Между нами, девочками, или О гендерном равенстве 17.11.2015 40

(Вот о чем я говорила в своем выступлении на конференции женской сетки "Мара".)

От всей души благодарю тех, кто поддерживал меня на выборах.

Мое участие в избирательной кампании было в какой-то степени экспериментом. Когда мы начинали, то не были уверены, готово ли общество голосовать за женщину. Многие эксперты говорили, что нет, не готово. Дискуссии в СМИ по поводу моего участия в выборах только подтверждали этот тезис. Однако по итогу кампании можно смело утверждать: белорусские избиратели вполне благожелательно отнеслись к тому, что кандидат в президенты – женщина. Общество оказалось более толерантно, нежели о нем думали думали эксперты.

Ну что же, выборы прошли, надо идти дальше. И сегодня перед нами стоит очень важный вопрос: как работать с обществом дальше, как продвигать идеи гендерного равенства? В связи с этим я бы хотела отметить несколько моментов.

Во-первых, как мне кажется, в белорусском обществе женщины и так уже находятся на лидерских позициях (например, в семье или на работе), но зачастую сами этого не сознают, потому, даже занимая лидерский пост, ведут себя на нем как исполнители. Чтобы преодолеть такую «стеснительность», нужно расширять сферу образования, создавать проекты, где женщины-лидеры говорят о том, что это значит быть лидером и самой принимать решения (прекрасный пример: LADY.TUT.BY).

Во-вторых, если мы хотим, чтобы идеи гендерного равенства стали понятными и принятыми в обществе, мы должны найти язык, который понимают люди. Сегодняшний язык – это зачастую научная терминология с семинаров, которые проводят западные тренеры. Такие семинары, разумеется, нужны. Но когда мы говорим с людьми так, как говорим на семинарах, то они нас просто не понимают и не воспринимают. Поэтому нам нужно пользоваться тем словарем, которым пользуется простой человек, и опираться на примеры из жизни в Беларуси. Именно так мы поступали во время моей кампании и это позволило нам завоевать доверие избирателей. Наши материалы, наши семинары, наши блоги и интервью в прессе – всё должно быть написано, сказано простым языком.

В-третьих, мы должны сделать мужчин нашими союзниками. Мы не сможем объяснить обществу, в том числе и женщинам, чего мы добиваемся, если это будет восприниматься как противостояние женщин мужчинам. Сегодня очень часто именно так это и видится. Между тем, необходимо говорить о наших проблемах так, чтобы мужчины стали заинтересованной стороной в их решении.

Во время кампании я говорила о равной оплате труда. Если эту проблему поставить как проблему исключительно женщин, то она никогда не будет решена. Поэтому мы нашли другой подход – на встречах я говорила мужчинам: «Подумайте, равная оплата труда даст больше денег в ваши семьи». Так и по другим проблемам, даже когда они кажутся «женскими», нам надо находить способы, как подключать мужчин к их решению в качестве союзников. Для этого нужно проводить информационные семинары, кампании, которые будут продвигать этот «включающий» подход и показывать проблемы, о которых мы говорим в том числе и с точки зрения мужчин.

Итак, как же продвигать нашу повестку в обществе? Образовательные программы, побольше дискуссий в СМИ и на конференциях о женском лидерстве, работа в регионах. Все это вы знаете, и делаете. В следующем году появится еще одна возможность – парламентская кампания. Она может стать хорошим инструментом по продвижению наших идей. Её нужно использовать в трех направлениях.

Первое: настоять на том, чтобы все демократические кандидаты включили в свои предвыборные программы и, что важнее, листовки – пункт, связанный с «женской» тематикой. сформулировать его для них и провести переговоры с лидерами партий, движений и кандидатами лично.

Второе: становиться кандидатами самим, идти на выборы и продвигать нашу повестку. Я не буду дискутировать выборы или бойкот, для меня ответ однозначный: участие до конца. Мы с вами должны выступить единым фронтом, не важно пойдете вы сами по себе, от своей партии или с командой, которую поддерживаете.

И последнее: нужно становиться начальниками штабов у мужчин. Мы должны обучать женщин не только тому, как быть публичными персонами, но и тому, как управлять кампаниями и определять повестку кандидата, влиять на нее. Такой подход к выборам позволит нам стать более уверенными в себе, как организационно, так и тематически. Позволит поднять в обществе темы важные для нас и заставить власть реагировать.

В завершение моей речи я хотела бы пригласить вас всех в мой список «ТаК! За мирные перемены», кандидатами, начальниками штабов, членами команд. Этот список является внепартийным. Он объединяет не партии или движения, он объединяет граждан Республики Беларусь, которые хотят мирных перемен в нашей стране. Они могут состоять в разных партиях, НГО или быть беспартийными. Мы увидели силу работы такой команды во время моей кампании и уверены, что это путь, которым надо идти дальше. Объединять людей, а не организации. Тогда у нас получится избежать вечных склок, разборок, которые так раздражают простых людей и только отталкивают их от политики и от того, о чем мы говорим. Приглашаю вас быть вместе, быть солидарными. Вместе добиваться перемен. Только ТаК!

За 100 секунд о мирных переменах (видео) 30.06.2015 8

Подала в Мингорисполком заявку на проведение пикетов по привлечению граждан в мою инициативную группу. Во всей стране будет подано 40 заявок (часть уже отнесли в исполкомы, остальные завтра).

Надеюсь, избирательная кампания пройдет без лишних препятствий: "Тут не стой, там не ходи, туда не поворачивай!"

Ну что же, начинаем...




Замминистра труда: на «детей войны» денег нет 22.04.2015 4

Сходила на прием к замминистра труда и социальной защиты Валерию Ковалькову. Говорила о «детях войны» и «тунеядцах».

Про тунеядцев у нас теперь все знают, потому начну с первого.

Дело в следующем: мы убеждены, что необходимо принять закон о статусе «детей войны», который бы обеспечивал социальные льготы этой категории граждан. О ветеранах у нас заботятся, а вот дети войны – обычные пенсионеры, как будто бы их вовсе не коснулась война. В России и Украине такие законодательные акты приняты. Вот и мы предлагаем считать детьми войны всех граждан Беларуси, родившихся в с 1927 по 1945 гг., т.е. тех, кому на момент окончания войны не исполнилось 18 лет.

По мнению министра, такой закон не следует принимать по двум причинам.

Во-первых, это будет несправедливо по отношению к тем гражданам, которые родились после победы. Странная логика: не будем помогать одним, чтобы не обидеть других. Тогда давайте запретим усыновлять детей из приютов на том основании, что не все дети будут усыновлены.

Во-вторых, в государстве нет денег на дополнительную помощь этой категории граждан. В доказательство последнего замминистра привел пример с льготным проездом с мая по сентябрь в пригородных электропоездах для пенсионеров. Издержки железной дороги покрываются из бюджета, и за перевод денег отвечает минтруда. И что из этого следует? Я полагаю, только одно: надо изыскивать средства. Не «закапывайте» миллиарды долларов в нерентабельное сельское хозяйство. Не тратьте деньги государства на поддержку предприятий, которые все равно обанкротятся. Урежьте бюджет на «правоохранительную деятельность», превосходящий расходы на образование и медицину вместе взятые.

Что касается «иждивенцев»… Показала скрин-шот петиции на change.org с требованием отменить декрет. Под петицией подписалось более тридцати тысяч человек. Ответ министра: «Декрет принят, отменить его может только президент».

Ну, а как насчет того, что закон принят 1-го апреля, а период, который он охватывает, начинается с 1-го января? Нормально ли это? Министр считает, что такой подход, когда закон имеет обратную силу, оправдан, так как налоговый период начинается с 1-го января. Более того, если бы закон заработал только с 1-го апреля, то некоторые из «тунеядцев» могли бы уклониться от уплаты пошлины в 20 базовых величин, устроившись на работу в августе или сентябре. Такая вот забота о людях: «Ты не знал, что уже три месяца в тунеядцах ходишь? Теперь знай».

Спрашиваю: «А вообще какой смысл в таком декрете? Государство просто хочет пополнить бюджет?»

Нет. У заместителя министра другой взгляд на проблему. Оказывается, декрет направлен на то, чтобы встряхнуть «граждан-тунеядцев» и пробудить в них инициативу. Вместо того чтобы прятаться, нужно идти в центры занятости и при их помощи менять квалификацию. Ну, вот не находишь ты работу по специальности «социальный педагог», так учись на парикмахера или иди в ремесленники (придумай, что делать будешь: горшки лепить или кухонные доски расписывать). Сам Валерий Ковальков, если его сократят, пойдет смотреть за своим престарелым родственником, чтобы не быть тунеядцем. Что делать остальным, кто потенциально может стать тунеядцем? Как я поняла замминистра, тут каждый сам за себя. Словом, думайте граждане сами, как уклониться от выплаты «налога».

Пересказывать мой визит можно было и дальше, но я остановлюсь. Потому что все подобные визиты крайне редко приводят к обнадеживающим результатам. Не будет замминистра Валерий Ковальков думать ни о том, как отменить декрет о «тунеядцах», ни о детях войны. Чтобы думать об этом, нужно иметь политическую волю. Но замминистра – чиновник, у него, что называется, по определению не может быть политической воли. Однако когда кто-то проявит эту волю, то дети войны получат льготы, а тунеядцы исчезнут как класс, и тогда чиновник (не важно, какая у него будет фамилия) обстоятельно расскажет в интервью, почему нужно поддерживать детей войны и почему декрет о тунеядцах был глупой затеей.


Целят в пьяниц, а гробят семью 23.07.2013 23

Сегодня рукой президента подписан Закон «О внесении изменений и дополнений в некоторые кодексы Республики Беларусь по вопросам усиления мер ответственности за управление транспортным средством в состоянии опьянения».

Первая реакция: он не направлен на профилактику правонарушений на дороге. Он карает. Но кого именно? Человек, который сел за руль пьяным, болен во всех смыслах. Он физиологически зависим от алкоголя. Психологически слаб Однако для того, чтобы разобраться с таким, у нас уже есть штрафы, лишение прав, тюремное заключение, наконец. ГАИ утверждает: нет, это полумеры, они не работают.

Мне кажется, есть смысл еще раз детально напомнить про уже существующую пирамиду наказаний водителей-«поддавальщиков»: - если в первый раз нарушил, то может быть лишение прав на 3 года, штраф от 15-35 базовых величин - если второй раз в течении года, то лишение прав до 5 лет со штрафом в некоторых случаях до 1000 базовых величин (100 млн. бел. руб), либо исправительные работы на срок до 2 лет, или к аресту до 6 месяцев, а в ряде случаев к ограничению или лишению свободы до 2 лет.

Что – этого мало?

Не сказала бы. Тогда встречный вопрос: а почему все то не срабатывает? Как часто применяются на практике штрафы и лишение прав, арест и тюрьма? Опубликованной статистики нет… Будет ли прок в новом законе?

Не знаю. Но однозначно меня лично возмущает то, что под удар попадает, как всегда, БЕЛАРУСКАЯ СЕМЬЯ.

Смотрите: предусмотрено, что независимо от права собственности автомобиль теперь подлежит специальной конфискации. Выходит, виноват кто-то один (муж/жена, сын, брат/сстра, тесть/теща, свекр/свекровь, друг), а автомобиль конфисковывают у всей семьи.

А ведь ситуации могут быть разными. Этот автомобиль, например, принадлежит семье, где двое детей – один из которых страдает нарушениями опорно-двигательного аппарата и нуждается в реабилитации. Нужно ездить на процедуры, на массаж и т. п. И вот в один из обычных дней муж дал машину своему брату, который повел себя глупо… А в итоге авто заберут у семьи и у людей, которые ни в чем не виноваты…

Или другой случай. Нужно понимать важную особенность наших беларуских родителей – они живут ДЛЯ ДЕТЕЙ. Так вот, копятся деньги, семья экономит и наконец покупают 8-летний «опель» старшему сыну. В надежде, что он поможет бабулю с дедушкой подвезти на дачу, маму с папой на работу и тд. А он попадает в нехорошую историю… Да виноват, но почему, должны еще и родители, близкие страдать?

Вы мне скажете, что это единичные случаи. Но даже если это и так, почему должны страдать невиновные люди? Говоря юридическим языком, нести бремя ответственности будут: - члены семьи нарушителя, чье имущество находится с ними в общей совместной собственности, а также дети нарушителя; - добросовестные наниматели и арендодатели, в том числе и государственной формы собственности, передавшие автотранспортные средства нарушителям в связи с трудовыми отношениями (таксопарки, организации-грузоперевозчики, индивидуальные предприниматели и т.п.) или в аренду; - любые другие добросовестные граждане, передавшие автомобили в пользование нарушителям по устной либо письменной доверенности.

Можно продолжать разговор. Готовясь к нему, задала вопрос юристу, Владимиру Букштынову. И он указал на еще одну погрешность. Новый уголовный закон будет неконституционен, так как противоречит части 3 статьи 44 Конституции, согласно которой «собственность, приобретенная законным способом, защищается государством». Задумаемся, может все таки еще раз проверим этот законопроект на наличие противоречий с уже действующими законами? О чем этот закон? Чем обеспокоены Совет Министров и депутаты Палаты Представителей? Похоже не теми наболевшими вопросами, которые беспокоят беларуских людей: уровень доходов, будущее детей и их семей , здоровье и качество медицины …

Пусть бы лучше приняли меры, для того чтобы сократить производство и продажи плодово-ягодных вин, приняли бы меры по созданию реально действующей системы профилактики алкоголизма и реабилитации зависимых людей.

Есть еще один вопрос – это непосредственные исполнители на местах: ну а перед каким моральным выбором будет стоять они на перекрестке со «сложной системой управления»? Я о том, не поддадутся ли они искушению рублем? Полагаете – мои опасения зряшные? Ой сомневаюсь…

Да, конечно нужны меры наказания для пьяных водителей и пешеходов. И все же сегодня, на мой взгляд, нет сильных аргументов для ужесточения уже существующей системы наказания, а тем более в утвержденном варианте, когда под удар ставятся невиновные.




Страницы: 1
Читать другие новости

Татьяна Короткевич