Беззащитная защита (адвокатура в Беларуси) 06.06.2013 37

Состоялся круглый стол, на котором журналисты пытались более детально изучить «адвокатский вопрос» - достойны ли защитники своих гонораров, выполняют ли они при этом свои основные профессиональные обязанности и т.д. («БелГазета» в номере №22 от 3.06.2013г. в рубрике «Последнее слово»). В дискуссии приняли участие я, адвокат Евгений Маслов и также Людмила Кучура, муж которой осужден по громкому и странному уголовному делу.



Далее вниманию читателей предоставляется извлечение из публикации, связанное с моей позицией, которая и послужила информационным поводом для проведения круглого стола.



Недавно руководитель Публичного учреждения «Лига развития демократии «Гражданский вердикт», экс-адвокат Игорь Рынкевич в одной из соцсетей поделился наболевшим: «В последнее время мне звонят бывшие клиенты и жалуются на аппетиты, качество услуг действующих адвокатов. Идеалы адвокатуры как особой некоммерческой корпорации, профессионально занимающейся правозащитой, уходят в тень цели материального вознаграждения адвокатов. И над всем этим довлеет бюрократическая машина Минюста. Эволюция адвокатуры вызывает тревогу» [запись от 25 мая в сети Facebook:



http://www.facebook.com/photo.php?fbid=679953825353837&set=a.529855667030321.142375.100000176781285&type=1&theater  








Закон зависимости



- Какие первоочередные функции, на ваш взгляд, должна выполнять адвокатура?



- Основные задачи этого института гражданского общества сформулированы во вступившем в силу новом законе «0б адвокатуре и адвокатской деятельности». И юридическое сообщество не оспаривает, что это, прежде всего, оказание на профессиональной основе юридической помощи в целях защиты прав, свобод и интересов граждан и юрлиц. К другой основной задаче адвокатуры также законодательно относится и участие в правовом воспитании граждан. Но, несмотря на очерченные ориентиры, есть вещи, которые тревожат - после принятия нового закона адвокатура даже по определению перестала быть независимой. Если ее раньше называли независимым правовым институтом, то сейчас слова «независимый», «правозащитная деятельность» из закона исчезли. Давая определение в первой статье, законодатель сразу указал, что не желает видеть адвокатуру независимой и активно участвующей в деле правозащиты.



- А что можно сказать о состязательности процесса в белорусской системе правосудия? Велика ли в нем роль адвоката?



- Ст. 115 Конституции гарантирует, что «правосудие осуществляется на основе состязательности и равенства сторон в процессе». В хозяйственном и гражданском судопроизводстве этот принцип достаточно обеспечен на практике, но в уголовном процессе, по сравнению со странами-соседями и развитыми демократическими государствами, у нас с этим большие проблемы. В уголовном процессе «инквизиционные начала» преобладают прежде всего на досудебной стадии. Рядовой следователь в Беларуси мало самостоятелен, он находится под контролем своего непосредственного начальства. Много претензий к гособвинению - прокуратура имеет гораздо больше прав, чем сторона защиты, и представляет сугубо интересы государства. У адвокатов же нет возможности качественно использовать в своей практике ст.103 УПК: так называемого частного адвокатского расследования у нас нет, очень трудно закреплять доказательства, которые защитник нашел, и суд к ним относится предвзято.



Кроме того, у нас в отличие от многих государств меру пресечения принимает не суд - ее по своеобразным критериям определяют органы уголовного преследования. В Беларуси нет независимых судов, власти противятся введению судов присяжных и других правовых институтов состязательности уголовного процесса.



Эксперт в помощь



- Часто ли адвокаты участвуют в проведении экспертиз, привлекают к судебному процессу специалистов различного профиля?



- Одно из моих последних дел в адвокатской практике было связано с проведением экспертиз. В тот процесс я вступил только на судебной стадии, причем потерпевшим по делу проходил мой коллега, адвокат - в результате ДТП у него скончался один родитель, позже умер второй. Доказывание сосредоточилось вокруг специальных познаний, из-за чего в итоге произошла борьба экспертиз. Стало ясно, что некоторые официальные экспертные учреждения в Беларуси часто не такие уж независимые, поэтому я вынужден был заказывать заключения специалистов как у белорусских независимых экспертов, так и в Литве.



Выводы заключений у белорусского и у литовского специалистов были близки, но существенно отличались от результатов той экспертизы, которая была положена органами уголовного преследования в основу обвинения. Вышестоящий суд после обжалования направил дело на повторное рассмотрение судом первой инстанции, где был вынесен оправдательный приговор. Торжеству истины и справедливости в этом сложном, нервном деле помогло именно компетентное мнение профессионалов в особых областях знаний.



- Можно ли таких адвокатов назвать словом «шарлатан» или «шарлатан поневоле»?



- Во время моей адвокатской практики отчисления от так называемого «вала» были очень большие - в фонд соцзащиты, органам адвокатского самоуправления. Совокупная сумма была больше, чем у предпринимателей, когда те выводят доходы в тень. Критикуя в целом республиканских руководителей адвокатуры, на конференции Минской областной коллегии адвокатов я по этой теме заявил: «Вы адвокатов превратили в дойных коров!». Потому что тогда адвокат отдавал из заработанного Вг1 млн. Вг450 тыс. (около 45%). Сейчас ситуация с отчислениями благоприятнее, хотя коллеги, насколько я знаю, продолжают исходить из прежнего типа гонорарной практики.



В любом случае слово «шарлатан» по отношению к адвокатам категорически не применимо. Адвоката могут сделать статистом по делам политически мотивированным, когда затрагиваются интересы государства. Тогда ему надо признать ограничения и честно обсудить проблемы, свою роль с клиентом. И всё же многое зависит от профессионализма, гражданской позиции, смелости адвоката. Не всякий готов бороться, требовать пересмотра дела или использовать международные правовые нормы, доходя до Комитета по правам человека.



- Кто тогда может дать объективную оценку работе адвоката, в т.ч. в плане оплаты труда? Из чего складывается адвокатская репутация?



- 0 репутации адвоката обычно судят клиенты и компетентные коллеги. Вообще, объективно оценить не только личные качества (о них я ранее сказал), но и профессиональные навыки адвоката смогут те люди, которые получили диплом высшего юридического образования, имеющие значительный практический опыт. При этом надо понимать, что имеется подводная часть айсберга юридической деятельности: работа с документами, с нормативными актами и выработка стратегии их применения.



Рафинированный частник



- Какие основные изменения в новом законе «06 адвокатуре и адвокатской деятельности» вы бы отметили? К примеру, приведет ли приход юристов-хозяйственников к коммерциализации в адвокатской сфере?



- Целый класс юристов-хозяйственников («лицензиатов») был фактически уничтожен - сбылась давняя мечта руководства адвокатуры в лице экс-председателя Республиканской коллеги адвокатов Натальи Андрейчик стать монополистами по оказанию юридических услуг.



Общим же итогом принятия закона стало установление нового ряда требований по жесткому регулированию государством адвокатской деятельности. Начало такой политики было положено еще президентским декретом N 12 в 1997г., позднее независимость адвокатуры только скукоживалась, как шагреневая кожа, а контроль Минюста становился всё значительнее. В результате некоторые уже говорят об адвокатуре как о структурном подразделении министерства - остается выдать адвокатам мантии и заставить шагать строем.



Положительная новация в новом законе - возможность создания адвокатских бюро и разрешение частной адвокатской практики, правда, с рядом сопутствующих ограничений и под контролем коллегии. Эти нововведения сделаны и в угоду Западу - небольшой компромисс.



- А не должна ли белорусская адвокатура стать частной, как в ряде других стран?



- Частная адвокатура в своей абсолютной, рафинированной версии - это отсутствие корпоративности, сплоченности сообщества. Если атомизировать адвокатуру только на отдельных адвокатов-частников, то это ослабит профессию, адвокатам будет сложнее защищать собственные интересы. А ведь юридическая природа адвокатуры как вида общественной организации уникальна. Так, адвокатура в России объявляется независимым правовым институтом гражданского общества. В среде адвокатов должны быть избраны авторитетные органы самоуправления свободно, а не по указке чиновников от правительства. У нас же дошло до того, что даже правила профессиональной этики адвокатам фактически спущены сверху государством, хотя свободная профессия должна регулироваться внутренними деонтологическими правилами.



Белорусские адвокаты потеряли независимость, но успокоены тем, что им пообещали большие заработки. Они еще сильней запуганы после декабря 2010г., когда десяток адвокатов находились в противостоянии с КГБ (им не давали доступа к подзащитным), а затем их вовсе изгнали из адвокатуры. Также сомнительно, что в корпорацию привнесет свободолюбие приход в адвокатуру юристов-хозяйственников - скорее, лишь коммерческий дух.



- То есть мы вступаем в эпоху  рвачества?



- Нет, просто возмездный договор об оказании юридических услуг, который есть в гражданском обороте, будет перенесен на деятельность адвокатуры через механизмы частной адвокатской практики и адвокатских бюро. Исторически же адвокатура сильна тем, что это профессиональное сообщество, которое отстаивает не только свои собственные интересы, оказывает юридическую помощь, но и борется за права и свободы граждан.



- А не выйдет ли так, что с созданием адвокатских бюро сами адвокаты станут еще менее доступны населению из-за повышенных гонораров?



- Система налогообложения в системе адвокатского бюро несколько лучше, и все же от Минюста никто «в домик» не спрячется. Каждый адвокат - под дамокловым мечом государства, и все об этом знают.



Адвокат & правозащитник



- Сейчас все чаше идет противопоставление между адвокатами и правозащитными организациями. Есть ли у правозащитников действительно какие-то рычаги влияния, или они в ряде громких дел лишь создают себе имидж, ищут возможности пропиариться?



- Правозащитник - это тот, кто не по профессии, но в силу призвания защищает права и свободы граждан, зачастую правозащитники не имеют даже юридического образования. Правозащитник, например, не может участвовать в уголовном процессе и помочь человеку, здесь особенно необходимо взаимодействие с адвокатами.



Нужно выстроить по-новому отношения между двумя системами общественных объединений - правозащитниками и адвокатами. Ведь среди правозащитников есть бывшие адвокаты, которых вынудили (как и меня за защиту экс-кандидата в президенты Александра Козулина) уйти из профессии.



Одна из задач адвоката - правовое воспитание граждан, разъяснение законодательства, но адвокаты это исполняют как дополнительную нагрузку. Проявил адвокат себя независимым, смелым - он обречен, Минюст ему подложит мину замедленного действия. Поэтому очень важно, чтобы адвокаты и правозащитники сотрудничали.



- Каким может быть дальнейший сценарий развития «адвокатского вопроса»? Какие на самом деле нужны законодательные изменения, чтобы добавить адвокату статусности, но при этом чтобы не страдали клиенты - те, для кого адвокаты работают?



- У меня прогноз пессимистический: будут зажиматься гайки, будет усиливаться тотальный бюрократический контроль над адвокатами, а тех, кто станет роптать, власть будет лишать лицензии. Госмашина продолжит формировать разобщенное адвокатское сообщество, пассивное в отстаивании как своих корпоративных интересов, так и прав граждан. Проблема ведь еще и в том, что нет независимой системы правосудия, и потому адвокатура не может реализовать свои функции. В силу малочисленности корпорации статусность у адвокатов и без того есть, другое дело, что их репутация, доверие у населения невысоки. Главное - нужно законодательно лишить Минюст рычагов давления на адвокатов, иначе они останутся под кнутом чиновников.



Независимость украинской адвокатуры - в опасности! (Заявление) 13.05.2013 10

На постсоветском пространстве стремительно движется каток репрессий.



Интернационал авторитарных властителей перенимает друг у друга карательные "новации" и "модернизирует" формы давления на демократические структуры, на всё гражданское общество.



Вот в Украине стали сворачивать независимость адвокатов - тех, кто должен быть профессиональными правозащитниками.



Ниже публикуется в поддержку украинских коллег Заявление беларусских  экс-адвокатов. К сожалению, действующие адвокаты не участвуют в акции солидарности по указанным в Заявлении причинам. Ибо независимость адвокатуры в Беларуси уже растоптана...



 Высшей квалификационно-дисциплинарной комиссии



                                                                                                        адвокатуры Украины



                                                                                                        Украина, 01021, Киев, Кловский спуск, 7, лит. А, офис 6



                                                                                                        [email protected]





Уважаемые коллеги!


Нам, бывшим белорусским адвокатам, в том числе тем, кто был лишен права на профессию за добросовестное выполнение своих профессиональных обязанностей, из информации, распространенной в заявлении Украинского Хельсинкского Союза по правам человека1, стало известно о случаях прекращения и приостановления адвокатской практики в отношении ряда украинских адвокатов, а также о рассмотрении большого количества дисциплинарных дел. Среди фигурантов заявления указаны такие адвокаты, как Владимир Высоцкий, Роман Мартыновский, Николай Сирый, Ольга Машкаринец, Надежда Баранская, Лариса Герасько и другие (общее количество более 20 человек). Также есть информация об угрозе уголовного преследования украинских адвокатов, не признающих нынешний состав органов самоуправления адвокатов.



Насколько нам известно, основанием для наказания адвокатов стала, в частности, их оценка некоторых аспектов нового Уголовно-процессуального кодекса Украины, обнародование личной позиции относительно правомерности решений одного из съездов адвокатов.



Подобные случаи, а также поступающие сообщения о расколе в украинской адвокатуре свидетельствуют, на наш взгляд, о грядущем глубоком кризисе института адвокатуры в Украине.



Учитывая имеющийся у нас печальный опыт, предупреждаем вас: похожие события произошли в Беларуси в 2011 году, что привело к фактической ликвидации независимости адвокатуры в нашей стране. Бесконечные проверки адвокатов Министерством юстиции, вовлечение в преследование адвокатов органов адвокатского самоуправления, постоянные претензии в связи с критическими выступлениями адвокатов в прессе, массовые переаттестации адвокатов привели в конечном итоге к лишению адвокатских лицензий у одних и к вынужденному уходу из адвокатуры других адвокатов.



Итогом безразличия большинства адвокатов к своему положению и активного вмешательства государства в деятельность независимого института стало принятие нового Закона Республики Беларусь "Об адвокатуре и адвокатской деятельности", который изначально планировался как прогрессивный документ, а в его сегодняшней редакции окончательно лишил адвокатов независимости и превратил адвокатуру в структурное подразделение Министерства юстиции.



В итоге белорусские адвокаты стали массово отказываться от ведения политически мотивированных процессов, в их рядах поселился страх, в средствах массовой информации исчезли интервью адвокатов и их критические статьи. В сложившихся условиях белорусские адвокаты поставлены перед постоянной угрозой лишения лицензии и не могут в полной мере выполнять задачи, которые перед ними ставятся. Белорусский адвокат из самодостаточной процессуальной фигуры превратился в безликий процессуальный придаток судебной системы.




Сегодня это серьезная проблема в Беларуси в контексте реализации права на защиту и права на справедливый суд.




Помня, что именно украинские адвокаты и правозащитники в январе 2011 года первыми подали свой голос в защиту независимости белорусской адвокатуры, мы присоединяем свой голос к защитникам адвокатской независимости, и выражаем поддержку украинским адвокатам, которые подвергаются давлению
.



Мы призываем вас извлечь выводы из белорусских уроков, прекратить давление на своих коллег-адвокатов, помнить о самостоятельности и максимальной независимости адвокатуры от всех ветвей власти, об основной роли адвокатского самоуправления – защищать и поддерживать адвокатов, укреплять и объединять адвокатское сообщество, эффективно решать возникающие конфликты, использовать существующие правовые средства для укрепления адвокатуры Украины.



Коллеги, еще раз призываем: не дайте вашими руками вас же и уничтожить!



М
инск, Брест, Осло «13» мая 2013 г.


Подписи:

Владимир Букштынов, бывший адвокат, защищавший кандидата в Президенты Беларуси В.Некляева.



Олег Агеев, бывший адвокат и член Президиума Минской городской коллегии адвокатов, лишен Министерством юстиции Республики Беларусь лицензии на право осуществления адвокатской деятельности после принятия на себя защиты А. Михалевича, бывшего кандидата в президенты Беларуси.



Игорь Рынкевич, бывший адвокат, вынужден после защиты экс-кандидата в президенты Беларуси А. Козулина покинуть адвокатуру в 2007 году, правозащитник.



Людмила Ульяшина, бывший адвокат (1980-2000), член Президиума Минской городской коллегии адвокатов.



Роман Кисляк
, бывший адвокат, член Брестской областной коллегии адвокатов (2000 - 2005), правозащитник.



Андрей Варвашевич
, бывший адвокат Минской городской коллегии адвокатов, осуществлявший защиту экс-кандидата в президенты Республики Беларусь Санникова А.О.



Павел Сапелко,
адвокат (1995-2011 г.г.), член президиума Минской городской коллегии адвокатов (2010-2011 г.г.).



Тамара Сидоренко,
1978 по сентябрь 2011 года – адвокат Юридической консультации Ленинского р-на г.Минска. Никогда не имела взысканий, наоборот, поощрения Президиума МГКА и две Почетные грамоты Минюста (последняя в декабре 2010 года). Действие лицензии прекращено Минюстом после участия по уголовному делу (следствие, суд) по обвинению В.П.Некляева, экс-кандидата в президенты Республики Беларусь.



Татьяна Агеева,
бывший адвокат (с 1982 по 2011 годы), член Президиума Минской городской коллегии адвокатов, член Аттестационной комиссии МГКА, лишена Министерством юстиции Республики Беларусь лицензии на право осуществления адвокатской деятельности после участия в следственных действиях по уголовному делу, возбуждённому по событиям 19 декабря 2010 года.



Гарри Погоняйло
, бывший адвокат. С 1991 по 1993 г.г. - Президент Союза адвокатов Беларуси. С ноября 1997 г. по октябрь 2003 г. - член межтерриториальной коллегии адвокатов Гильдии российских адвокатов. Бывший начальник отдела адвокатуры Министерства юстиции Республики Беларусь (1978-1988 г.г.), бывший заведующий Юридической консультацией Советского района г. Минска(1989 - 1989 г.г.). Председатель юридической комиссии РПОО «Белорусский Хельсинкский Комитет».

1http://helsinki.org.ua/index.php?id=1366370996
Страницы: 1
Читать другие новости

Игорь Рынкевич