Константин Скуратович: Ямочный ремонт

Неужели в XXI веке белорусы уступят свою свободу кому-то, будь он хоть трижды руководитель их государства.

Руководитель государства продолжает терзать политэкономию, которой его обучили в двух советских вузах. Хотя ничего от политэкономии в его пропедевтике никогда не было, сегодня она приобрела вид неумного пасквиля на сотворенную лучшими интеллектуалами прошлого научную теорию.

Они, разумеется, ошибались и заблуждались, но в своем поиске создавали положительное знание о социальной жизни, которым общество успешно пользовалось и пользуется с выгодой для себя.

К утешению всех нас, категорические императивы, изложенные в Декрете №3, отторгнутые практикой, многочисленные нынешние его вариации, направленные на сближение с реальной жизнью, как ее видит руководитель, обречены на провал.

По той простой причине, что это «новоучение» теоретически несостоятельно, следовательно, практически не применимо.

Что «нельзя», о котором идет речь?

Чем больше усердствует руководитель в утверждении Декрета, тем больше это действо напоминает «мыльную оперу», которую смотрят женщины за сорок и пробуют строить жизнь по рецептам  телесериалов.  Но даже они понимают, что настоящая жизнь, что называется, за пределами экрана. Она в холодильнике, который надо непрерывно наполнять, нужны деньги – нужно зарабатывать или получать их любым законным и не совсем законным способом.

Вот руководитель делится самым  своим сокровенным: «Людей надо приучать к труду. Нельзя создавать так называемый класс безработных. Если мы их не станем вовлекать в общественно полезный труд, как раньше говорили, значит, мы будем создавать этот класс, и он будет увеличиваться. Но этого допустить нельзя».

Что, собственно, «нельзя», о каком труде речь идет, который раньше «называли общественно полезным»?

Как в старом анекдоте – бьют ведь не по паспорту, а по физиономии. Что такое, например, работа? Школьников учат, что работа совершается тогда, когда на тело действует сила и тело движется, например, падающий камень совершает работу, а человек, который безуспешно пытается сдвинуть с места тяжелый предмет, — нет. Если направление действия силы и направление движения тела совпадают, сила совершает положительную работу, в противоположном случае – работа силы отрицательна.

Если волк гонится за зайцем вслед, он работает, если векторы их движения расходятся, волк только теряет. И в джоулях (механически), и в калориях (физиологически), работа равна нулю. 

Собачка радостно подпрыгивает, когда ей бросают кусочек колбаски – виляет хвостом ради удовольствия хозяина, трудится его желанию навстречу. Но если бросить камень, то даже Моська, минимум, начинает лаять на Слона. 

То есть механическая работа проявляется в химической, биологической и социальной реальности, но при умножении и усложнении специфических условий, которые обеспечивают положительный результат для работающего тела. 

При возникновении психики тело превращается в субъект работы. Это доказал со своими обычными собачками знаменитый Иван Павлов. Он научился, пардон, учить собак работать по его собственным правилам.

С человеческими детенышами, сложнее, но на помощь воспитателю приходит вторая сигнальная система, которая позволяет воспринимать мир через речь. Ребенок помимо всех органов чувств: осязание, зрение, обоняние, слух и вкус, воспринимает и интерпретирует окружающий мир в связи со слышимым или видимым словом. Ребенок может не только слышать, но и  говорить, видеть и понимать, читать и писать. Мыслить, разговаривать, общаться с другими людьми, запоминать и обучаться.

И, так уж сложилось исторически, в семье, а позже в школе, намного раньше обучения школьника физике, все воспитатели (если это не растленные асоциальные типы) учат детей, что работа или служба является трудовой деятельностью, направленной на получение денег. Вообще, массовая школа возникла в обществе, где наемный труд стал главным инструментом капитала.

Школьников учили, твой труд – это учеба. Чем лучше ты учишься, тем лучшую работу ты получишь, тем больше сможешь зарабатывать.

Способ превращения человека в животное

Что такое «общественно полезный труд, как раньше говорили»?  Такой труд на самом деле был или о нем только говорили? Например, в школе, в вузах и в организациях существовал план по охвату контингента «общественной нагрузкой». Стремились каждого обязать делать что-нибудь полезное для коллектива, для общества бесплатно. 

Но за делаемую для общества пользу  бесплатно (без расчета на вознаграждение) отвечало начальство, имелись даже специально оплачиваемые (должностные) лица, то есть «общественно полезный труд» одних оплачивался другими.

Эта уродливая в нравственном смысле схема стимулировалась системой морального поощрения тех, от которых требовался «общественно полезный труд». Каждый, вероятно, слышал такое – на субботнике можешь не работать, но выйти ты обязан! В школе – придешь на сбор макулатуры, я тебе такую характеристику напишу, что тебя и в ПТУ не возьмут.

Тем не менее, в школе учили, что труд – это целесообразная, сознательная деятельность человека, направленная на удовлетворение потребностей индивида и общества. И в качестве примера цитировали Маяковского, де мол, «мой труд вливается в труд моей республики». 

То есть индивидуальный труд приобретает общественный характер. И опять же, если опустить рассуждения о стахановстве, ударничестве, «труд за палочки» (трудодни) становится общественным, если продукт индивидуального труда продается-покупается на рынке и становится товаром.

В таком случае индивидуум становится человеком общественным. Если он зарабатывает деньги. Если согласиться с реалиями рынка, а он зародился благодаря общественному разделению труда, то можно понять Дарвина, который считал труд главным условием превращение обезьяны в человека. 

А сделав такое допущение, можно сказать, что непосредственный общественно полезный труд без его индивидуальной оплаты является главной предпосылкой обратного превращения человека в животное.

Что такое, например, безработица?  Руководитель государства нетерпим к безработным, которых надо привлекать к общественно полезному труду, дабы они не выросли в социальный класс, прежде чем он станет угрожать стабильности общества. Так, по крайней мере, я понял его заявления. 

В нем много о морали и нравственности, о здоровой социальной политике, но ничего нет о реальных экономических потребностях общества, о законности. Закон «О занятости населения РБ» определяет безработицу как частный случай занятости. Так,  под занятостью понимается деятельность граждан, связанная с удовлетворением личных и общественных потребностей, не противоречащая законодательству и приносящая им заработную плату, вознаграждение за выполненную работу (оказанную услугу, создание объектов интеллектуальной собственности), иной доход (заработок). 

Обычно в школе учитель называет самые различные примеры занятости граждан. Например, гражданин, имея мини-трактор обрабатывает участки соседей за денежную или натуральную оплату или в обмен на встречные услуги. Когда гражданин продает выращенную на своем огороде капусту и пользуется посредническими услугами соседа, у которого есть автомобиль для доставки капусты на рынок.

Но нельзя производить и продавать самогон, выращивать коноплю, воровать соседских кур для собственной потребности или для продажи.

Занятость – это универсальное понятие, которое включает в себя все виды законной продуктивной деятельности людей. Она индивидуальна по своей природе и реализуется в обществе.

Учитывая, что человек существо общественное, социально деятельное, занятость является способом его существования.

Закон считает занятыми граждан, которые работают по найму у юридических лиц и индивидуальных предпринимателей или сами являются предпринимателями или учредителями (участниками, членами) юридических лиц. 

Перечень занятости дополняется  множеством уточнений и оговорок, но завершается он вполне конкретным обобщением: занятым считается любой гражданин, занимающийся  иной не запрещенной законодательством деятельностью, приносящей заработок.

Безработица – частный случай

Иными словами, закон признает граждан занятыми, если они не получают доходов от незаконных действий. Руководитель же риторически возмущаются – не работают, за что живут? А вот так и живут, как умеют, могут и хотят. Как им позволяет закон.

Иное дело безработица. Закон устанавливает, что безработица – это явление в экономике, при которой часть трудоспособного населения, желающая работать на условиях трудового, гражданско-правового договоров или заниматься предпринимательской деятельностью, не может применить свою рабочую силу. 

Соответственно, безработным является трудоспособный гражданин, не имеющий работы и заработка, который зарегистрирован в органах по труду, занятости  и социальной защите в целях поиска подходящей работы, ищет работу и готов приступить к ней.

Таким образом, безработный становится субъектом социально-трудовых отношений по объективным обстоятельствам, а главное, по своему собственному желанию.

Он приходит в ведомство по труду и пишет заявление – я не имею работы, которая обеспечивает меня заработком, помогите ее найти. Только после этого гражданин по закону приобретает статус безработного. И уж тут для него все услуги государственной службы занятости. Она требует от безработного повиновения. 

Например, посылает его к нанимателю, который заявил в службу о вакансии, отменив ее, уже приняв на работу «человека с улицы». Любого, поскольку перед службой занятости есть обязанность объявлять о вакансии, поскольку он свободен в вопросе найма.

Это разумно и соответствует закону. Но, получив отказ в трудоустройстве от предложенной (недостоверной) вакансии службы занятости, безработный легко понижается в его притязаниях на «подходящую работу». 

Служба занятости инженера легко приравнивают по статусу к рабочему или даже работнику, не имеющему квалификации,  его зарплату по прежнему месту работы снижают, предлагают вакансии, ухудшающие условия труда.

Рыба-еж знает

Если учесть, что социальное страхование от безработицы отсутствует,  то ни государство, ни наниматели не имеют возможности оптимизировать кадровый состав организации в том случае, если для ее финансового оздоровления и рыночного реформирования денег нет. 

Впрочем, контрактная система позволяет проводить нужные сокращения персонала и без страхового фонда. Когда работнику отказывают в продлении срочного договора, он просто выбрасывается на рынок труда без выплаты каких либо пособий.

Поэтому официальная (регистрируемая) безработица неизменно остается на нижайшем уровне. Причем отмечена забавная ситуация – чем сильнее кризис, тем ниже уровень официальной безработицы.

В своих прежних публикациях я отмечал, что руководитель государства может упразднить государственную службу занятости, поскольку уровень официальной безработицы им эффективно контролируется. 

Государственную службу занятости как один из важных органов по труду, представляется, сохраняют из престижных соображений, поскольку аналогичные службы сохраняются во всех цивилизованных странах. Но у нас эту службу фактически возлагаются полицейские функции. 

Руководитель государства обещает в развитие Декрета предоставить местным властям широкие полномочия: «Мы вычленим людей по персоналиям: кто может работать, но не хочет, кто хочет, но не может, и тех, которым надо лопату в зубы – пошел работать. Пусть на меня не обижается…»

Страшно, и смешно до ужаса. В этой связи пословица одного из африканских народов: «Рыба-еж знает – если меня проглотит крокодил, то будет плакать не моя мама, а мама крокодила».  

В ходе применения Декрета было «вычленено» почти полумиллиона «социальных иждивенцев», но благодаря бюрократическому прилежанию число оказалось и завышенным за счет, как это у нас всегда бывает, внесение «непричастных», а многие отказались платить сбор, поскольку посчитали себя невиновными.

А очень многие во всех бедах граждан возложили вину на правительство и вышли на улицы. В результате переоценки количества, называется предварительная цифра – 300 тысяч, предположительно, граждан прячутся от работы.

Зовут на помощь Неда Лудда

Много, очень много – 7-8% от занятых в настоящее время в экономике. При этом, по данным официальной статистики, численность персонала организаций постоянно сокращается. 

Благодаря этому растет производительность труда, возникают предпосылки для повышения заработной платы тем, за которыми сохраняются рабочие места. Можно предположить, что эти люди являются более умелыми, квалифицированными, благодаря им медленно, со скрипом растет ВВП.

Такое вот хрупкое неустойчивое  равновесие – чихни неосторожно, и вся конструкция обрушится. Как это уже не раз бывало.

Давно и всеми признано, что рост безработицы в рыночной экономики является платой общества за научно-технический прогресс, за экономическую эффективность. Поэтому любая дискриминация безработных не допускается, а такие поползновения, если они случаются, преследуются по закону и осуждаются в общественном мнении.

Вообще, в цивилизованном мире тщательно соблюдаются, как считает белорусский официоз, так называемые права человека. Поэтому никому не позволяется обещать кому-то «вставить лопату в зубы, чтобы при этом он не обижался». 

Отчасти эта позиция определяется христианством, многими иными обстоятельствами, в том числе экономическими. Доказано, что неквалифицированный и немотивированный работник не способствует экономическому развитию, он противиться ему. 

Можно для примера вспомнить луддитов, которые в начале XIX века протестовали против промышленного переворота, лишающего работы ремесленников. Представляете, их лидер Нед Лудд уничтожил два чулочных станка, которые производили дешевые чулки для английского населения в отличие от штучных (эксклюзивных) чулок,  вывязываемых профессиональными вязальщицами. Что называется, от кутюр.

Это был капиталистический вызов: дорогие чулки для леди, или массовое дешевье для остальных?

Ах, Том, ах тетя Полли!

Пословица советских лет – два солдата из стройбата заменяли экскаватор. Отношу ее к жанру критического реализма. Солдаты при частом отсутствии экскаваторов строили все лопатами – штыковыми и совковыми. Что получалось, то и получалось – нужное по количеству и качеству. 

Сегодня отношение к этому делу выражается парафразой одного очень известного политического деятеля современности: наше представление о лопате выражается в ямочном ремонте. Когда к предельно уставшим работникам к концу дня приходит машина с асфальтом. Одна из пяти обещанных. И тогда рабочие совковыми лопатами размазывают холодное варево по всем главным ямам.

Все это напоминает попытки новобранца Советской Армии сделать такой же бутерброд с маслом, которое ему от общей пайки выделяет старослужащий.

Руководитель государство, так сложилось исторически, позиционирует себя старослужащим с первого дня своего утверждения в этой должности. Вот он высказывает свои резоны. Мол, в Минске на работах по благоустройству применяется дорогая техника, а ручной труд стоит дешево. 

Поэтому надо определить места, куда должны прийти люди за работой, создать группы, которые будут… давать работу. Так действительно можно дать работу всем. А оплачивать ее? Чтобы не по 500, а хотя бы по 200 долларов выходило «на рыло».

Лопатный ямочный ремонт тем и отличается от всех остальных, что обеспечивает массу людей занятием, которое не дает ни общественной пользы, ни заработка работающим.

…Видимо слишком увлеклись Гайдаром, а нужно было читать Марка Твена. Иначе бы вспомнили как тетя Полли однажды, в наказание за шалости и обман, заставила Тома красить забор длиной в тридцать ярдов. Том впал в тоску, но не уступил своего права на личную свободу любимой тетушке.

И это было в XIX веке. Хотя и в Америке. Неужели в XXI белорусы уступят свою свободу кому-то, будь он хоть трижды руководитель их государства.


«Статья в рубрике «Особое мнение» является видом материала, который отражает исключительно точку зрения автора. Точка зрения редакции «Белорусского партизана» может не совпадать с точкой зрения автора.
Редакция не несет ответственности за достоверность и толкование приведенной информации и выполняет исключительно роль носителя.
Вы можете прислать свою статью на почту [email protected] для размещения в рубрике «Особое мнение», которую мы опубликуем».

загружаются комментарии