Женский шовинизм по-белорусски

Автор данного материала ярый сторонник гендерного равенства. А в Беларуси процветает женский шовинизм. Причем на государственном уровне. Пример тому уголовный процесс в Октябрьском суде Минска над Андреем Бондаренко.

Ознакомиться с материалами дела, поскольку не являюсь участником процесса, возможности не имел, руководствуюсь только тем, что услышал в зале суда.

Женщины

Полуночной порой у подъезда дома совершенно случайно сталкиваются возвращающийся домой Андрей Бондаренко с другом и соседка с верхнего этажа. Все подвыпивши. Андрей заявил на суде, что употребил 200 грамм водки, дама утверждала, что влила в себя два литра пива. Поверим на слово: стороны заверили, что на ногах стояли твердо, со стороны в сторону не бросало.

Соседка начала кадрить друга, пытаясь увлечь того к себе на пятый этаж. Андрей был против, поскольку рано утром планировалась деловая поездка. Поднявшись на третий этаж, Бондаренко втолкнул друга в свою квартиру. Тем не менее, дама продолжала требовать продолжения питейного вечера.

Андрей, взяв за плечи, развернул соседку лицом к лестничному маршу и предложил удалиться наверх. В ответ дама вцепилась зубами в мизинец левой руки.

Врезать по зубам нельзя, поскольку женщина могла судорожно сжать челюсть и просто-напросто откусить палец. Отбивался ударами по голове, пока та не разжала зубы. После чего закричала: "мама-а-а!!!". Матушка, конечно, прибежала спасать чадо.

"Картина маслом": дитятка минимум в полтора раза больше материнских габаритов.

Причем по всем трем декартовым осям.

Обе стороны нетрезвого конфликта вызвали милицию. Прибывший наряд всех четверых, находящихся на лестничной площадке, доставил в Октябрьский РУВД. Перед этим женщины пошли переодеваться. Мать – поскольку была в халате, а дочь, видимо, менять платье, залитое кровью Андрея.

Друга Бондаренко увели на допрос, а остальные остались в фойе. Андрей в полулежащем состоянии задремал на лавке. Разбудили вспышки. Как выяснилось впоследствии великовозрастная девица (между прочим, мать 11-летнего ребенка) начала доставать спящего, без его разрешения снимая на фотокамеру мобильного телефона. Иначе говоря, дама-папарацци вторично за этот вечер начала приставать к Андрею.

Понятно, что вид спящего в полулежащем положении далеко не фотогеничен. Быть запечатленным в таком виде удовольствия не доставало. Спросонья, увидев, что руками до нарушительницы спокойствия не дотягивается, ударил по мобильнику ногой. С телефоном ничего не случилось – просто разлетелся на три части. Был собран в течение минуты. Доченька опять закричала и мамочка с кулаками бросилась на Бондаренко. Мать была трезвая, но в этой ситуации, не имея возможности встать, Андрею ничего не оставалось как защищаться от кулаков напавшей женщины ногами.

Дамы завопили уже дуэтом.

К слову, свидетелей нападения женщин на Бондаренко в фойе не было: дежурный по РУВД этого не видел. Во всяком случае так он заявил на суде. Как не было свидетелей кровопролития и на площадке третьего этажа жилого дома.

Между тем статья 339 УК предусматривает ответственность за действия выражающиеся неуважением к обществу. Так ведь общество то отсутствовало! Во всех трех инкриминируемых Бондаренко эпизодах ни свидетелей, ни зевак не было. А потому речь, полагаю, должна идти только о частном конфликте с причинением легкого телесного повреждения. Но это уже не 339, а статья 153 УК предусматривающая максимум арест до трех месяцев. И содержание в СИЗО до суда по данному деянию УПК не полагается.

А далее – потворство государства женскому шовинизму. Несмотря на то, что череда событий началась с нападения женщин на Бондаренко (а не наоборот), их назначили потерпевшими, а его – злостным хулиганом по всем трем частям статьи 339 УК. Водворили в СИЗО и несколько месяцев держали до суда.

Часть первая – применение насилия. Нападение женщины с явным намерением откусить палец, исключительным цинизмом и насилием не посчитали. Нарушение общественного порядка и неуважение к обществу увидели в самозащите Бондаренко. По логике следствия Андрей должен был молча смотреть как пьяная особь женского рода (два литра пива для женщины больше, чем 200 грамм водки для мужчины) отгрызает ему палец. Если это не государственная политика в поддержку женского шовинизма, то что тогда?

Часть вторая – применение насилия совершенное группой лиц. Группа женщин в составе матери и дочери дважды (то есть, повторно) нападает на мужчину наносит ему телесные повреждения, а белорусские "правоохранители" наделяют их статусом потерпевших. Налицо преднамеренная поддержка государством женского шовинизма.

Особая уникальность обвинения – часть третья. Квалифицирующим признаком данной части – применение оружия и других предметов используемых в качестве оружия. Оружием обвинение назначило ключи от квартиры, которыми Андрей, якобы, избивал соседку на лестничной площадке. И это несмотря на то, что и мать, и дочь заявили в суде, что ключи в руках Бондаренко не видели. И не могли видеть, поскольку дверь в квартиру открыла жена Андрея. А эксперты не обнаружили следов Бондаренко на ранах "потерпевшей".

Тюремный срок по данной части до 10 лет. И на основании этого следователи держали Андрея за решеткой исходя из тяжести преступления. Потому как иных оснований содержания за решеткой до суда не было.

Кроме того, в Беларуси вряд ли найдется судья который рискнет оправдать политика или правозащитника содержащегося в СИЗО. Так же как не припоминаю ни одного случая изменения судьей меры пресечения (держать за решеткой еще не признанного виновным обвиняемого).

Уголовный процесс против Бондаренко вели женщины: государственный обвинитель, судья, секретарь судебного заседания. Это можно считать случайным совпадением. Но случайностью уже не назовешь официальное мнение обвинительницы-прокурорши отказать в удовлетворении ходатайства о видеозаписи процесса, по причине того, что пострадавшие – женщины.

А где гендерное равенство? Это ведь не судебное разбирательство по изнасилованию.

Мужчина

Во второй день судебного процесса над Андреем Бондаренко гендерное неравенство в стане обвинителей устранили. Прокуратура провела ротацию и за столом гособвинителя восседал представитель уже мужского пола.

Судный день прошел бурно. Председательствующей пришлось даже объявлять перерыв, чтобы успокоить страсти. Сыр-бор из-за потерпевшего, который, не появляется в зале суда. Но если в первый день тот не очень то был и нужен, поскольку рассматривался эпизод нападения на Бондаренко женщин, к которому данный потерпевший отношения не имел, то во второй – этот тип уже главное действующее лицо.

Раз за разом и обвиняемый, и адвокат обращались с ходатайством принять меры к обеспечению явки сей персоны. Судья обращения (как и десятки других) игнорировала, заявляя, что нарушений процессуального закона в отсутствии обвинителя-потерпевшего нет. Председательствующая отклонила практически все ходатайства защиты. За подачу ходатайств и вопросы к "потерпевшим" с криками объявила обвиняемому и его адвокату более десятка предупреждений.

Накричала даже на журналиста, включившего ноутбук в электророзетку: ворует электричество у Дома правосудия.

А посему руководствуюсь версией обвиняемого.

Противоположной оценки события в этот день не прозвучало. Высказывание прокурора не в счет. Для него человек, водворенный на скамью подсудимых не может быть правым по определению. Ведь так называется должность: "государственный обвинитель".     Именно обвинитель, а не представитель интересов граждан, государства, права...

В тот день Бондаренко с коллегой вышел из кафе. У входа поджидала парочка. Мужчина подошел и попросил закурить. Андрей протянул сигарету и зажженую спичку. Просящий с хамскими словами насчет грязных (заразных) рук резко оттолкнул огонь, лишь случайно не причинив рану на руках.

Бондаренко молча развернулся и пошел. Мужчина, хватая уходящего за одежду, двигался следом. Андрей отмахнулся. Нападавший изобразил падение с потерей сознания. После чего встал и пошел.

По показаниям сотрудников милиции мужчина на такси примчался в РУВД. Оперативник, распечатал фото Бондаренко и направил наряд на квартиру для задержания.

Супер!

Опер заявил в суде, что фамилию ему назвала некая дама, видевшее событие и знавшую Бондаренко. Фамилию свидетельницы оперативник якобы не записал. Могу предположить, что это та, которая вместе с "потерпевшим" поджидала Бондаренко у входа в кафе.

Оперативник заведомо был уверен в достоверности информации дамы. Я не Станиславский, но в то, что "случайная" уличная свидетельница знает куда помчался "избитый", кто занимается расследованием и номер телефона оперативника, не верю.

Это спланированная операция. Похоже даже не милиции, а спецслужб. А посему считаю необходимым назвать "потерпевшего". Это Артур Яворский. Полагаю, страна должна знать героев правящего режима.

Фамилии остальных потерпевших по этическим соображениям не называю. На заранее спланированную операцию спецслужб там не похоже. Хотя... Возможно мероприятия, проведенного у кафе было недостаточно для уголовного дела.

Судебный процесс над правозащитником вызвал большой общественный резонанс. Для белорусского правосудия скрывать "потерпевшего" становилось опасным и на третий день находящиеся в зале смогли эту личность лицезреть. О важности процесса свидетельствует, что вели его не рядовые лица. Судья Алла Абакумчик – зам.председателя суда Октябрьского района. Государственный обвинитель Александр Боровский – заместитель прокурора Октябрьского района.

"Жандармские" прихвостни

Вызывает сомнение подлинность озвученной председательствующей фамилии "потерпевшего". Документ, удостоверяющий личность не предъявил, место работы не назвал. Коротко стрижен. По неподтвержденным сведениям недавно вышел из мест "не столь отдаленных". Машина для поездки в РУВД после успешно проведенной в отношении Андрея провокации ожидала его на остановке "Потерпевший" заявил, что не курит, тем не менее подскочил к обвиняемому именно с просьбой дать закурить. Источник появления зафиксированной экспертизой царапины на лбу объяснить не смог.

За время ожидания Бондаренко "потерпевший" интенсивно общался по телефону. За полтора часа почти четыре десятка письменных и голосовых соединений. Надо полагать с куратором и с коллегой по "жандармскому" ведомству, готовящейся выступить свидетельницей. С любимой женщиной и ревнивой женой столько не говорят. Судья отказалась выяснять должности и фамилии абонентов "потерпевшего".

После выполнения задания (провокационные действия в отношении Бондаренко) "потерпевший" срочно поменял номер мобильника...

На четвертый день судья появилась в зале без мантии. В этой части претензий к ней нет. В помещении +30С. Три дня пот с нее лил ручьем. Зато есть претензии к Дому правосудия. Нет вентиляции (не говоря уже о кондиционерах). Отсутствует звукоусилители (о чем говорят участники процесса приходилось лишь догадываться). В нарушение ч.5 статьи 24 УПК не соблюдается равенство сторон (у обвиняемого, в отличии от прокурора, нет стола для записей. Записывать приходится согнувшись в три погибели над скамейкой).

В этот день в суде появилась тайная свидетельница. Озвучили ее как Алису Дурманову. Однако было официально объявлено, что фамилия не настоящая. Надо полагать "жандармский" псевдоним. Показания дама давала сидя в совещательной комнате.

Бондаренко "Дурмановой" продемонстрировали около года назад. Видимо столько спецслужбы разрабатывали варианты нейтрализации правозащитника. Дама явно невысокого полета: показания ее в суде прямо противоположны изложенным в материалах следствия. Она даже отрицала свое появление в РУВД после успешного завершения провокации. И лишь припертая к стенка "вспомнила" что в РУВД все же была.

Интересный момент: телефон куратора, которому эта дама судя по всему должна была доложить о выполнении задания, находился в верхней одежде, записанным на бумажке. Не в дамкой сумочке, ни в телефонной книге мобильника. Ни месяцами, ни неделями бумажку в кармане не носят. Логический вывод: после доклада куратору бумажку с номером телефона требовалось уничтожить.

Приговор судья объявила 12 августа 2014 года. Признала виновным по всем инкриминируемым частям статьи 339 УК. В сумме 4 года колонии. Минус один год по объявленной в этом году амнистии.

У газеты Советская Белоруссия иной взгляд на данный процесс. Бондаренко данное СМИ 13 августа 2014 года №152 назвало "правозащитник-избиватель", "уличный гопник". Мол выпил с другом по 400 грамм водки. Видимо по причине неудовлетворительной акустики в зале суда президентский журналист не расслышал, что 400 грамм было на двоих. Также коллега не разобрался и в насмешках: оные были лишь в адрес свидетелей, а не Бондаренко. Единственно в чем согласен с автором статьи в СБ, бить женщину не есть хорошо. Но что делать когда эта женщина своими острыми зубами вознамерилась откусить мужчине палец?

Бондаренко в суде вел себя по мужски. Молодец! Не согласен лишь с его многократными извинениями "потерпевшим". В подобном судебном процессе я бы этого не стал делать. Тем более, что на назначенный судом срок это никак не влияло.


.
13.08.14 22:25



Cервис комментирования Disqus позволяет легко авторизоваться через фэйсбук и твиттер, а также напрямую в Disqus. Даёт возможность репостить комментарии в фэйсбук, а также использовать изображения. 
Подробнее читайте здесь.
Ветеранам Клуба Партизан, мы оставляем и старую форму авторизации.
 
загружаются комментарии

Валерий Щукин