зачем власти это может быть надо?



Сам О. Гайдукевич даёт ответ на этот вопрос в своём  блоге.



Не прямо, нет. Но он с таким вдохновением пишет о том, как парламент должен быть плюралистичным, как там нужна оппозиция, что никаких сомнений не остаётся в том, что цель всей разворачивающейся пиар-кампании – «палатка».



В том случае, если властям и спецслужбам за ближайшие пару лет удастся «продать» О. Гайдукевича Западу как оппозиционера с имиджем хотя бы 50/50 (а не целиком «-100», как сегодня), то, думаю, можно ни секунды не сомневаться, что мы увидим его в качестве «оппозиционного» «депутата» «палатки» уже в 2014 году. Ведь именно в этом году состоятся «довыборы» в Гомельском Новобелицком округе, где в прошлом году «выборы» не состоялись (в результате чего теперь в «палатке» недобор 1 «депутата»).



А теперь – самое главное. Появление в 2014 году «оппозиционного» представительства в «парламенте», прямо накануне президентских «выборов», может, при определённом раскладе, быть составляющей частью игры режима на потепление отношений с Западом, что, в свою очередь, должно будет обеспечить благоприятный фон для очередного «переизбрания» Лукашенко.



Всё описанное – лишь предположения, основанные на умозаключениях. То есть – гадание на кофейной гуще, с попыткой понять логику начинающихся процессов и активизации ЛДП. Однако всё это может быть очень серьёзно. А ради несерьёзных дел таких верных опричников, каким ещё недавно был Олег Гайдукевич, с насиженных мест не дёргают, и на несерьёзные роли не бросают. Верных и вышколенных во всех смыслах кадров у режима не так и много, чтобы разбрасываться ими.



Если описанный сценарий будет сбываться хотя бы на 1/10, одной из задач демократических сил на ближайший период должно стать буквальное «завоевание» симпатий Новобелицкого округа демократами настолько, чтобы ни у кого на выходе не возникло сомнений в том, что назначенный там властью «депутат», если он не поддержан демократическими силами, - никакой не оппозиционер.



Понимая существующие риски, группа гомельских организаций иактивистов уже начинает работать в Новобелице.

Вечный шах!.. 05.04.2012 25

Каждый, кто имеет представление о такой игре, как шахматы, знает, что такое «вечный шах».
«Вечный шах» - это такая позиция, при которой король одной из сторон, куда бы он ни пошёл, следующим ходом всё равно обязательно получает шах.  Так может продолжаться до бесконечности, но, конечно же, чаще всего игроки завершают партию вничью. Даже если шахуемый король к этому моменту вообще остался в одиночестве. Просто потому, что по-иному закончить партию уже невозможно…
Цепочка событий последних дней наталкивает на следующие мысли.
Судите сами.
Александр Лукашенко провёл совещание по приватизации, в ходе которого «порвал» все приватизационные списки, которые готовились под требования России в обмен на кредит ЕврАзЭС, соответственно, в очередной раз примитивно «кинул».
Далее последовал телефонный разговор Путина с Лукашенко, подробности которого не сообщаются. Однако, судя по тому, что этому разговору предшествовало и что последовало, можно примерно догадываться, о чём там шла речь.
А последовали за этим разговором: ультиматум белорусской стороны Росавиации, что привело к очередной, только уже не «торговой», а «воздушной» войне, и совещание у президента по вопросам внешней политики. На этом совещании, непосредственно сегодня, в присущей ему диковатой манере, фактически объявил о прекращении «холодной войны» с Европой: послов будут возвращать, политзаключённых – вызволять. Форма выражений ТНП никого не должна смущать. Что он там говорил, что кого-то из послов будет рассматривать персонально – это чушь для бабушек – любительниц «крепкой руки» и «в доме хозяина». Над Венской конвенцией никакой Лукашенко не хозяин, и никаких послов рассматривать ему никто не даст. Вблизи – так точно.
Что мы имеем?
С большой долей вероятности можно предполагать, что «медовый месяц» с Россией закончился. «Нивелирование приватизационных списков – разговор с Путиным – «воздушная война» -заявления о том, что будут выпущены политзеки» - цепочка, сама за себя говорящая.
Очевидно, Путин, придя к власти повторно, не стал откладывать дела в долгий ящик, и попросил АГЛ выполнить обещанное. АГЛ, естественно, этого делать не умеет, и мы сейчас наблюдаем очередной бросок белорусского режима на Запад – в пику России.
Лукашенко балуется этим приёмом уже много лет. Кинется к Европе, наобещает, «кинет» - побежал в Россию. Наобещал там, «кинул» - обратно…
В шахматах нередко бывает, что игрок, проигравший все фигуры, кроме последнего короля, сам лезет в «вечный шах», двигаясь к углу и заманивая туда фигуры противника, чтобы они, по недосмотру противника, стали так, чтобы король-лузер мог ходить по двум клеткам «туда-сюда»: от одного шаха – к другому, без, тем не менее, угрозы получить мат.
Лукашенко сейчас очень напоминает такого короля: за душой у него уже ничего не осталось, «клеток» для манёвра у него всего две: Восток – Запад, и расчет, соответственно, на то, что он сможет ходить по этим двум клеткам до бесконечности, пока, в конце концов, все от него не устанут и не махнут рукой. Сам-то он не устанет – от этого его жизнь и свобода зависят…
Беда только в том, что, похоже на то, и Восток, и Запад, поочерёдно оказываясь покинутыми «голым королём»клетками, рады, тем не менее, каждый раз видеть его снова. И это уже действительно может продолжаться вечно…
Пока в эту партию не вмешается белорусский народ. По-другому ничего не будет.

Последняя гастроль... 11.01.2012

Летом 2010 г. мы рассуждали о том, что отношения Лукашенко и российского тандема прошли точку невозврата, и теперь-то, мол, ему капец.

Делали такие выводы на основании "Крёстных батек", а также блоготворчества г-на Медведева.

К сожалению, мы мало думали, что в мире "серьёзных" людей такие штуки – дела "несерьёзные". И последующие события нам, мягко говоря, заткнули рот: Россия сначала поддержала кой-кого на "выборах", а потом ещё спасла от неминуемого экономического коллапса путём потока невиданного количества подачек.

Однако не всё так однозначно оказалось в этом раскладе, и новости последних дней – серьёзный сигнал как для режима Лукашенко, так и для его оппонентов, так и для обычных людей.

В чём дело, думаю, большинство уже читали в СМИ:

"- потребление закупаемого у ОАО "Газпром" газа исключительно на территории Беларуси;

- беспрепятственная и бесперебойная транспортировка по территории Беларуси природного газа, подаваемого с территории России;

- исключительное право "Белтрансгаза" на закупку природного газа, вывозимого с территории России и предназначенного для потребителей Беларуси;

- неиспользование специальных прав по управлению ОАО "Белтрансгаз", которые бы нарушали или ущемляли объем прав, предоставленных акционерам "Белтрансгаза" в соответствии с применимым законодательством о хозяйственных обществах, включая введение особого права ("золотой акции") на участие в управлении белорусским газотранспортным предприятием;

- отсутствие не санкционированного собственником природного газа отбора из потоков газа, транспортируемых через территорию Беларуси;

- неизменность условий пользования земельными участками под объектами недвижимого имущества белорусского участка газопровода Ямал – Европа в соответствии с законодательством Беларуси, действующим на дату подписания соглашения"



Перечисленное – условия, на которых Россия купила у белорусского пока-ещё-руководителя "Белтрансгаз". Честно говоря, для меня, как гражданина Беларуси, было чрезвычайно унизительно это всё читать.

Из перечня этих условий выходит, что наша страна для России – никакой не партнёр, а какой-то проходимец, от которого настолько ждут в любой момент "кидалова", что не ленятся любой возможный сценарий прописать, чтобы застраховать себя, свои деньги и свои интересы.

Я не могу представить, чтобы подобные условий "возврата" были прописаны между Россией и, скажем, Германией.

Наличие этих условий, свидетельствует, на мой взгляд, о том, что Россия, дожав Лукашенко экономически, в наибуквальнейшем смысле даёт ему последний шанс. Она изучила все его фокусы, прекрасно понимает, кто перед ней, допускает возможное кидалово, и прямо говорит, что, в случае чего, она ему этот "Белтрансгаз" в... засунет, и $5 миллиардиков обратно затребует.

А это уже будет для кой-кого смерти подобно...

Из всей этой истории каждая заинтересованная сторона может делать свои выводы.

1) Александру свет Григорьичу надо усвоить, что, кажется, шутки закончились, и подобные условия, по шкале ценностей "серьёзных" людей из Кремля, это, как говорится, последнее китайское

2) Оппонентам власти надо чётко понимать, что заинтересованность РФ в Лукашенко свелась к нулю, и поддерживает она его только потому, что, несмотря на все его, мягко говоря, странности, альтернатив не видит ни в каком смысле. Важный факт и его стратегам нужно учитывать.

3) Населению уже пора понять: да, доверия нет Лукашенко, но пока мы его терпим тут, он – какое бы ни было кривое, но наше лицо, и вместе с ним эту чёрную метку получили и мы. Ни о каком выходе из кризиса можно даже не мечтать, если ситуация не изменится. Можно сколько угодно прятать голову в песок, делая вид, что политика и экономика напрямую могут не соприкасаться, но факт остаётся фактом: если тебя не воспринимают как договороспособную сторону, то даже покупки страхуют вдвойне. О каких инвестициях (когда инвестор должен просто доверить свои средства), о какой модернизации может идти речь??? А в современном, глобальном мире, строить экономику без сотрудничества с международным сообществом можно, разве что, по образцу Северной Кореи. Какой из нас партнёр для международного сообщества, даже самого, казалось бы, близкого, такого, как Россия, с которой и границ-то нет, можно вполне сделать вывод из приведённого перечня условий.


Короче, вывод один: все мы получили "последнее китайское". Власть – о том, что пора перестать дёргаться. Оппозиция – о том, что она в глазах мира сего настолько несерьёзна, что даже недоговороспособный Лукашенко представляет для мира бОльшую ценность.

А население – о том, что, раз скатились в нищету, то так нищебродами и останемся. Пока не решимся что-то (кого-то) поменять...

Такие ли уж мы "никчемные"?... 12.12.2011

Последняя информация из Москвы, о многотысячных акциях протеста против фальсификаций выборов, парадоксальным образом вызвала у меня гордость за... белорусский народ.

Мы как-то привыкли в последние годы заниматься самобичеванием: мол, белорусы всего боятся, не хотят выходить на улицы и т. д. и т. п. Мол, никчемный мы народец... Много таких комментариев, очень много, и никуда от них не деться: обидно, но что поделать?

Между тем, русских как-то никчемным народом не считал и не считает никто. И последние акции российской оппозиции в Москве показали во всей своей красе, что ничто человеческое россиянам не чуждо, и они точно также готовы протестовать против обмана, лжи и коррупции, как и любые остальные.

И вот, пусть самое поверхностное, но сравнение количественных показателей акций россиян и белорусов говорит, что во много раз меньший народ, белорусы, в этом своём поиске справедливости и свободы, ничуть не уступают в абсолютных показателях огромному народу российскому.

Более десяти лет у власти в Кремле находится путинская мафия. Чтобы понять, что имеется ввиду под правлением Путина и моделью "управляемой демократии", достаточно было всего одного года. Все остальные годы ушли у россиян на осмысление этого явления, и сегодня они оказались способны к массовым протестам.

У белорусов же протестное движение против диктатуры, лжи и коррупции существует ровно столько, сколько диктатор, лжец и коррупционер находится у власти, то есть ровно 17 лет. В разные годы оно проявлялось по разному: до конца 90-х шло сплошной волной, по нарастающей, с пиком на Марше Свободы 1998 года. В "нулевых", под влиянием апатии и репрессий, повседневный (назовём его так) протест сошёл на нет, но начал развиваться уже по другой спирали: от президентских выборов – к президентским. 30 000 человек на Площади в 2006 году, 50 000 – в 2010 году, дальше –?...

Этот ли не повод не отчаиваться и сказать себе: да, пока весь народ не готов отторгнуть нынешнюю патерналистскую модель, но нам есть чем гордиться: сравнивая протестную историю того же российского общества и белорусского, приходишь к выводу, что у нас в стране, в нашем обществе, есть крепкое "ядро", которое не просто "под настроение" и "по поводу" может высказывать свою политическую позицию, но является носителем определённых ценностей, которые понимает, разделяет и готово отстаивать.

Это, между прочим, совсем немало для пост-коммунистического общества, это – огромный задел на будущее, это – скелет, вокруг которого неминуемо нарастёт "мясо".

Но, не могу не остановиться ещё на одной существенной детали.

Да, между российской и белорусской ситуацией много общего, и сравнивать её можно с разной степенью корректности, но, всё же, надо делать одну небольшую оговорку.

Ибо в Беларуси всё же есть та среда, та мысль, та идея, которая помогла сформироваться "ядру", о котором речь шла выше, помогла в становлении определённых ценностей, и является залогом здоровья нашего общества в будущем. Та идея, которой не может быть в силу объективных причин у россиян – и в этом наше преимущество.

Если вспомнить протесты 90-х годов, на стадии становления диктатуры (как раз такие протесты, которых не было в России – там становление диктатуры прошло под буквально всеобщий "одобрямс"), то мы увидим, что все движение тех лет имело в основе своей национальную идею.

Идею белорусского возрождения и сохранения суверенитета.

Не отошла она на второй план и сейчас, к ней лишь добавились различные социальные и экономические аспекты.

В этой, национальной, идее, очевидно, и заложен ключ к формированию в нашей стране гражданского общества, которое может отстаивать свои права.

Беглый сравнительный анализ российского протестного движения и белорусского наталкивает на такие мысли. Наверное, они не бесспорны, что ж, можно подискутировать, ведь в споре, в конечном итоге, рождается истина...

Но, если не найдётся весомых контраргументов, это будет означать, что все люди и организации, от которых зависит развитие общественного сектора, гражданского общества Беларуси, должны принять на заметку: проектам, кампаниям и инициативам, которые занимаются культурой, историей Беларуси, пропагандой национальной идеи, необходимо уделять значительно больше внимания.

"А нам всё равно..." 30.11.2011

В последнее время меня не покидает стойкое ощущение того, что земля уходит из-под ног.

Нет, никакого пафоса, и, к слову, никакой фигуральности: всё происходит в буквальнейшем смысле и ничего хорошего не сулит.

Последние политические и экономические события иначе назвать нельзя. Все мы становимся сейчас свидетелями того, как режим, спасаясь от последствий собственной экономический бездарности, продаёт стратегические объекты один за другим. Потеря "Белтрансгаза" – это не просто удар по независимости страны, это – ампутация конечности. Была бы наша экономика поразвитее, поустойчивее, это было бы не так ощутимо: энергозависимость одной страны от другой только тогда являются катастрофой, когда невозможно преодолевать её при помощи живых денег. У Беларуси денег нет и быть не может, но у Беларуси оставался ещё хоть какой-то рычажок для влияния на европейскую и российскую энергетическую политику. Теперь же его нет, а это значит, что в любой момент сильные мира сего могут сделать с нашим, с позволения сказать, "народным хозяйством", что захотят.

Получение режимом денег за последние сделки автоматически означает продление порочной цепочки. Ибо, полученные сейчас от Москвы средства позволят продержаться ещё какое-то время без реформ, а существование без реформ неминуемо приведёт к тому, что страна окажется в таком же состоянии, как сейчас. И придётся ещё что-то продавать, потом – ещё что-то, и так... И так, как у Кролика из "Винни-Пуха": "пока совсем ничего не осталось..."

Вопрос, можно ли сохранить суверенитет политический, потеряв таковой экономический, кажется, риторический...

А тем временем новым символом современной Беларуси становится не зубр, как когда-то, а... заяц.

Не только тот "зайчик", который побил все рекорды по девальвациям, инфляциям и тому подобным "иям".

Но и тот, который, любимый женщинами и детьми зверёк, пел устами героя Никулина в фильме песенку: "А нам всё равно..."

Отсутствие реакции на происходящее со стороны людей в очередной раз удручает, но почему-то уже не удивляет. Ну да, удивляться устаёшь.

Но есть же ещё демократически настроенная часть общества! Которой, вроде бы, как все мы привыкли считать, не всё равно! Но так ли это?...

Политика Милинкевича, ещё совсем недавно, виртуально забрасывали камнями и обвиняли в сотрудничестве с режимом, за то, что человек говорил: если мы будем постоянно твердить о санкциях для Беларуси со стороны ЕС, блокировать попытки воздействия Евросоюза на руководство Беларуси, потеряем страну.

Сейчас всё развивается ровно по этому сценарию, но переосмысления не наблюдается ну совершенно никакого!

Для справки: в Украине, тут, поблизости, совсем недавно происходили и происходят очень похожие события. Приговор Юлии Тимошенко поставил под угрозу подписание ЕС и Украиной соглашения о зоне свободной торговли, что рассматривалось как один из этапов интеграции Украины в европейское пространство. Однако Юлия Владимировна, будучи политиком трезвомыслящим, сделала заявление: её дело никоим образом не должно повлиять на этот процесс, соглашение должно быть подписано!

Почему, интересно, Ю. Тимошенко никто не обвинил в сотрудничестве с режимом Януковича? Парадокс, ведь ситуация идентичная, а ментальность белорусов и украинцев весьма схожа, украинцы даже более горячи и радикальны: должны были уже распять Тимошенко за коллаборантство! Я так подозреваю, просто потому, что там спецслужбы не имеют в должностных инструкциях пунктика об информационной войне против разумных политиков, поэтому и троллингом политическим не занимаются, в отличие от Беларуси. Но это так – к слову...

Так вот, позиция Тимошенко, между прочим, имеет ряд неоспоримых преимуществ:

1) Она никак не влияет на позицию заинтересованных сторон, и европейские чиновники как хотели вопрос решить, так его решать и будут;

2) Она сигнализирует внешним игрокам, что оппозиция в Украине сильна, и способна мыслить политическими категориями: не с позиции слабака ("Защитите меня, угрожая режиму"), а с позиции субъекта национальной политики, который мыслит стратегически и в долгосрочных интересах народа. При таком раскладе, не учитывать интересы политической силы невозможно, как невозможно действовать без оглядки на неё, ибо за политической силой, которая мыслит интересами своих граждан, граждане, как правило, склонны идти;

3) Она сигнализирует непосредственно избирателям о том же, о чём и внешним силам, следовательно, способствует повышению популярности и шансов на следующих избирательных кампаниях.

Вывод из всего этого можно сделать до ужаса простой: мы можем быть за европейские санкции, можем быть против, но мы не имеем права вслух говорить о том, что эти санкции должны быть введены. Потому что это

А) отталкивает от нас наших же избирателей;

Б) Показывает внешним игрокам нашу слабость и невозможность влиять на процесс самостоятельно. Приводит это к тому, что с оппозицией просто не считаются;

В) Даёт режиму полный карт-бланш на распоряжение национальным достоянием (вплоть до потери суверенитета), а также развязывает руки в этом же направлении тому же Кремлю: невозможно предположить, что политики, призывающие к экономическим санкциям, могут бороться (и поставить под сомнение сделку) против продажи национальной экономики.

Минимум, который требовался всё это время от оппозиции, для того, чтобы не стать соучастницей потери суверенитета: выдержка и ответственность.

Их не хватило... Отчасти и поэтому пошли процессы, на которые гражданское общество Беларуси не имеет совершенно никакого влияния. Отчасти поэтому оказался неудел Запад, заблокировавший свою политику относительно Беларуси, отчасти поэтому мы теперь на грани потери страны.

Но – ладно. Что было, то было... Почему же сейчас не пересмотреть подходы, не заговорить с народом простым и понятным языком: "Дорогие наши избиратели! Режим продаёт страну, и завтра мы все окажемся голыми и босыми. Сегодняшние мизерные подачки не спасут нас от кризиса, зато лишают будущего наших детей!". Почему не стать на сторону тех, кого грабят, тем более, что именно от них-то и зависят перемены?

Но вместо этого я тут на днях читал другое: "Сестра Санникова призвала Еврокомиссара..." дальше понятно, о чём речь: всё о тех же санкциях.

Рискну предположить: народ не поймёт. И подумает, что лучше уж трубу продать и не голодать... в отсутствие других альтернатив.

"Александр Македонский был, конечно, великий полководец, но зачем стулья ломать?" – эту фразу мы хорошо знаем из кинофильма.

В то ей могу сказать.

Андрей Санников, конечно, сильный политик, и в тюрьме ему несладко, и все мы ему сочувствуем, но сестра его – когда успела стать сильным политиком, определяющим судьбы людей и стран?...

Ситуация тяжёлая до крайности, но в Беларуси, кажется, совершенно никто не собирается ничего менять:

– режим не будет проводить политических реформ;

– народ и дальше будет молчать;

– оппозиция дальше будет петь нестройным хором, и самые громкие голоса и дальше будут кричать исключительно о санкциях.

Банальность: невозможно делать одно и то же, и надеяться на разный результат. Но в нашей стране все делают одно и то же.

"А нам всё равно?..."

Методом "от противного"... 05.11.2011

Ещё летом, сразу после того, как были задушены молчаливые акции протеста, мне довелось наблюдать одну сцену.

Я гулял с дочкой, а рядом была компания молодых родителей, которые также гуляли с детьми. Там было 2 мужчин и 2 женщины, и они расположились на соседней скамейке, переговариваясь. Весь разговор я отлично слышал.

Это были самые обычные люди, судя по разговорам, мужчины работают на заводах или что-то вроде этого, и, опять же, по разговорам судя, информацией они владели больше по слухам, либо от кого-то из знакомых, пользующегося Интернетом.

И вот эти люди говорили об абсурдности происходящего. Они говорили о том, как невозможно стало жить на имеющиеся доходы. Но, больше того! Они говорили о демократии и правах человека! О том, что "если не нравится то, что происходит, должна быть какая-то возможность это сказать и показать", а тут, получается, выборов нет, голоса никто не считает, а просто на улицу выйдешь ("и будешь со Стасиком ладушки делать") – на тебя налетают здоровенные быки и тянут в автозак.

Беседа сия меня тогда умилила до чрезвычайности, ибо она, как ничто иное, показывала, что долгие годы единоличного правления Лукашенко, его маниакальное стремление подчинить всё и вся, и, развившийся на этом фоне экономический рак, заставляют даже самых простых людей, даже владеющих информацией по слухам, задавать себе правильные вопросы и находить на них правильные ответы. Вплоть до того, как важны на самом деле фундаментальные права человека, такие как собрания или выборность власти.

Как минимум, об этом задумываются те, у кого есть дети, которым в этой стране дальше жить...

И вот налицо сегодня две тенденции. Первая из них заключается в том, что народу происходящее опостылело, и он, всё глубже задумываясь о сути происходящего, постепенно приходит не только к выводу о том, что власть Лукашенко – это что-то совершенно ненужное в двадцать первом веке. Народ, осознавая степень абсурдности жизни в нищете без права даже "ладушки со Стасиком" сделать, постепенно доходит до самых главных ценностей, которые делают людей из людей, заставляя смотреть на жизнь шире, и понимать её глубже, чем пресловутая парадигма "чарка – шкварка – подержанная иномарка".

С другой стороны, прогрессирующая воинственность Лукашенко, свидетелями которой мы в очередной раз стали на днях (и которая сплела эти мысли воедино, вдохновив на пост), не оставляет людям ни малейшего пространства для манёвра, и вводит власть в непреодолимые противоречия с народными интересами.

Ещё пару лет назад мы спокойно констатировали, что в Беларуси живут с большего советские люди, которые к демократии и гражданским свободам относится презрительно уже хотя бы просто потому, что не понимает их сути и надобности.

Сегодня всё несколько сложнее. До надобности многие уже дошли сами. С сутью уж как-нибудь разберутся. Стимулирует их на это отмороженная позиция властей.

И, положа руку на сердце, я не удивлюсь даже, если в общественном сознании произойдёт переоценка позиции относительно силового вмешательства стран Запада в дела многих диктатур, таких, хотя бы, как Ирак или Ливия – наиболее похожих на нашу по степени отмороженности. Потому что, если ты хочешь жить лучше, пытаешься добиться этого мирными способами, а с тобой поступают как с террористом, бросая на тебя армию (как это сделал Каддафи и как, судя по всему, собирается поступить Лукашенко), то у тебя остаётся совсем немного вариантов: или действовать силой самому, или надеяться на то, что сильный поможет слабому. Если же ты, как белорус сегодня, всё это /пока/ наблюдаешь со стороны, но уже правильно понимаешь суть вещей, то сильного который защищает слабых, ты будешь только уважать...

Всеми своими последними действиями, происходящими на фоне тотального обнищания и недовольства, и направленными, тем не менее, на удержание единоличной власти, режим Лукашенко как бы демонстрирует белорусам, что, в реальности, его интересы с общими совершенно не совпадают.

Это, в свою очередь, ставит под серьёзные сомнения всю ту шкалу ценностей, которую он старательно прививал белорусам все последние годы.

То, что раньше было очевидно лишь немногим, сейчас становится ясно всё большему количеству людей.

Лукашенко как бы доказывает для народа теорему. Правда, методом "от противного"...

Взрослая ценность 19.09.2011

Сегодня – знаменательная дата. Ровно 20 лет назад наши исторические символы, бело-красно-белый флаг и герб "Пагоня" стали государственными.

Свои герб и флаг – атрибуты настоящей независимости. Без них её не бывает. Без них не бывает и народа. С независимостью, в равной степени, как и с ощущением себя нацией, у белорусов опять начались проблемы с приходом Лукашенко, практически сразу, в 1995 году, когда русскому языку был предан статуст государственного, а наш флаг и герб /уверен – временно/ были отодвинуты с государственного уровня, до уровня атрибутов гражданской позиции.

Часто бывает так, что какой-то вопрос для нас является настолько очевидным, что мы просто забываем о нём думать. Всё настолько ясно, что просто не задумываешься: хорошо это, или плохо. Для меня, как и для очень многих, наша независимость – наивысшая ценность, на уровне аксиомы, не нуждающейся в переосмыслении и анализе. И так повелось примерно года с 1998-го, когда мне было 17 лет, и я начал серьёзно задумываться о том, в какой стране я живу, в какой жил, и в какой хочу жить.

А, между прочим, иногда аксиомы всё же стоит переосмысливать. Просто для того, чтобы по-новому смотреть на вещи. Подвергать что-то сомнению, а в чём-то – убеждаться в очередной раз.

Так было и в последние дни, с приближением сегодняшней памятной даты.

Не могу сказать, что мои мысли и размышления привели меня к каким-то глубоким выводам. Скорее – наоборот: всё очень просто, если не сказать, поверхностно. Но, вместе с тем – очевидно.

Все последние дни я вспоминал себя в те годы, перестроечные, и эволюцию своего отношения к Беларуси и к нашей государственности.

В год распада СССР мне было всего 10 лет, но, хотите верьте, хотите – нет, я всё прекрасно помню, и достаточно неплохо происходящее тогда осознавал. На своём, конечно, уровне, уровне того времени.

И тогда, в первые годы после распада СССР, для меня независимость не представляла никакой ценности. Наоборот: мне очень хотелось обратно в СССР.

Мне было 10 лет, и мне хотелось опять спокойно поехать с семьёй в Сочи или в Красную Поляну (где сегодня строят себе дома российские "тузы"), хотелось, чтобы мама, работающая инженером на оборонном предприятии, опять много зарабатывала, и хотелось ощущать себя частью огромной страны, на которую мы засматривались на школьных картах. Огромной страны, сами размеры которой говорили о силе и мощи! Быть частью чего-то огромного и сильного – это мечта 10-летнего мальчишки!

Это были эмоции, которые формировали основы мировоззрения в момент, когда разум был недостаточно для этого силён. И это естественно.

Но прошло всего несколько лет. Жизнь брала своё, а разум – своё.

И всё происходящее начало переосмысливаться.

И как-то само собой пришло понимание, что маленькая страна может не быть сильной, но может быть уважаемой. А уважаемые и авторитетные, чаще всего, управляют сильными.

И как-то само по себе пришло понимание того, что собственная квартира, какой бы маленькой она не была, лучше, чем койка в прихожей в коммуналке, где ответственный квартиросъёмщик – довольно хамоватый и пьяноватый амбал.

И как-то желание ездить без границ на море отодвинулось на второй план по сравнению с гордостью за свою историю и прошлое, которые тогда объективно изучались в школах. Красная Поляна, по которой тогда в буквальном смысле (найду фотки – выложу) табунами ходили свиньи из местных деревень, мешая отдахающим, перестала казаться чем-то чрезвычайно нужным. Чрезвычайно нужным стала казаться необходимость построить свою страну такой, чтобы все хотели ехать к нам, а не мы хотели ехать к ним.

Эта эволюция происходила на одном, достаточно естественном фоне: я рос, взрослел и учился думать. И пользовался своими навыками. Любой человек, вырастая, взрослея, стремится начать жить самостоятельно, строит свой дом и налаживает свой быт. Вот как-то так это всё и происходило... В коммуналке – может быть хорошо или плохо, пьяноватый и хамоватый амбал может и тебя побить, но и от дворовых хулиганов защитить, но всё это – для слабых. А мы росли, и очень хотели быть сильными... И жить своим умом и своими силами.

Когда человек взрослеет, на место эмоций приходит здравый рассудок, и его приговор однозначен: лучше своя маленькая квартирка, чем койка в прихожей в огромной коммуналке.

Какой там, по последней социологии, процент желающих вернуться обратно в СССР или вступить в Россию? 11%? 20%? Не помню точно, если честно. Помню лишь, что – категорическое меньшинство. А тогда, в начале-середине 90-х было такое же категоричное большинство.

Мы взрослеем, друзья, неуклонно, стремительно, несмотря ни на что – взрослеем! И становимся достойны своей независимости.

Независимость – это ведь ценность только для взрослых и самодостаточных людей. И наций.

МВД в роли самостоятельной карательной организации 29.08.2011

Иногда, чтобы стала очевидной суть вещей, приходится пристально вглядываться в детали.

Мы давно привыкли за всеми кознями режима просматривать руку КГБ. Конечно, мы представляем, что в Беларуси предостаточно и других карательных структур. Собственно говоря, все госучреждения нашей страны сегодня могут выступать в роли карателей: от учреждений образования до военкоматов и налоговых инспекций.

Однако всех их мы привыкли воспринимать как "пособников" диктатуры, оставляя в своём сознании нишу непосредственно "палачей" исключительно одной структуре. Надо заметить, что примерно так же, в роли "пособников", а не непосредственно палачей, играющих своё соло, мы привыкли воспринимать и структуры МВД. Которые, кстати, даже чисто по закону координируются в подобных делах госбезопасностью.

Ничуть не умаляя "заслуг" КГБ на поприще борьбы с инакомыслием и свободно мыслящими гражданами, хочу подробнее остановиться на роли и месте в репрессивной машине государства как раз милиции.

Сегодня в Гомеле будет суд над общественным активистом Игорем Случаком. Его забрали в пятницу вечером, будто бы он публично ругался матом, и до суда бросили в следственный изолятор.

Задержание Случака – это был лёгкий шок для любого знающего ситуацию человека. Дело в том, что Игорь – активист-одиночка. Долгое время он появлялся на страницах СМИ как человек, единолично ведущий кампанию "Справаводства па-беларуску": писал письма в государственные учреждения и требовал, чтобы ему отвечали на языке вопроса. То есть, по-белорусски.

Весь опыт оппозиционной и общественной деятельности говорит о том, что такие люди априори не воспринимаются властью всерьёз, как угроза. Режим воспринимает их, как безобидных чудаков, которые доставляют некоторый "геморрой". Правда, иногда их деятельность даже приносит властям пользу. Отвечая на их безобидные требования конструктивно, можно вполне изображать из себя приличных людей, в ущерб имиджу "отомороженной" власти, который всё больше ширится даже среди обывателей.

Какой смысл сажать такого "на сутки"? Эту меру, мы все хорошо знаем и понимаем, власть применяет только к людям, от кого ждёт для себя каких-то неприятностей: публичных выступлений, острой критики, организационных каких-то действий, способных куда-то подвигнуть пусть даже и небольшие, но массы. Но Случак, с его "Справаводствам па-беларуску"? Это смешно...

Смешно, если не вглядываться в детали.

Объясняя задержание активиста, независимые Интернет-СМИ поспешили сделать акцент на том, что на субботу он запланировал пресс-конференцию, на которой намеревался сделать публичный отчёт о кампании, которую уже, судя по всему, посчитал завершённой. Так что, его бросили в ИВС, чтобы не дать рассказать о том, как он писал чиновникам письма и требовал белорусскоязычного ответа?

На самом деле, такая трактовка мотивации властей – поверхностная и легкомысленная. Я специально делаю акцент на этом деле, потому что оно хорошо иллюстрирует одну достаточно занимательную тенденцию, которую нельзя обойти вниманием.

На субботней пресс-конференции, помимо рассказа о кампании "Справаводства па-беларуску", Игорь Случак запланировал ещё и обсуждение одного из вопросов "Народной программы" Движения "За Свободу!", а именно: "Вопросы реформы системы МВД: опыт соседей и вызовы для Беларуси". Именно ради этого были приглашены на встречу представители местных ОВД, а не для того, чтобы слушать про белорусское делопроизводство.

"Народная программа" – это такой проект общественной коалиции, куда входит много субъектов гражданского общества Беларуси, и который координируется Движением "За Свободу!". Кампания направлена на разработку консенсусной позитивной альтернативы для будущей Беларуси – в противовес существующему сегодня безграмотному мракобесию. В дискуссии принимают участие профильные эксперты, представители целевых групп, простые граждане, и, конечно же, приглашаются представители профильных ведомств.

Примечательно, что все мероприятия проекта проходят относительно гладко, и не встречают сопротивления со стороны властей. Видимо, режим относится к общественной дискуссии примерно так же, как и к "справаводству па-беларуску": пусть, мол, разговаривают и обсуждают что хотят, абы на улицы не ходили.

Все мероприятия проходят гладко, кроме одной темы. Да, именно этой: "Вопросы реформы системы МВД: опыт соседей и вызовы для Беларуси". Ещё в самом начале "Народной программы" соответствующий круглый стол был брутально разогнан в Минске. Тогда задержали семь человек, в том числе гражданку России, трёх граждан Украины (все иностранцы, видимо, как раз должны были участвовать с целью осветить опыт соседей), а также белорусские правозащитники: Олег Гулак ("Белорусский Хельсинский Комитет"), Людмила Исакова (Комитет помощи репрессированным "Солидарность"), экс-министр труда, социолог, Александр Соснов.

Многое становится понятным, если вглядываться в детали. В частности, эта история даёт нам право сделать следующие выводы.

Если все мероприятия "Народной программы" прошли гладко, а дискуссии, посвящённые реформированию МВД сорваны, причём сорваны жёстко, через аресты, это говорит только о том, что само МВД крайне не заинтересовано в общественной актуализации проблем его же реформирования.

Но даже не это главное.

Даже из общедоступных фактов мы имеем представление о сути взаимоотношений между КГБ и МВД. Больше чем уверен, что чекисты просто не стали бы заниматься таким делом, как "проучить Случака, чтобы не выпендривался". Мелковато, глуповато, да и касается это дело только ментов. Как говорится, их проблемы.

То есть, все эти срывы дискуссий "Народной программы" – дело рук сугубо структур и карателей МВД. А вот то, что они решаются на такие операции самостоятельно, уже говорит о многом. Потому что, чтобы такое провернуть, надо иметь в руках все рычаги влияния на другие механизмы репрессивной машины. Надо иметь возможность самостоятельно решать вопросы с судьями, надо вести собственную оперативную слежку за демократическими активистами, возможно даже – иметь свою агентуру.

А это, в свою очередь, свидетельствует о том, что в деле подавления инакомыслия, белорусское МВД играет свою собственную, сольную роль. Чаще всего интересы спецслужб совпадают, и они поют в унисон. Но, когда надо, менты могут и сами действовать. И имеют для этого все возможности и рычаги.

Казалось бы: ну и что? Для демократов это "открытие" практической пользы не имеет. Их как сажали, так и будут сажать. И, по большому счёту, нет разницы, кто именно это делает.

Да, для сегодняшнего дня это не имеет никакого значения. Но для будущей Беларуси – имеет, и большое. Как минимум, на уровне понимания:

а) Реформа МВД действительно назрела и необходима. Точно также, как и реформа КГБ. Ни одна силовая структура не может быть полностью закрытой, и не может иметь признаки карательной структуры;

б) После смены власти деятельность МВД должна быть подвержена на менее жёсткой ревизии, нежели деятельность КГБ. Относиться к ним в стиле "они же просто выполняли приказ" – верх легкомыслия

В общем, как говорится, берём на заметку...

Единственный путь приблизить перемены 23.08.2011

Утреннее прочтение новостей не порадовало: очередная акция "Стоп-бензин" провалилась.

Ну, конечно, как посмотреть. Артём Шарков вот говорит, что не провалилась, потому, что власть предприняла серьёзные меры /своей/ безопасности. С этой точки зрения – да. Но, с другой точки зрения, любая акция протеста предполагает наличие собственно протестующих, в случае же, если их, как вчера, нет, то нет и акции. К слову, власть ведь пустыми площадями не изменишь.

Перед белорусами, жаждущими перемен, снова во всей своей красе встают вопросы, типа "И что теперь делать?" или "Ну почему этот народ такой пассивный?". Потому что, вот РЧСС "завалилась", "Стоп-бензин" сдулась по тихому, на "Народный Сход" и вовсе, несмотря на всю медийность, надежды мало... А в стране – кризис, а в стране – молчаливый протест /на каждой кухне/, в стране, вроде как, все ждут перемен.

Что до меня, то лично я не вижу никаких сюрпризов. Не вижу и трагедий никаких.

Разочарование сейчас постигает тех, кто по горячности своей думал, что, вот, пришёл экономический кризис, и власть теперь рухнет за несколько месяцев.

Система, которая создавалась 17 лет, держится не только на каком-то уровне бытового благополучия, но на совокупности факторов. Ожидать действительно серьёзных народных сдвигов, даже чисто в теории, можно под влиянием таких вещей, как

1) Существенное ухудшение уровня жизни, практически обнищание;

2) Сдвиг в общественном сознании в пользу определённого ценностного выбора (свобода, права, уважение, честь и гордость вместо рабства, унижения и беспомощности, например).

Ни секунды не сомневаюсь, и никогда не сомневался, что в Беларуси чисто "экономическая" революция невозможна. Да, кстати, и не нужна особо. Ещё несколько лет назад в дебатах со сторожилами гомельской оппозиции, уповавшими на то, что придёт кризис с "Лука слетит", я неоднократно говорил, что экономическая составляющая должна быть детонатором, но сама по себе смена власти должна иметь другую мотивацию, да и возможна только при другой мотивации. Сейчас, по прошествии времени, мои слова подтверждаются.

Почему заглохли все спонтанные протесты, вызванные резким ухудшением уровня жизни? Да просто потому, что у белорусов начался период адаптации и привыкания. Этот период может, кстати, длиться годами, если не десятилетиями, и лишь накапливать раздражение в обществе. Но не факт, что это раздражение будет выливаться в политическую плоскость. Оно может канализироваться в бытовых вопросах (хамство, злоба, падение нравственного и культурного уровня, рост криминала и пьянства, наркомании и т. д.). Давайте вспомним закат СССР: экономическая стагнация длилась десятилетие, и лишь совокупность факторов привела к падению державы.

Рассчитывать на то, что в Беларуси экономический кризис может сыграть решающую роль, как минимум – наивно. Большинство всегда может и умеет адаптироваться к бытовым трудностям, стравливая недовольство в альтернативные политике сферы. Кстати, ведь и такую форму, как "экономический протест", тоже никто не отменял: история знает множество истинно народных движений, чьи требования ограничивались чисто экономическими вопросами и не могли привести к смене устоев.

Поэтому происходящее сейчас в Беларуси – достаточно закономерно. Был период первого шока, и был момент стихийных выступлений, которые были обусловлены, скорее всего, именно шоковой реакцией на происходящее. В самом деле: получать сегодня зарплату в $500, а завтра – $250 – больно... Но в настоящий момент люди поостыли. Включились другие рефлексивные центры, иные мотивации.

Означает ли это, что мы, как и при СССР, обречены теперь ждать не менее 10-ти лет, пока экономическая стагнация не приведёт к стагнации самое системы, которая проржавеет и, в конце концов, рухнет сама?

Ни в коем случае – нет!

Как я писал уже выше, действительно глобальные общественные изменения могут быть лишь при условии изменения парадигмы ценностей в обществе, либо при глобальном экономическом коллапсе.

Уникальность Беларуси в том, что чисто экономические мотивы здесь не сработают. По историческим причинам. Так уж повелось, что белорусы привыкли переживать и не такие трудности.

Уверен, что качественное изменение ситуации в нашей стране возможно лишь при стечении комплекса факторов, а именно, в первую очередь – именно этих двух: ценностного и экономического. При этом экономическому кризису имеет смысл отдать роль именно детонатора, на тот момент, когда общее недовольство действиями властей во всех сферах жизни достигнет критического уровня.

Надо быть готовыми к тому, что система, которая строилась 17 лет, кропотливо и усердно, с направлением в неё всего государственного ресурса, не может рухнуть одномоментно. Надо сосредоточиться на том, чтобы кропотливо и тщательно менять мировоззрение белорусов на происходящее, повышать уровень ответственности людей за своё будущее и будущее своих детей.

Гражданское образование, информирование, дискуссии, организационная работа, приводящая к консолидации малых и средних групп, локальные акции протеста с глобальным освещением, вовлечение новых активных людей, установление контактов с бизнесом, чиновниками и силовиками (начиная от рядовых) – это лишь некоторые из действий, которые именно сейчас должны делаться наиболее ответственными и активными людьми. Кто не знает, с чего начать, может находить "центры притяжения" у себя на местности, устанавливать контакты, втягиваться в эту, общественную, по сути, работу, с тем, чтобы быть частью одного, нового белорусского общества, которое очень скоро вытеснит старую реальность, как неактуальную. Другого пути, кроме такой, гражданской, подготовительной работы – нет. Вилами танк не подобьёшь, и спонтанными акциями протеста серьёзную систему не свергнешь.

Можно возразить, мол, вся такая работа проводилась уже давно, многими людьми и организациями, а сейчас, дескать, пришёл момент активно действовать.

Я на это могу ответить лишь следующее. Все предыдущие годы белорусы жили в позе страуса: зарыв голову в песок. Ни одна работа не достигала в полной мере своих адресатов, просто потому, что большинству не была интересна: позитивная динамика роста, удовлетворение первичных амбиций и потребностей убаюкивали и расслабляли.

Сегодня для страны совершенно уникальный момент. Пусть – люди оказались до конца не готовыми решительно протестовать. Зато в обществе резко вырос спрос на альтернативную информацию, на экспертные оцени и мнения, на предложение альтернатив, на возможности для социализации, консолидации, Солидарности. Кризис не смог пока смести эту власть, но он смог разжечь у белорусов интерес к новому, потребность в переменах, искру движения поиск перспектив.

Так рождается наше новое общество: если сейчас этот спрос будет удовлетворяться, власти Лукашенко конец может придти очень скоро, уже года через два. Потому что, при такой общественной активности и заинтересованности, которую сейчас, под влиянием кризиса, демонстрируют белорусы, уже через это время в стране возникнет новая реальность, и в ней просто не будет места устаревшей недо-советской системе.

Если же мы и дальше будем уповать на то, что сможем спонтанными акциями самых просвещённых сломить режим, не втягивая в нашу орбиту непросвещённых, то это, уверен, путь к тотальному разочарованию. Большие победы начинаются с малых успехов, а сегодня малые успехи, это увеличение тиражей листовок и аудиторий сайтов, рост численности локальных групп и он-лайн сообществ, появление альтернатив и интеллектуальных дискуссий. И через эти маленькие достижения можно придти к большому успеху. А попытки с налёта взять неприступную крепость малыми силами лишь будут приводить к таянию этих и без того малых сил.

PS Движение "За Свободу!", Гражданская инициатива "Гомельский Демократический Форум", в которых я работаю в границах Гомельской области, постоянно реализует несколько проектов, направленных на повышение информированности людей, их знаний и уровня ответственности, на вовлечение новых активистов в общественную жизнь.

Если Вы, прочитав статью, согласны с автором – присоединяйтесь. Убеждён, что только так мы приблизим перемены!

Ищите меня

в Twitter: @pkuznetsoff

"ВКонтакте": id7082016

"Facebook": id=100001544978175

УРА!!! 15.08.2011

Когда-то мне довелось услышать одну из версий происхождения слова "ура". Весьма спорно, но вспомнить стоит. По одной из версий, слово "Ура!" (наверное, именно так: с большой буквы и с восклицательным знаком) с языка одного из древних плёмен, населявших наше безграничное славянское пространство, переводилось как "мясо".

Сомневаюсь, что это правда, но живо себе представляю: увидь кто-нибудь сейчас прилавки, полные мяса, в нашей стране торжествующего экономического чуда, точно мог бы с полным основание кричать "Ура!". И, да, именно так: с большой буквы и с восклицательным знаком.

Кто виноват в том, что столь нужный продукт вдруг, в одночасье, исчез с прилавков?

На обывательском уровне нам твердят: русские. Вот такая вот, восточная саранча, слетелась из своей Московии, и скупила всех наших свиней. Не всегда на экологически чистых кормах выращенных. И с криками "Ура!", небось.

Что до меня, то мне такая постановка проблемы кажется столь же инвалидной, сколь инвалидной всю жизнь казалось наше, не побоюсь этого слова, экономическое "чудо".

Я вот вспоминаю совсем недавние времена, когда в близкой и где-то родной нам Украине всё было тотально дешевле, причём дешевле – в разы. Ну, и мясо в том числе. По статистике, в то героическое время, из 1,5 млн. (примерно) жителей Гомельской области, примерно один миллион хотя бы раз в год выезжал в Чернигов на шопинг. Из всей Беларуси тоже ехали, но из Гомельской области – вот так. 2/3.

Вне зависимости от времени года, погоды и настроения ТНП, с утра в субботу и воскресенье на границах всегда были огромные очереди на выезд из Беларуси, а по вечерам – аналогичные очереди, из тех же самых машин – на въезд. В Беларусь, соответственно. Стабильно, как всё в нашей стране.

Я специально никогда не ездил, но нелёгкая частенько заносила меня в сопредельную по своим делам, и, конечно же, грех было, возвращаясь домой, не пробежаться по магазинам. Чем и пользовался.

Так вот, я почему-то не помню в новейшей истории Чернигова ни одного случая, когда бы этот небольшой город поразил тотальный дефицит хоть какого-нибудь продукта. Ну – не было такого. И басенок о "северной саранче", скупающей тушки бройлера, тоже не было. И ограничений на вывоз – не было, и нет.

Мы же столько лет гордились мощью нашего сельского хозяйства, а, как гром грянул, так и перекреститься не успели, и уже без пяти минут – голодаем. Я не знаю, если мерить эффективность сельского хозяйства способностью поглощать и проедать ресурсы, наверное, мы действительно впереди планеты всей. Проблема только в том, что задача села – не прожирать, а, как раз наоборот – кормить. Кормить, между прочим, не одних нас: не зря же Лукашенко называл сельхозпродукцию "нашей нефтью". Рассчитывал, небось, на многое...

На самом деле, социализм, хоть с человеческим лицом, хоть с нечеловеческим, всегда одерживает триумф. Но триумф этот – над собственным потребителем.

Если украинская экономика радовалась покупателям, ибо это повышало экспорт, давало стране лишние деньги и рабочие места, то такая экономика, как наша, не радуется никому. Ибо она просто не в состоянии удовлетворять спрос. Она сколько запрограммирована, столько и произведёт. Ни рогом, ни копытом больше.

И финал такого триумфа тоже – всегда один. Я вспоминаю конец СССР. Тогда в продаже не было ничего, зато на руках у населения было много денег. Потом СССР не стало, и в первые же годы товар начал появляться. Только людям он был уже не по карману. Такой вот триумф над потребителем: так, чтобы были и деньги, и товар, и всё это счастье одновременно – так просто не бывает.

Наш премьер-министр Мясникович вот говорит: решим проблему и будет мясо. И решим её, мол-де, очень просто. Потихонечку поднимем цены до уровня российских, и не будет у восточных соблазна ездить за нашим мясцом. При этом, заметили все, о повышении зарплат речи не идёт. О чём это он?

Он о том, что сейчас, как в конце 80-х, товара нет, но есть деньги. А условно завтра – товар будет, но будет по такой цене, что будешь своими деньгами слюни и слёзы утирать. И не утрёшься. Всё это мы уже видели. Для проведения прямых исторических аналогий не обязательно быть президентом-историком.

Что же теперь делать?...

Да ничего, в общем-то... Кричать: "Ура!". Мы жеж за социализм всё время голосовали... За стабильность.

УРА!!!

"РЧСС": что в лоб, что по лбу – всё едино? 15.07.2011

Аналитики и политологи, по итогам вчерашней акции "Революции через социальные сети", в один голос говорят примерно следующее: "Это начало конца". Пускай разными словами, но суть остаётся одной: перспектив у кампании нет.

Долгое время в своих публикациях и комментариях я придерживался прямо противоположной точки зрения, доказывая (насколько мог – аргументировано), что движение ещё себя покажет и имеет огромный потенциал.

Однако сегодня пессимизм затронул и меня. И я попробую показать, в чём же дело.

Ещё две недели назад я писал, что формат акций надо менять, иначе движение выродится, и о нём забудут все. А кто не забудет, будет вспоминать лишь с разочарованием.

Дело просто в том, что власть нашла тактику, которая позволяет ей достаточно эффективно сбивать волну роста числа протестующих. Если коротко, то суть заключается в следующем.

Рост волны протестов в геометрической прогрессии ведёт к формированию той самой "критической массы" недовольных, которая заставляет силовые структуры воздерживаться от применения физической силы (ибо появляется неуверенность в завтрашнем дне и терзает вопрос: "А что, если я сегодня буду с ними драться, а завтра они всё равно придут к власти?"), что приводит к победе народа над диктатурой.

Однако формирование такой критической массы – вопрос не одного дня и даже не двух. Если проанализировать, как это происходило в разные времена в разных странах, то можно выделить "три кита", на которых и строится этот процесс. А именно:

– знать: люди должны знать, ЗА кого они или ПРОТИВ кого они;

– видеть: люди должны увидеть, что их много и

– верить: люди, увидев, как их много (большинство) должны поверить в то, что победа близка.

Тогда они выходят на Площадь и стоят там до конца.

Перечисленные факторы – чисто психологические, но не организационные. Скорее всего, именно из них и складывается то самое избавление от страха и неверия в свои силы, которыми поражены все общества, долгое время находившиеся под гнётом авторитаризма либо диктатуры и сохранявшие в силу этого известную пассивность.

Когда началась "Революция через социальные сети", после первых акций процесс пошёл действительно по нарастающей, и очень было похоже на то, что все перечисленные этапы избавления белорусов от психологических страхов и комплексов перед властью будут удачно пройдены.

Однако власть тоже не спала в шапку и придумала-таки противодействие.

Надо сказать, что белорусы, в большинстве своём (не менее 2/3 по последним социологическим исследованиям) уже прошли первый этап "Знать" и чётко представляют, что мешает стране развиваться: власть Александра Лукашенко. Осталось действительно воочию убедиться, что таких – большинство, поверить в свои (большинства) силы и выйти на "последний и решающий".

Сутью тактики организаторов "РЧСС" стали постоянные собрания. Надо сказать, что собрания действительно могут великолепно демонстрировать численность недовольных, укрепляя, таким образом, через визуализацию, их веру в успех и стимулируя к более решительным действиям. И в этом – одна из миссий акций протеста, и потому диктатура так решительно борется всю свою историю с митингами, шествиями и т. д.

Однако надо помнить и ёще об одной важной миссии собраний. Если на первом этапе они должны выполнять функцию визуализации количества недовольных, то, в конечном итоге, именно собрание людей – массовый выход на улицы – должно свергнуть диктатуру.

В этом, очевидно, и состоял замысел организаторов: от акции к акции протестующих должно становиться всё больше, и, в конце концов, должны пройти одна бессрочная акция, которая сметёт режим Лукашенко. Когда накопится критическая масса.

Проблема "Революции через социальные сети" в том, что власть не стала сидеть сложа руки, а взялась активно противодействовать. Она не могла применить силу массово против мирных граждан, когда они собирались на площадях – площади перекрыли. Поток людей рассеяли и расконцентрировали. Против более мелких и локальных групп стали применять тактику чрезвычайно жёстких задержаний. К чему это привело?

Это привело к тому, что исчезла видимая масса протестующих. Люди перестали ВИДЕТЬ как их много, следовательно, существенно поколебалась ВЕРА, которая только-только начала зарождаться. На акции ходит всё меньше и меньше людей, да, наверное, новых участников в течение последних двух сред уже и не было. А ряды тех, кто ходил постоянно, изрядно потрепали "сутками".

Кроме того, важно ещё и учитывать такой фактор, как психологическая усталость. Ходить на акции раз в неделю интересно, когда есть динамика, когда есть "драйв". А когда ты приходишь, а площадь перекрыта, надо искать и думать, что делать и куда идти, а, в конце концов, тебя ещё и арестовывают – это очень скоро надоедает. Смысла не видно. Если же случается такое, как в неделю с 29 июня по 6 июля, когда за 7 дней надо идти три раза (как на некоторые рабочие места, прямо), а эффект от этого всё тот же – тут и говорить не о чем.

Так неужели же власть, переиграв оппонентов тактически (создав условия, когда невозможно УВИДЕТЬ количество недовольных и, соответственно, ПОВЕРИТЬ в конечный успех), переиграла их и стратегически, нивелировав такие важные козыри, как использование новых технологий, в которых спецслужбы априори проигрывают гражданскому обществу, а также – тотальную непопулярность Лукашенко и рост протестных настроений, ростки самоорганизации?

Неужели нет и не может быть путей выхода из этого тупика?

Думаю, что есть. Но тут важно понимать суть происходящего и уметь на неё реагировать.

Если говорить о формате акции "по нарастающей", то мы видим, что постепенные и стабильные собрания, до того момента, как сформируется "критическая масса" протестующих, в этом сценарии играют одну лишь роль: мобилизационную.

Они призваны показать белорусам, что их, недовольных, большинство, и, тем самым, заставить поверить в собственные силы и в определённый момент выйти на площадь, чтобы разойтись оттуда уже при новой власти.

Последнее, самое важное собрание, может состояться даже если не будет этих предварительных, по средам, но при условии, что "критическая масса" сформируется и сама цель "Показать недовольным, как их много и заставить поверить в свои силы" будет выполнена.

Обязательно ли это может быть сделано только через регулярные собрания?

Сегодняшняя ситуация апатии большинства людей, подрыва веры в результативность еженедельных собраний, и контрмер властей, легко просчитывалась ещё на начальных этапах. Сразу после 3-го июля я, например, писал, что такие кампании надо заканчивать на пике, чтобы не доводить до разочарования и медленного удушения активности, ибо это приведёт лишь к потере сторонников и актива. В связи с этим не только я, но и многие другие думающие люди говорили о том, что формат акции надо менять.

Потому что против регулярных собраний власть нашла противоядие, и теперь они работают не на формирование "критической массы", а, наоборот – против, вызывая всё большее разочарование.

Говорили-говорили про необходимость изменения формата, и договорились... "Организаторы" решились и... "сменили" формат. Вместо одной встречи теперь в Минске проходит много встреч. Вместо встречи на одном месте в, например, Гомеле, она назначена на другое место.

Разве это – качественное изменение формата? Разве непонятно, что, если власти научились противодействовать собранию в одном месте, то точно также сделают это и в отношении собрания в другом?

Качественно менять формат надо полностью! Если встречи больше не прокатывают, учитывайте свои стратегические козыри, такие, как рассеянность и тотальность протестов, современные средства коммуникации и готовность людей протестовать без политических лозунгов (что сковывает действия власти, либо, наоборот: если не сковывает, то подталкивает действовать брутально в том числе и против случайных людей, расширяя круг недовольных) и придумывайте что-то совсем новое, к чему режим не будет готов. Но не встречи, которые легко рассеиваются!

Это может быть любое действие, которое, повторюсь, будет содействовать достижению предварительных целей: визуализировать численность недовольных и, таким образом, заставить их поверить в свои силы.

Прямо сейчас, из головы, пример: в Украине 2004 года именно такие цели были достигнуты через повальное ношение людьми оранжевого цвета. Ленточки, шарфики, предметы одежды.

Люди видели, как их много, получали заряд позитивных эмоций, встречая "оранжевых" на улицах, и с каждым днём всё больше и больше верили в свои силы.

Пусть бы это не были ленточки – приравняют к символике. Пусть бы недовольные надевали, например, зелёные майки, рубашки, свитера, джинсы. Пусть бы ходили в таких цветах, или любых других. Но на каждой улице каждый недовольный видел бы своих единомышленников, верил бы, и "зрел". Так достигалась бы визуализация, которая пришла бы на смену регулярным собраниям.

И тогда по осени, когда многие справедливо ожидают роста протестных настроений, в Беларуси было бы уже другое общество: консолидированное вокруг идеи перемен, знающая свою численность и массовость, верящее в окончательную победу!

Что, власть запретила бы продавать зелёные майки? Абсурд чистейшей воды. Смогла бы арестовать всех в зелёных майках? Ну-ну... Небось, и кого-нибудь из госорганов бы прихватили.

Это могло бы быть любое другое действие, позволяющее любому гражданину, через систему условных знаков демонстрировать всем вокруг свою гражданскую позицию. Эта система знаков могла бы быть и должна была бы быть совершенно на первый взгляд невинной. Но такие действия полностью заменили бы регулярные собрания и поставили бы власть в полнейший тупик. Из которого она бы, если бы и выбралась, то с ещё большими потерями.

Но тут самое время вернуться к тому, с чего я начинал эту статью... Необходимость сменить формат "организаторы", судя по последним действиям, восприняли чересчур линейно и упрощённо: сменили места.

Я искренне надеюсь, что разум всё же возьмёт верх, и, на место механической реализации однажды придуманного сценария по принципу "что в лоб, что по лбу – всё едино", придёт понимание происходящего, в том числе и смысла каждого действия, и соответствующая гибкость.

И тогда будет смысл продолжать эту тему.

Но пока – как есть, так есть. И это вызывает разочарование.

''Революция через социальную сеть'': власть – статист? 23.06.2011

Кампания (назову это именно так, потому что формат "акции" уже явно остался в прошлом: теперь это именно кампания, как серия взаимосвязанных мероприятий) "Революция через социальные сети" в самом разгаре. Ещё много встреч, подобных вчерашней, предстоят.

Однако уже сейчас видны некоторые тенденции, о которых хотелось бы сказать. И говорить о них необходимо, потому что кампания создаёт в Беларуси качественно новую ситуацию, которой не было все 17 лет правления Лукашенко: политическая инициатива, наконец-то, реально перешла к оппонентам режима. Собственно говоря, к главному его оппоненту: к народу.

Поразительно, но факт: хотели того организаторы или нет, но формат их "Революции" включает в себя практически все те важнейшие стратегические компоненты, которых чрезвычайно не хватало традиционной оппозиции при организации своих мероприятий и акций.

Что это за компоненты, как они влияют на процесс и какие имеют перспективы? Попробую пояснить.



У ВЛАСТИ НЕТ И НЕ МОЖЕТ БЫТЬ СВОЕГО СЦЕНАРИЯ


Сегодня нет никаких оснований сомневаться, что все последние политические кампании, проходящие по календарю, власть режиссировала по собственному сценарию. Собственно говоря, самый яркий пример: площадь – 2010. Даже говоря о "развязке" в памяти всплывает слишком много моментов, позволяющих утверждать, что оппозиционные силы на ней были лишь статистами. Если же анализировать весь предвыборный период (а предстоящая избирательная кампания, как известно, начинается на следующий день после завершения предыдущей), то есть, примерно с 2007 года, то налицо все признаки манипуляций: и дискредитация наиболее неугодных фигур, содействие "правильной" расстановке сил, вывод силами спецслужб и денег на ведущие роли своих людей, и, в итоге, реализация вожделенного сценария.

Однако в случае с "Молчаливой революцией" власть поставлена в совершенно иные условия. Здесь нет её сценария, и, в принципе, не может быть. Протест возник, по сути, спонтанно, не "по календарю", к нему не было возможности подготовиться. Выраженных лидеров нет, есть организаторы. На их команду практически невозможно влиять (как представляется сегодня) по ряду объективных причин. А протестующие – сам народ. Весь народ агентами влияния не нашпигуешь. Да и линии чёткой, которую могли бы проводить сегодня эти агенты, просто нет. Опять же, не было календарной даты, к которой был бы разработан манипулятивный сценарий.

Сам по себе формат "Революции" таков, что не позволяет реагировать на него одним из традиционных, разработанных на все случаи жизни и шаблонных алгоритмов поведения. Например, брутальный разгон с избиениями. Можно ли бросить спецназ избивать всех подряд в центре города? Теоретически можно, конечно, но это будет означать начало войны против собственного народа, а не "оппозиционно настроенных граждан": кто его знает, сколько "своих" будет задето, и что завтра эти бывшие "свои" выкинут в ответ?

Поэтому власть оказывается сегодня в положении статиста. Из всех политических кампаний и ситуаций она привыкла извлекать свою выгоду. Но в данном случае не только выгоду извлечь невозможно, непонятно даже просто: как это остановить, пресечь, запретить, в конце концов?



"АТАКА ВЕЕРОМ"


Как представитель регионов (живу в Гомеле и работаю, в основном, на Гомельскую область), я неоднократно писал и говорил в различных аудиториях о том, что провести успешную национальную кампанию невозможно, сосредотачивая всю активность в Минске. Минск, конечно, столица и всё такое, однако он – столица целой страны. Страны, что немаловажно, достаточно компактной.

После 19 декабря 2010 года политолог Суздальцев писал, что в таких условиях сверхзадача для диктатуры состоит в том, чтобы собрать всех недовольных в одном месте, зафиксировать, и, впоследствии, чётко представлять себе все очаги недовольства и активности в обществе. Чтобы пресекать, вести превентивную работу, давить на корню.

Не поэтому ли, кстати, появились догадки о том, что власть всеми силами (косвенно, конечно, не могла же она делать это напрямую) способствовала "раскрутке" идеи Площади? Невозможно утверждать, но предостаточно оснований ПРЕДПОЛАГАТЬ, что так и было. Достаточно лишь вспомнить о том, как Лукашенко имитировал свой страх перед площадью, буквально скандируя: "Плошча! Плошча!". Уж очень это было похоже на простенькую хитрость в стиле Братца Кролика: "Делай со мной, что хочешь, только не бросай меня в терновый куст!".

А картинка, взбудоражившая весь байнет днём 19-го декабря? Власть неожиданно привезла на Октябрьскую площадь биотуалеты и даже их начала устанавливать. После того, как в 2006-м коммунальщики заваривали канализационные люки, чтобы протестующие не могли оправиться и бегали во дворы (где их поджидал ОМОН), это выглядело и вовсе приманкой: "Силового сценария не будет".

Хочется сказать ещё об одном моменте. Власть очень долго готовилась к Площади, и, безусловно, она прошла по её сценарию: народ пошёл туда, куда позвали провокаторы. Провокаторы там же били стёкла, и там же, на площади Независимости, которая является, по сути, каменным мешком, были сосредоточены основные силы спецназа для разгона. Сидели по автозакам и автобусам сутки: без еды и туалета (в презерватив): точь-в-точь, как собак злят перед охотой. Значит, охоту эту кто-то так и планировал, значит, именно так и было задумано.

Спецназ, стянутый на "охоту", на разгон со всей страны. И одна Площадь на всю страну. Не похоже ли это на специально продуманную операцию "прививка против протестов": собрать всех в одном месте (недовольных и силовиков), и "дать по башке" недовольным. "Выбить дурь". Чтоб больше не совались. Чтобы надолго запомнили. А заодно и переписать...

Так это задумывалось или не так, историки, после открытия архивов, разберутся. Однако налицо один важный факт: для того, чтобы максимально эффективно подавить протесты, надо столкнуть лбами всех протестующих со всеми (подготовленными, экипированными) имеющимися в распоряжении силовиками. Специально или нет, но так и случилось на Площади-2010.

К чему я это всё? А вот к чему.

"Революция через социальную сеть" имеет ещё и то неоспоримое преимущество, что она не позволяет власти концентрировать все свои силовые ресурсы на одном направлении. Если происходит традиционная акция оппозиции в Минске, туда свозят спецназ со всей республики. Если протесты будут проходить во всех городах, то Минск вынужден будет довольствоваться своим ОМОНом, Брест – своим, Гродно – своим, а, например, Вилейка – и вовсе своими ППС да участковыми.

И пускай сегодня ещё этих сил на местах хватает. Но если через месяц людей будет выходить уже в несколько раз больше, то для растянутой по всей стране милиции станет просто невозможно проводить массовые задержания: сил на местах, чтобы рассекать толпу, изолировать отдельные очаги и проводить задержания, не будет хватать.

Очень, кстати, интересный момент. Вот вчера по всей стране проходили задержания, а в Гомеле – нет. Будучи на акции, я насчитал всего 8 спецназовцев, расхаживающих взад-вперёд. Те, кто пришёл раньше, говорили: сначала они цеплялись к людям, пока их было мало, но когда собралась толпа, перестали. Это стало невозможным и бессмысленным.

Очень показательный пример в этом контексте – уже почти традиционное задержание на пути к площади меня. Неделю назад меня "тормознули" на проспекте Ленина и доставили в уголовный розыск. Но тогда я шёл пешком: задержание проводила милиция, ту всё было проще. Вчера было намного веселее: ехали на машине. ГАИ машину остановило и тут же по рации кому-то доложили: "Машина N... задержана", после чего приступили к проверке документов.

"Прикол" ситуации заключался в том, что останавливала нас именно ГАИ, а я был в машине – пассажир. Гаишников, по долгу службы, уж так повелось (тем более, я так понял, о сути операции их не оповестили), интересует именно водитель. Пока они проверяли у него документы, я вышел из машины и спокойно дошёл до площади. Они на меня даже внимания не обращали. А потом, как рассказал мне водитель, прибежали уже менты: "Где пассажир?". Нет пассажира...

Это, по-моему, очень красноречивый пример: чтобы удержать ситуацию уже даже сейчас не хватает тех людей, которые эту ситуацию (с их стороны) знают и понимают. Приходится прибегать к помощи ГАИ, например, которое может допускать такие "ляпы". А к каждому посту ГАИ по "знающему" человеку приставить – уже "знающих" не хватает...

Не означает ли это, что основная масса гомельских "профильных" силовиков (включая ОМОН) вчера была в Минске, на, так сказать, "усилении"? Вполне может быть. Если так, то в следующую среду мы, скорее всего, увидим задержания в Гомеле, но не увидим в каком-нибудь другом областном центре, например, в Бресте или Могилёве: тамошние спецназовцы будут в Минске.

Власть вынуждена будет, что называется, "оголять" тылы. Это похоже на Тришкин кафтан: тут зашили – там прохудилось. И, когда людей на акциях станет критически много, ситуация просто выйдет из-под контроля и силовики окажутся не силах (такой вот парадокс), на неё влиять.

"Когда людей на акциях станет критически много". Хочу сказать, что именно благодаря такой стратегии (максимальное расширение географии, как разворачивание линии фронта с целью растянуть ограниченные силы противника) их и может стать "критически много".

Если объявлять национальную акцию в столице, то количество приезжих на ней вряд ли когда-нибудь превысит 10%, по крайней мере, в первый день. Потому что власти могут закрыть Минск, ограничить железнодорожные перевозки. У людей есть свои дела, может быть недостаточно финансов – да куча причин. И, в конечном итоге, удачное начало (первый день) революции целиком зависит от минчан: сколько их соберётся. Но звать туда регионалов, это значит "отсекать" их протестный потенциал. Максимум, использовать 10%.

Если же каждый сможет протестовать в своём городе, то число протестующих, соответственно, вырастает в разы, начинается цепная реакция, и у власти не хватает силовых ресурсов для удержания ситуации под своим контролем.

Поэтому, если коротко, то вывод таков: максимальная география протестов – хотя и банальный, но впервые применённый в борьбе с Лукашенко стратегический ход, является чрезвычайно важным, эффективным и перспективным.

"С ВИЛАМИ НА ТАНК"

Наряду со стратегической слабостью власти в сегодняшней ситуации (отсутствие своего сценария), мы можем сейчас наблюдать ещё одну важную тенденцию: перед новыми инструментами общественных отношений, такими, как социальные сети, власти оказываются совершенно безоружными.

Традиционная стратегия любой диктатуры состоит в том, чтобы "разделять и властвовать". Каждый человек, если он один, и не общается с единомышленниками, не знает, как их много, слаб. Это азбука. И, когда все социальные связи ограничивались общественными организациями, СМИ и политическими партиями, властям было очень легко регулировать этот процесс.

А вот за глобализацией таких отношений и за последовавшей социализацией граждан через новые технологии власти уже совершенно не успели. И сегодня их попытки противостоять народному сопротивлению напоминают попытки вилами остановить танк: адекватных инструментов в руках у них нет.

Опять же, из личного опыта, приведу простейший пример. Две акции подряд (прошлую и вчерашнюю) местные силовые службы предпринимают попытки не допустить меня, как местного оппозиционного активиста, на площадь. В прошлую среду задержали, в этот раз сорвалось – ГАИ "недоработало". Но важно не это. Важен сам факт: как власти пытаются пресечь общественную активность.

Выглядит, предполагаю, это примерно следующим образом. Собрались в кабинетах чины: что делать? Уставились в список местных оппозиционеров: так, кто у нас тут из "отмоорозков" в социальных сетях активничает? Ах, вот этот: его задержать, и, глядишь, утрясётся!

Ан нет, не утрясётся. Даже если они и понимают, что суть народных протестов не в том, что есть "дурно влияющая оппозиция", а в том, что, во-первых, достало, и, во-вторых, появились инструменты, которые позволяют обходиться без вожаков (по крайней мере, в такой ситуации), они ничего не могут сделать: влиять на умы людей через новые возможности они просто не умеют.

Или другой пример их "активности": кого засняли на видео на акции, опознали, к тому приходят, начинают пугать, мол, не ходи! Да ладно, ну запугают сегодня того, кто был вчера на площади, но ведь в следующий раз придёт на его место с десяток новых! КГБ хочет ногами своих сотрудников обогнать общение людей через всемирную сеть? Интересно, надолго ли хватит их энтузиазма?...

***

Подытоживая всё вышесказанное, могу сказать следующее. После нескольких подряд проведённых акция в формате кампании "Революция через социальные сети" стали очевидными некоторые, чрезвычайно важные стратегические моменты.

Во-первых, власть к такому повороту событий не готова, не способна предложить (навязать?) свой сценарий, и поэтому находится в прострации, до сих пор не определившись со своей линией поведения. Это даёт обществу время на "раскачку" и приводит в народное движение всё больше людей.

Во-вторых, власть явно не обладает достаточными физическими ресурсами для подавления движения в масштабах всей страны, и это тоже – стратегический козырь недовольного народа.

И, в-третьих, используя современные средства коммуникации и социализации, организаторы акции поставили власть и спецслужбы в положение заранее проигрывающих: невозможно ногами сотрудников КГБ опередить молниеносное информационное воздействие Интернета.

Я далёк от эйфории и чрезвычайного оптимизма. И написанное вовсе не означает, что "Очень скоро всё станет ОК, власть рухнет сама". Потому что, и это надо понимать, у власти есть и свои козыри в рукавах.

И самый главный козырь в том, что, при определённых условиях, время будет работать на них. Если у зародившегося движения Сопротивления в какой-то момент затормозится динамика, не появится новых качественных предложений (а что делать после 3-го июля, если что-то не получится? – как пример), то могут появиться разочаровавшиеся, потом участие начнёт выходить из "моды" (а чего ходить, если толку опять нет?) и всё сойдёт на нет.

Но это – лишь возможные сценарии.

Сегодня инициатива на стороне людей. Власть имеет несколько серьёзных "пробоин" в своей линии обороны. А "Революция" – немало стратегических преимуществ.

И, как в любой борьбе, стоит видеть эти слабости и преимущества, и учитывать их, планируя дальнейшую деятельность.


чытаць іншыя навіны

Пётр Кузнецов